Возлюбивший зло - Пирс Энтони

— Да тут все перепутано, — заметил Пэрри. — Псам следует охранять ворота, а кентавры вполне справились бы с учетом грешников.

Песок, по которому шли Пэрри и дьяволица, стал нестерпимо горячим. Неподалеку грохотал вулкан, извергая огненные хлопья. Заточенные здесь души стенали от боли. Пэрри тоже невольно вскрикнул, когда его обожгло огнем.

— Что за безобразие?! Они не должны трогать тебя, — сердито проворчала Лила.

— Похоже, кому-то не нравятся перемены, — заметил Пэрри. — Естественно, что главные демоны стремятся меня сбросить. И пока я не узнаю заклятия, я ничего не смогу с этим поделать.

— Ты прав, — согласилась разгневанная дьяволица. — Уверена, что за этим стоит Асмодей. Он по-прежнему верен Люциферу.

— По-моему, нам лучше отсюда убраться.

Пэрри снова запел, и падающий на него огненный дождь теперь проходил сквозь его тело, не причиняя вреда. Своим голосом он мог добиться многого, однако понимал, что главных дьяволов этим уже не возьмешь. Достаточно повидав и узнав, Пэрри решил, что углубляться в Ад дальше не имеет смысла. Предстояло многое изменить, а для этого ему надо было выведать дающее власть над демонами и грешными душами заклятие.

Лила открыла туннель, и, шагнув в него, вскоре оба покинули Ад. Стемнело. Пэрри почувствовал, что устал — не из-за большой физической нагрузки, а скорее от множества новых впечатлений.

— Давай устроимся где-нибудь поудобнее и отдохнем, — предложил он, вовсе не собираясь возвращаться в свою монастырскую келью. Ведь его, наверное, уже сочли мертвым…

Начертив на стволе огромного дуба круг. Лила открыла его, как дверь. Просторное дупло оказалось уютно застелено мягкими подушками. Войдя туда вместе с Пэрри, Лила закрыла за собой дверь. Обняв дьяволицу, Пэрри сразу заснул. На самом деле он не нуждался больше в такого рода отдыхе. Однако психологически Пэрри был еще не готов обходиться без него. Ему просто требовалось время, чтобы привыкнуть.

Утром, ощутив новый прилив сил, Пэрри решил сразу взяться за дело.

— Если я справился с Люцифером, то наверняка сумею отослать назад души, которые победил он, — заявил Пэрри.

— Мой господин, здесь у тебя еще совсем нет опыта, — предостерегла Лила. — Чтобы полностью освоиться, нужно время. За твоими противниками — целые столетия. Не связывайся с ними, пока не узнаешь заклятия.

— При случае я смогу воспользоваться пением, — напомнил он. — Это покорило и тебя, и Харона.

— Я дьяволица, а он… — Лила замялась.

— Он не демон? — попытался угадать Пэрри.

— Не совсем. Но я как раз подумала о том, что его мать Нокс — моя старая знакомая, возможно, она что-нибудь и знает.

— Ты сказала Нокс?

— Ночь, дочь Хаоса, одна из наших первых богинь. Когда она появилась, даже меня еще не было. Нокс вступила в брак со своим братом Эребом, воплощением Тьмы между Землей и Царством Теней. Теперь эта область поделена на части между Лимбом и Чистилищем. Кроме Харона, от них произошли воплощения Воздуха, Дня, Судьбы, Смерти, Возмездия, Снов и другие, которых я сразу и не припомню. Она…

— Неужели Мать воплощений? — пораженный, спросил Пэрри. — Тогда почему же не ее дети оказались у власти?

— Рано или поздно все, что не обновляется, надоедает. Что бы со мной было, если бы воплощение Зла время от времени не менялось! Вот и ранние инкарнации, постепенно теряя интерес, позволяли занять свои места смертным. Нокс, пожалуй, единственная из подлинных воплощений, которая сохранила свой пост. Вероятно, причина этого — непреходящее очарование ее тайны. Если кто-то из Бессмертных и знает заклятие, так это должна быть Нокс.

Пэрри не стал возлагать слишком больших надежд.

— Нокс с самого начала была воплощением Бессмертных, а не грешной душой, но, наверное, она могла как-нибудь узнать заклятие?

— Именно так мне и кажется. Если эта тайна хоть раз произносилась под покровом ночи, она ей известна.

— Тогда пойдем скорее к ней!

— Не спеши, мой господин! Я не уверена, что Нокс откроет ее тебе. Да и какова окажется плата?

— Плата?

— Царством Зла правит вовсе не альтруизм.

Пэрри кивнул:

— А что, по-твоему, она может запросить?

— Придется ответить тебе, мой повелитель, хотя мне бы очень этого не хотелось. Она единственная женщина, которая знает о страсти гораздо больше, чем я. Постоянно обновляясь, она никогда не стареет. И если она сочтет тебя привлекательным…

— Ого! Тогда давай оставим ее на крайний случай. Если уж у меня ничего не получится и ты предпочтешь, чтобы я не лишился поста, а отправился к Нокс — тогда я именно так и сделаю.

— Ты великодушнее Люцифера, — заметила Лила.

— А у него было что-то с Нокс?

— Никто не в силах отказать ей, если она того захочет.

— Буду держаться от нее подальше. Но я все равно должен заняться Адом.

Поднявшись, Пэрри распахнул дверь и выбрался из дерева — в каком-то парке. День был в полном разгаре. Удивленно уставившись на незнакомца, маленький мальчик побежал рассказать о необычном появлении матери.

Улыбнувшись, Лила тоже выбралась наружу и закрыла за собой дверь.

— Она ни за что не поверит!

Миновав несколько кругов Ада, Пэрри и дьяволица направились в расположенную в ледяном строении контору. Глыба льда возвышалась прямо над замерзшим озером, где-то в глубине Ада. Войдя в зал, они увидели огромный пустой трон. Пэрри вспомнил, что его встреча с Люцифером происходила в другом зале, потеплее. Вероятно, он предназначался для менее важных случаев. Владения Асмодея располагались неподалеку.

Пэрри ждали — никого, кроме Асмодея, обладавшего крыльями, рогами и хвостом с шипами, в конторе не было.

— Ты знаешь, кто я, — обратился к нему Пэрри. — И видел, на кого обращаешь огненный дождь.

— Мне известно, что ты претендуешь на трон того, кто счел бы ниже своего достоинства плюнуть в твое лицо, — бесстрастно проговорил Асмодей.

— Пожалуй, тебе больше подойдет круг, в котором содержат предателей.

— Я победил Люцифера! — возразил Пэрри. — Теперь я главный, а ты обязан мне служить.

— Ты лишь воспользовался проявленной Люцифером небрежностью. Нам придется целый месяц терпеть здесь твое присутствие, пока ты не получишь то, что заслуживаешь. Сгинь, самозванец, или я жестоко проучу тебя!

— Да это бунт! — вскричал Пэрри. — Ты знаешь, как он карается!

— Убирайся с моих глаз, мошенник, и блудница, что тебе помогает, тоже!

Асмодей взмахнул рукой, Пэрри и Лилу тотчас же окружил сгусток энергии. Неведомая сила подняла их в воздух и куда-то понесла.