На стыке трех миров - Николай Степанов

Зулг понимал, что дальнейшее промедление осложняет выполнение и без того непростой задачи восстановления отношений. Сейчас ему как никогда были необходимы союзники в борьбе против малоросликов. А каждая новая вылазка заговорщиков уменьшала шансы кронмага на успешные переговоры.

Во вторую делегацию включили Анварда, Базгура, троих старейшин из числа сумеречников и несколько волшебников из магкона. К месту перехода их сопровождали около сотни воинов и боевых магов – кронмаг хотел подстраховаться от любых случайностей.

Когда до пункта назначения оставалось не больше десяти шагов, прямо перед колонной из искрящейся дымки буквально выбросило какого-то человека. Перекувырнувшись через голову пару раз, дама не слишком изящно распласталась на траве. Только сейчас окружающие смогли узнать в ней советника Зулга по связям с общественностью.

– Едрена-матрена к твоей бабушке! – воскликнула Мадлена, затем последовало несколько крепких выражений по-русски. Поднявшись с земли, журналистка осмотрелась и тут же царственно выпрямила спину. – Вот это я понимаю, настоящий прием! Как вы узнали, что я вернусь именно сегодня?

Стоило женщине немного отряхнуться, как в нее врезался вылетевший из облака Губерг. На этот раз бойцы не растерялись, и десятки арбалетов сразу взяли на прицел очередного завратного гостя.

– Эй, служивые, отставить! – крикнула брюнетка. – Ваше магичество, он не нарочно.

– Не стрелять! – скомандовал Зулг.

Злавадская снова поднялась и помогла встать Францу. Подобрав с земли свою сумку и налучье, она направилась к кронмагу…

Почти сутки железнорожники под руководством вице-президента «Зелако» сооружали устройство для переброски человека в другой мир через зависшее над рекой облако. Сведения из Коростана полностью подтвердились: волшебники действительно не могли использовать чары вблизи искрящейся дымки, так что при возведении сооружений пришлось обходиться без магии, что серьезно затрудняло выполнение задачи.

– Интересное здесь облако! – заметил вице-президент, как только они прибыли на место. – Как вообще туман мог принять форму треугольной призмы?

– Ты меня спрашиваешь?

– Мадлена, а что, тут кто-то еще говорит по-русски?

– Я почти уверена, что здесь никто, включая и меня, не знает, что такое призма. И сейчас объяснять не надо. Главное, как можно быстрее попасть в Жарзанию. А для этого тебе надо знать инварский.

Чтобы не тратить драгоценное время на перевод, женщина попросила волшебников с помощью заклинания обучить Франца языку малоросликов. Как только мужчина заговорил с ними на одном языке, дела пошли быстрее. А сделать предстояло немало. Землянин предложил протянуть канат между двумя деревянными башнями с одного берега на другой. Веревка с крутого обрыва должна была пройти прямо над облаком, и с ее помощью планировался спуск в Жарзанию.

Во время строительных работ аборигены нашли на противоположном берегу не успевшие заржаветь доспехи, их размеры не подходили местным воинам, да и фасон разительно отличался от известных в Кургстаге. Неподалеку обнаружили два недавно обглоданных человеческих черепа. Находку показали чужакам.

– Похоже, встретившая нас на Инварсе компания тоже захотела вернуться назад. И им повезло меньше, – предположила журналистка.

Пока остальные занимались строительством, женщина без конца расспрашивала командира отряда о новом мире, не забывая заносить полученную информацию в свой блокнот. От железнорожника она узнала, что зубастые колоды, именуемые рекалами, действительно цепляются своими змеевидными хвостами за дно речки, что позволяет им противостоять течению, и агрессивность проявляют лишь возле берега. Другое речное животное, пытавшееся проглотить прибившихся к крутому берегу пловцов, называлось глотокрутом…

А вот рассказ малорослика о встреченном ею трехголовом монстре, который обитал на желтых полянах Зорских болот, немного удивил Мадлену. По словам железнорожника, самый опасный из болотных хищников обладал гипнотическим взглядом, а тех, кто прятал глаза, убаюкивал свистом. При этом ругдил обладал сильной магической защитой. С последним утверждением журналистка никак не могла согласиться.

– Да я его одним выстрелом из этого лука уложила отдыхать на пригорочке. – Она сняла с плеча налучье. – После чего ваш непобедимый ругдил буквально рассыпался, словно из песка был сделан.

– Не может быть! – с некоторой неуверенностью в голосе возразил железнорожник. – А какой была стрела?

– Вот такая. – Женщина вытащила из специальной секции оружейного чехла последнюю стрелу. – Если вы сомневаетесь в моей меткости…

– Погодите, – остановил он лучницу. – Вы знаете, из чего этот наконечник?

– Нет конечно. А должна?

– Это черное серебро. Чтобы сделать хотя бы один такой, сильному шаману требуется три горсти серебряных монет и месяц собственной жизни, дабы каждый день напитывать металл заклятиями.

– А разве серебро подвластно магии?

– Если месяц над ним корпеть, да еще с умом, – ответил малорослик, – металл сжимается и становится черным, а заключенная в нем волшба будет способна уничтожить любую тварь. Говорят, даже эзгуд против него не устоит.

– Едрена-матрена! А я ею птичку подстрелила. – Журналистка спрятала стрелу обратно.

Малорослику также пришлось рассказывать настырной Злавадской о социальном устройстве Кургстага, о курмистре, об основных кастах страны. Он объяснил, кто такие разгиды, хранги и каранги. Когда постройки были закончены, командир отряда железнорожников вздохнул с облегчением: Мадлена наконец прекратила многочасовой допрос. Однако он рано обрадовался. Первая попытка переброски оказалась не совсем удачной. Канат под весом Губерга провис настолько, что попал в дымку и порвался. Пришлось малоросликам вытаскивать здоровяка из речки. Дождавшись, пока экспериментатора унесет течением в зону, неподвластную влиянию облака, его выловили с помощью магии и доставили обратно к сооружению.

– У меня складывается такое впечатление, – поделилась размышлениями Злавадская с мокрым изобретателем, – что один и тот же предмет не может находиться сразу в двух мирах.

Высоту башни было решено поднять еще на три метра. Работали весь день и почти всю ночь и только к утру закончили модернизацию вышки на крутом берегу речки.

– Надо торопиться, – сразу после восхода доложил командир малоросликов. – Мои люди заметили в небе перокрыла. Через пару часов тут будут разгиды или хранги.

– Хорошо, мы почти готовы, – кивнул Губерг.

Транспортировочный канат завязали посередине прочным узлом и принялись снова его натягивать между сооруженными из мощных стволов дерева строениями. Тут вмешалась Злавадская.

– Франц, можешь сделать так, чтобы узел находился как раз над облаком? А то как бы мимо не проскочить.

Журналистка выглядела очень бледной, но ни словом не обмолвилась о своей боязни высоты. Она прекрасно понимала, что другого способа вернуться в Жарзанию нет. А сделать это жизненно необходимо.