Война нелюдей - Григорий Шаргородский

— Зачем вы ерничаете, Петр Егорович? Уверен, вы либо уже знаете, либо догадываетесь, как все произошло.

Старик некоторое время смотрел на Андрея, а затем улыбнулся:

— Вот теперь я уверен, что не ошибся в догадках. Иван всегда переоценивал свои силы и хапал то, что не только проглотит, но и откусить не сможет. И не учится же на ошибках, дуралей. В прошлый раз ты ему пса верного прихлопнул, а сейчас вообще власть отобрал. Надеюсь, не убил?

— Нет, сидит под арестом и ругается. Говорить, сволочь, не хочет.

— А ему есть что сказать?

— Да. Как оказалось, он тут решил дружить против меня со своим старым врагом.

— Да ну, — удивился Егорыч. — Интересно с кем же? Не замечал я за ним отходчивости в отношении противников.

— С Батей.

— Да уж, невесело, — вздохнул старик. — А ты с Батей чего не поделил?

— Да тупо все получилось. Он потребовал одну штуку. Я бы ее и по самой вежливой просьбе не отдал, а уж по грубому приказу тем более. Вот и сорвались оба в клинч.

— Что, княже, не привык, чтобы тобой командовали?

— Да ладно вам, Петр Егорыч, и так тошно.

— А от того, что покрошил охрану Краснова, не тошно? Ведь я не ошибаюсь?

— Не тошно. Я бы их всех там положил, хари сытые.

— А ты, значит, у нас бессребреник, — вновь ехидно осведомился старик, но, увидев новый приступ возмущения в глазах Андрея, примирительно поднял руки. — Ладно, ладно, пошутил я. Давай по делу. Зачем звал, князь? Небось хочешь меня здесь надсмотрщиком поставить?

— Хочу, — прямо ответил Андрей, решив не придираться к словам. — Сами понимаете, чужого они не примут.

— Меня тоже не примут, если ты поставишь. Сам знаешь, мы, русские, — народ упрямый и гордый.

— Ага, от этого и страдаем. Но другого варианта я не вижу, так что прошу помочь и вашим, и нашим.

— Нет, Андрюша, власть мне не нужна, а что до «моих», то теперь это лошадки, а не люди. Да ты и сам знаешь, говорили уже об этом.

— Говорили, — разочарованно вздохнул Андрей, но тут ему в голову пришла интересная идея: — Тогда помогите в другом. Дайте мне адреса людей, которые имеют вес в городке, да не тех, кто крутился возле хозяина, а тех, кого люди действительно уважают. А еще лучше — сходите к ним сами. Сделаете это для меня?

— Что хочешь предложить? — подумав, спросил Егорыч.

— Самоуправление под неплотным контролем, такое же, как будет в княжестве вообще. Мне тоже вся эта власть на фиг не нужна, но анархии я у себя под боком не допущу.

— Что, совсем не будешь контролировать?

— Не то чтобы совсем, но минимально. Поставлю пару основных условий — и что хотите, то и делайте. Лишь бы мне не гадили и беспредела не устраивали.

— А как же твои вояки? — продолжал расспрашивать Егорыч с интересом в глазах, на который Андрей, собственно, и рассчитывал.

— Захотите — свою милицию организовывайте, а не потянете — будет здесь гарнизон, но за защиту надо будет платить.

— И чем это, интересно, платить?

— А как и все — трудом праведным. Причем, хочу заметить, хорошо оплачиваемым трудом. Сейчас у нас народ работает по пять часов в месяц с оплатой продуктами или вещами.

— Любопытно, — задумчиво сказал Егорыч, поглаживая подбородок. — Когда тебе нужно собрать людей?

— Чем раньше, тем лучше, я не собираюсь сидеть здесь дотемна.

Князь еще не успел закончить фразы, как в дверь постучались и вошел Быстрицкий:

— Позволите, ваша светлость?

— Да, Петр Игнатьевич, что там у вас?

Следователь покосился на Егорыча, но Андрей отмел его настороженность:

— Говорите смело, Петр Егорович имеет полное право знать все тайны, связанные с Демидовом.

Максименко ехидно хмыкнул, но ничего так и не сказал. Быстрицкий пристально посмотрел на коннозаводчика и начал доклад:

— Мы нашли Студента и Елену, к тому же в подвалах местной СБ сидит человек десять заключенных с явно идеологической подоплекой.

— Эти проблемы пусть решают уже местные, — отмахнулся князь. — Что-то еще?

— Также был найден склад с пневматическими ружьями.

— А вот и Батины уши прорезались.

— И еще: в гостинице мы задержали одного албанца.

— Так вот что насторожило меня в этом списке! — Андрей быстро схватил листок и в самом конце списка увидел странные имя и фамилию Дефрим Африти. — И чем этот Африти так подозрителен?

— При опросе обслуживающего персонала пансионата выяснилось, что этот гость упоминал некоего Командора. Мне известно о событиях в Венгрии и о том, что ваш новый телохранитель знал Командора лично. Поэтому я для начала пригласил Сашата на беседу с задержанным.

— И?

— Ваш телохранитель начал задавать вопросы, задержанный сначала отмалчивался, а затем сделал вид, что плохо понимает по-русски. Сашат немножко потерял над собой контроль, и я решил не мешать ему, полагая, что это пойдет на пользу следствию. Задержанный тут же вспомнил русский язык, и выяснилось нечто важное. — Следователь замолчал и опять выразительно посмотрел на Егорыча.

— Хорошо. Петр Егорович, думаю, нам не стоит откладывать собрание, так что у вас очень мало времени. Сашат! — крикнул Андрей в сторону дверей, хотя был уверен, что егерь услышит и шепот.

— Да. — В приоткрытую дверь заглянула голова Сашата.

— Организуй Петру Егорычу транспорт и прикрытие, но распорядись, чтобы бойцы не входили в дома, а ждали поблизости, не бросаясь в глаза.

— Добро, — ответил Сашат и, переведя взгляд на старика, улыбнулся: — Привет, Егорыч, как жизнь?

Старик оглянулся на Андрея, и князь увидел в его глазах растерянность, смешанную с жалостью. Похоже, когда Егорыч вошел в кабинет, егерь был на дознании. Вид старого знакомца привел старика в шок:

— Нормально, Вини. Эк тебя угораздило!

— Ерунда, до свадьбы заживет, — вновь улыбнулся егерь, пропуская Егорыча в дверь.

Голоса собеседников стихли за дверью, но Андрей некоторое время смотрел в ту сторону. Встреча с прошлым на секунду вернула того старого, беззаботного и веселого Вини. Возможно, искалеченная душа еще сможет оттаять, и даже будет та самая свадьба, до которой все должно зажить.

— Так что там с этим албанцем? Каким он боком связан с Командором? — вернулся к реальности князь.

— Плохо дело, Андрей Андреич. В том-то и закавыка, что с Командором он не связан. Африти прислал глава совета албанских и македонских генералов, чтобы узнать, где живет Убивец — аданаил, который убил короля эльфов.

— Даже так?

— Как выяснилось, одним из условий перемирия с эльфами была выдача места нахождения Убивца. Это место в Альянсе людей знал только его глава — Командор, но он не захотел сдавать народного героя. Албанцам была известна связь Командора с Красновым и то, что Краснов мог знать, где находится Убивец. В общем, они послали переговорщика в обход Командора. Так что, боюсь, княже, скоро нам стоит ждать гостей.