Влада. Перекресток смерти - Саша Готти

К счастью, эвакуация, про которую сказал Гильс, действительно шла полным ходом. К вокзалу подъезжали бесконечные потоки такси, выгружая семьи нечисти в полном составе.

Залы Финляндского вокзала были переполнены: впервые довелось увидеть, как тролли работают в открытую, в нарушение дневного права.

Людей на вокзале почти не было, зато нечисть садилась в поезда без билетов. Поезда шли в Мурманск, Выборг, Приморск…

Поток бегущей с чемоданами нечисти превратил зал, ведущий к платформам, в сплошную бурлящую реку. Слышались крики, лязганье чемоданных колесиков, детский плач.

И все же хаоса не было: Темный Департамент работал незаметно, но четко. То и дело в толпе появлялись агенты, которые направляли бегущих к нужным вагонам, что-то объясняли или помогали тащить тяжелую поклажу.

«Говорят, древних уже затянуло в воронку… Ее еще для нас нет, а для них – есть, – слышались отрывистые фразы в толпе. – Точно, завтра ночью воронка появится прямо посреди города, огромная… Будет такое…»

– Ребенок! Мой ребенок в янв зашел! – кричала растрепанная упырица, кидаясь к двум молодым вампирам, агентам Темного Департамента. – Мальчики, помогите, унесло же его… В воронку эту проклятую же унесло!

– Спокойно, мамаша! Без паники, сейчас поймаем, – ответил ей один из вампиров, исчезая из зоны видимости прямо посреди зала.

Спустя пол минуты он уже тащил на руках ревущего упыренка. Тот был с ног до головы обсыпан серебряной пылью.

– Далеко не унесло, – отдавая его мамаше, сообщил спаситель. – Объясняйте уже детям: в янв заходить нельзя! Мы всех не поймаем, ураган усиливается.

– А воронка во Тьму, она уже открыта?! – кричала упырица, прижимая к себе вопящего отпрыска.

– Завтра в полночь, но вы уже будете далеко, – успокаивал ее вампир. – Идите, мамаша, к платформам, там посадка на Мурманск как раз началась.

Влада, проводив глазами упырей, брела по краю зала в обратную сторону от бегущей толпы, пока не услышала сквозь шум голосов, как неподалеку кто-то горько плачет.

Источник плача оказался маленькой фигуркой, которая вжалась в стену между двумя автоматами с кофе и чипсами. Видна была только спина в бежевом пальто и длинная растрепанная коса.

– Настя? – окликнула Влада.

Девушка обернулась и дернула плечами, будто не знала, как ответить на вопрос. Действительно, это была Настя Нечаева, с туго набитой сумочкой в руках, в пальто, криво застегнутом не на те пуговицы. Одна перчатка нелепо торчала из кармана, вторая валялась неподалеку на полу. Влада подняла ее, протянув хозяйке, но та словно оцепенела, и пришлось перчатку запихнуть в сумку. Настя, всхлипнув, вдруг выпустила сумку из рук, и та ударилась об пол, устроив маленький взрыв из девичьих вещиц. Разлетелись скомканные бумажные платки, косметика, покатилась по полу помада, проехались ключи, далеко ускакал мобильный телефон.

– Ну вот! Погоди, подниму сейчас… – Влада, бросившись все это спасать, сгребала вещи, чтобы те не попали под ноги потоку мчащейся нечисти.

Настя потерянно наблюдала, как Влада суетится, поспешно собирая с пола и рассовывая упавшее по карманам свитера, потом возится с сумкой, укладывая спасенное туда, и наконец протягивает ей.

– С-спасибо, – прошептала Настя, сжав сумочку в руках. – Но не нужно было. Н-ничего мне не нужно больше…

– Настя, что ты здесь делаешь в таком виде?!

– Герка сказал, чтобы я уехала, и отправил… с-сюда, – Настя запиналась от плача.

– А ты… почему не уехала? Что с тобой? – Влада задала этот вопрос из вежливости, уже и так понимая, что случилось.

– С-со мной ничего. – Настя кусала губы, разглядывая Владу. – Это у вас что случилось?..

– Я тебя не понимаю.

– У вас, у нечисти, что у вас стряслось? – повысив голос, переспросила Нечаева.

Интересный вопрос. Как объяснить, что стряслось у темного народа с начала времен? От подписания Конвенции до вчерашней встречи с извечными врагами в уютном кафе.

– Все бегут, уезжают из Питера, – Настя потерянно шарила глазами вокруг, будто думала, что Герка вот-вот вынырнет из толпы. – Герка мне сказал, что просто нужно уехать из Питера к родителям на пару дней. Примчался, собрал меня за десять минут, билет на электричку в карман сует. А у самого глаза… Я Герку хорошо знаю. Я ему говорю: со мной поехали! А он мне: я решил тебя оставить, и не тоскуй по мне. Да он в жизни бы меня никогда не бросил! – Девушка вдруг сорвалась на крик. – Я что, Герку не знаю? Что у вас, у нечисти, случилось, что?!

– У нас ведь постоянно что-то случается. То одно то другое, – Влада неосознанно ловила эмоции Насти: решимость и отчаяние.

Отчаяние, похожее на ее собственное. Значит, Готти тоже не покинут город, бросая вызов тому, с чем бороться невозможно. – Почему ты сама его не спросишь?

– Я его обманула, первый раз в жизни, – Нечаева продолжала говорить, как будто сама с собой, уже не обращаясь к Владе. – Сошла на первой же станции, обратно вернулась на встречном поезде, и сразу – сюда. Я ведь умею делать выводы. Послушай, Влада, – Настя поджала губы, – не надо меня обманывать. Если завтра светлые нападут на наших, я хочу участвовать в битве.

Не получив ответа, она все продолжала и продолжала говорить:

– Ведь я тоже могу быть полезна. Только скажи, что нужно делать. Если Герка будет в опасности, то я никуда не уеду от него. Прятаться у родителей не собираюсь! Светлые у ротонд обычно появляются, вот я туда и пойду! В-воевать…

– Воевать. Угу. Ясно.

Влада, схватив Настю за рукав пальто, решительно потащила прочь из здания вокзала.

– Что… куда?! Ты чего?

Вырываться и возмущаться Нечаева могла сколько угодно. То ли от ярости, то ли от отчаяния, но сейчас у Влады вполне хватало сил, чтобы справиться с не слишком-то тренированной Настей. Если эта девица, одержимая собственным героизмом, может сбежать из поезда, то из такси она вряд ли удерет.

– Со светлыми ты пойдешь воевать, как же! – сквозь зубы цедила Влада. – Одна уже довоевалась в свое время, теперь разрушила жизнь вампиру. Нечего тебе выдумывать всякую ерунду!

Пока Настя брыкалась, Влада ловила ее эмоции, которые хлестали через край. До встречи с вампиром рассудительная и спокойная Настенька Нечаева не влезла бы даже в переполненный автобус, что уж там говорить о смертельной битве.

Герка перевернул всю ее жизнь, и даже учеба на факультете психологии теперь стала не важна для вчерашней отличницы. Там, в Приморске, маленьком прибрежном городке, тревожились за нее родные: папа и мама, старенькая бабушка с крикливой двоюродной теткой. Герку они видели всего один раз, и его огромный джип напугал всю нечаевскую родню до полусмерти, когда въехал одним колесом на грядку с картошкой.

Только Настя не услышала от них ни слова упрека или предостережения: удивительное исключение из правил, когда вмешиваться в жизнь дочери родители считают неправильным. Но случись что с Настей – и жизнь в маленьком домишке на окраине Приморска остановится навсегда.