Древо Жизни - Гай Гэвриэл Кей

— Если угодно — да. — В голосе Галадана звучала насмешка. — А что, ты против? Или, может, хочешь со мной из-за этого подраться, волшебничек?

— Я мог бы уничтожить тебя! — прошипел Метран.

Галадан снова насмешливо улыбнулся — одними губами.

— Ну что ж, попробуй. Только предупреждаю: ничего у тебя не получится! Я не подчиняюсь законам вашей «школьной» магии. Я знаю, кое-какая сила в тебе действительно была, кое-что к ней добавилось впоследствии, а возможно, добавится и еще, но в любом случае тебе со мной тягаться нечего, Метран. Даже и не вздумай! Ну а если все же решишься, то учти: если проиграешь, я скормлю твое сердце моим друзьям.

В тишине, которая за этим последовала, Дженнифер заметила, что вокруг них плотным кольцом стоят волки. Были там и цверги, но тот волк-великан с красными глазами куда-то исчез.

— Ты мне не хозяин, Галадан, и не смеешь мною командовать! — воскликнул Метран, задыхаясь от гнева. — Это мне было обещано!

Но Галадан лишь оглушительно расхохотался в ответ, запрокинув свое покрытое шрамами лицо.

— Ах, тебе было обещано? — сказал он с издевкой, перестав наконец смеяться. — Ну что ж, прекрасно! Раз так, приношу свои извинения. И все-таки она немедленно отправится на север! В ином случае я бы просто взял ее себе. Но подними-ка лучше глаза!

Дженнифер тоже посмотрела вверх, куда указывал Галадан, и увидела существо столь прекрасное, что в сердце у нее невольно пробудилась надежда на спасение.

С небес, громко хлопая огромными крыльями, к ним спускался прекрасный лебедь, сияя в солнечном свете великолепным черным оперением и вытянув изящно изогнутую длинную шею.

Но когда птица оказалась на земле, Дженнифер с ужасом поняла, что самое страшное для нее еще впереди: у лебедя обнаружились кошмарные, острые как бритва зубы и когтистые лапы! Мало того, от него еще и исходил чудовищный смрад разлагающейся плоти!

А потом это исчадие ада заговорило, и голос его точно доносился из глубокого колодца с осклизлыми стенами:

— Меня прислали за ней. Давайте ее сюда.

Ах как далеко, как страшно далеко отсюда был сейчас Лорин Серебряный Плащ, как нахлестывал он коня, гоня его к югу и проклиная собственное легкомыслие на всех известных ему языках и наречиях!

— Она твоя, Авайя, — без улыбки сказал Галадан. — Или, может, ты, Метран, со мной не согласен?

— Конечно, твоя, — поспешно подтвердил тот, вставая так, чтобы не слишком чувствовался исходивший от лебедя смрад. — Но мне, естественно, хотелось бы потом узнать, что она вам расскажет. На моем посту подобные сведения жизненно необходимы, и…

— Больше уже нет, — сказала Авайя, оправляя черные перья. — У меня для вас новости. Волшебный Котел в наших руках. Теперь ступайте в горы, ибо время не терпит.

При этих словах лицо Метрана осветила такая жестокая торжествующая улыбка, что Дженнифер поспешила отвернуться.

— Так, значит, час пробил! — воскликнул он. — И близок миг моей страшной мести! О, Гармиш, мой мертвый король, я разорву Айлиля, этого узурпатора, на куски прямо на троне! А из черепов его сыновей велю сделать кубки!

«Лебедь» обнажил в чудовищной улыбке свои немыслимые клыки и прошипел:

— А мы с удовольствием этим полюбуемся!

— Да, без сомнения, — сухо подтвердил Галадан. — А для меня никаких вестей нет?

— Поспеши на север, — ответил лебедь, — вместе со своими друзьями. Меня просили передать тебе только эту просьбу. Но торопись. Времени у нас мало.

— Ну что ж, хорошо, — сказал Галадан. — Закончу тут одно дело и сразу же отправлюсь за тобой следом.

— Поспеши! — еще раз повторила чудовищная птица. — А мне пора в обратный путь.

— Нет! — пронзительно закричала Дженнифер, когда холодные руки цвергов вновь схватили ее и потащили куда-то. Но ее крики остались без ответа. Привязанная к спине Авайи, она чуть не лишилась чувств от омерзительной вони. Стараясь не дышать носом, она открыла было рот, но мгновенно набившиеся туда густые черные перья чуть не удушили ее. И когда Авайя, описав удивительно красивую дугу, взмыла в ослепительно сиявшие небеса, унося свою добычу на север, Дженнифер впервые в жизни потеряла сознание.

Оставшиеся на поляне смотрели им вслед, пока Авайя не скрылась в бледно-голубом просторе выгоревших небес.

Метран тут же обернулся к остальным; глаза его сияли от возбуждения.

— Слышали? Котел теперь мой!

— Да, похоже на то, — кивнул Галадан. — Значит, вскоре ты тоже отбываешь?

— Не медля ни минуты! И уже в самом ближайшем будущем вы увидите, чего я добьюсь с его помощью.

Галадан снова кивнул, потом, будто что-то вспомнив, спросил:

— А интересно, Денбарра хоть понимает, что все это значит? — Он повернулся к Источнику мага. — Скажи мне, друг мой, что, по-твоему, означают бесконечные разговоры о Котле?

Денбарра поежился под тяжелым взглядом Галадана, но отвечал уверенно:

— Я знаю все, что мне знать необходимо. И я прекрасно знаю, что Неистощимый Котел поможет восстановить на троне Бреннина правителей из рода Гармиша.

Галадан еще несколько мгновений смотрел на него, потом отвел глаза и молвил, обращаясь к Метрану:

— Что ж, он достоин своей судьбы. Тупоголовый Источник — это, по-моему, как раз для тебя. Хотя мне бы, например, было ужасно скучно.

Денбарра вспыхнул, но Метран на сей раз и не подумал обращать внимание на колкости Галадана.

— Денбарра — мой племянник, сын моей сестры, и его главная добродетель в том, что он мне верен. А что собираешься делать ты, Галадан? Ты упомянул о каком-то деле, которое необходимо закончить. Может быть, мне стоило бы знать, о чем шла речь?

— Может быть. Но ты этого не узнаешь. И скажи спасибо, что я не так беспечен и не болтаю об этом направо и налево. Ибо быть в это посвященным равносильно смерти.

Это было настоящее оскорбление, и губы Метрана дрогнули, но отвечать он не стал.

— Что ж, ступай, куда тебе надо, — сказал он. — Мы теперь, возможно, встретимся не скоро.

— Увы! — воскликнул Галадан насмешливо. Маг гневно воздел руку и грозно спросил:

— Опять надо мной смеешься? Ты над всеми смеешься, андаин. Но я вот что тебе скажу: заполучив Котел Кат-Миголя, я обрету такое могущество, над которым даже ты подшучивать уже не посмеешь. И с его помощью я осуществлю наконец свою месть, и она будет так страшна, что память о ней никогда не умрет в Бреннине!

Галадан, вскинув свою покрытую шрамами голову, посмотрел Первому магу королевства прямо в глаза.

— Возможно, — молвил он очень тихо и очень спокойно. — Но ты ошибаешься: память о твоей мести все же умрет — вместе со всем живым в этом мире. А как тебе известно, погубить этот мир — мое самое заветное желание!