Лорды гор. Да здравствует король! - Ирмата Арьяр

Я вопросительно выгнула бровь.

— Конфликт темной крови и светлой, — пояснил Роберт. — Мой дар — часть белой магии гор. Если бы ты была полностью темной, я не смог бы наложить на тебя даже малую защиту, как не смог дать ее Дирху. Но ты до какого-то предела терпишь мои чары, и они работают. Более того, связь поддерживается даже на огромном расстоянии. Если бы кардинал не проверял тебя дважды, я бы заподозрил, что в тебе уже есть какой-то горный дар и он помогает удерживать мою магию, но ты чиста. Или нет?

Он с подозрением прищурился. Надеюсь, мои кристально честные глаза меня не выдали. Все равно родовой дар заперт волей матери. Можно считать, его нет и не было.

— Не понимаю, что в тебе может откликаться моей магии? — Роберт отвел наконец взгляд. — Я же чувствую отклик, не только сопротивление. Остается предположить, что темная и светлая кровь сосуществуют в одном сосуде, не смешиваясь. Но стоило мне усилить чары, как баланс нарушился. Это твоя темная крови тебя усыпляла, девочка. А вывод печален: я не смогу передать тебе дар без подготовки. Он может убить тебя.

— Зачем он мне? Рагар говорил, что вы сами должны…

— Король никому ничего не должен. Горцы совсем обнаглели! — проворчал Роберт. — Что бы ни говорил Рагар, планы придется менять. Духовная связь с наставником, да еще таким, как высший белый вейриэн, была для тебя очень серьезной защитой. Но он мертв.

— Так мое видение — не бред? — в этот миг страшно хотелось заплакать, но я держала лицо.

Как он мог взять и умереть? Он, высший мастер-вейриэн! Бросить меня, ничему толком не научив? А я теперь барахтайся! — прикусила я дрогнувшие от нахлынувших чувств губы.

— Похоже, ты действительно видела его смерть, Лэйрин. Тело не нашли, но рассказ Сиарея не оставляет никакой надежды. Попробуй зарисовать свое видение, это может помочь в поисках. Рамасха согласился дать ласхов, чтобы облететь местность.

Роберт отодвинул поднос, выудил из ящика и положил передо мной перо и лист бумаги.

Я сосредоточилась, вспоминая сон: форму островков, кривые деревья, линию горизонта. Боги, да как по этим деталям опознать нужное место? Все болота одинаковы! А под внимательным взглядом короля рука дрожала, и получалось еще хуже.

— Теперь тебе нужна другая защита, Лэйрин, не менее сильная, — говорил он. — Дар огненной крови — лучшая защита после силы белого вейриэна. Но тебе придется жить в этом убежище несколько месяцев или даже лет, пока твоя кровь не примирится с огненной магией.

— Нет! — перо в руке сломалось, испортив рисунок.

— Да, — король вынул второе перо. — И еще одна неприятность: если со мной что-то случится вне этих стен, ты здесь погибнешь сразу — башня самоуничтожится, ее защита пока привязана ко мне. Чем скорее ты примешь дар, тем лучше для тебя.

— А для вас, сир?

— И для меня, — криво улыбнулся Роберт. — Быть единственным носителем проклятого дара — весьма обременительно. Разделить его — моя давняя мечта, — на мой недоверчивый взгляд он поморщился. — Только с кем? Ни одна из моих дочерей не смогла принять эту силу, ни искры. Да и за всю историю Белогорья лишь трижды «огненную кровь» получали женщины. Впрочем, они обычно ее не ищут — слишком страшен такой дар для нежных дамских сердец. И вдруг — откликаешься ты! И пусть одновременно сопротивляешься, но это преодолимо.

У меня возникло чувство, что король лукавит или чего-то не договаривает, но я сосредоточилась на рисунке, и ощущение прошло. Потребовался с десяток листов, пока мои каракули не стали походить на то, что я помнила уже смутно.

Тем временем Роберт рассказал о ловушке, в которую попал мой наставник. Как выяснилось из доклада выживших, на зов бывшего герцога, инсея Виннибора, пришел сам владыка Темной страны и пять его князей с черными вейриэнами — сотни три. У Рагара же всего два десятка белых вейриэнов и полсотни ласхов — шансов никаких.

— Твой наставник и ласхи уничтожили трех темных князей, неплохой счет, — чуть ли не с завистью сказал король. — И один из них был твоим женихом по договору с Хелиной.

— А разве…

— Речь в брачном договоре с темными шла о седьмой дочери леди Хелины фьерр Грахар. Я не имею к этой сделке никакого отношения, и о существовании документа узнал от твоего наставника.

— Я не об этом хотела спросить, сир, если позволите. Разве Рагар еще не воскрес?

Роберт с изумлением воззрился на меня, его губы странно дернулись, словно он хотел расхохотаться над несусветной глупостью, но с неимоверным усилием сдержался.

— Но уже двое суток прошло… — пробормотала я, краснея. — Он говорил Рамасхе, что его смерть будет недолгой. Это не так?

Король, задумавшись, покрутил перстень на пальце. Вскинул глаза, почему-то потемневшие, как от скрытого гнева:

— Недолго по меркам практически бессмертного белого вейриэна. Лэйрин, насколько я понял, ты разбираешься в математических закорючках, древней истории и алхимических формулах, но потрясающе мало знаешь о том, что действительно стоит знать о мире.

— Вот это я как раз знаю, что ничего не знаю, — буркнула я. — Так Рагар обманывал?

— Нет. Ему потребуется несколько лет, чтобы воскреснуть. Но твой вопрос опять возвращает к мысли, что тебя сознательно держали взаперти и почти в полном неведении, — он поднялся, не в силах сидеть на месте, прошелся вдоль стеллажей, пнув помешавший стул. — Догадываешься почему?

— Потому что мой отец — темный.

— Да. Дитя темного в Белогорье! Заложник, если называть вещи своими именами. Более того, впервые за все века у темных родилась девочка и оказалась ребенком горной леди, какая удача! — Роберт продолжал нервно ходить, так резко поворачиваясь, что я вздрагивала. — Ты — бесценное сокровище, Лэйрин. И все же я удивляюсь, почему Рагар не убил тебя, а взял под защиту. Высший мастер не мог не понимать, что использовать тебя он не сможет.

— Почему? — удивилась я.

— Они — стражи другого Белогорья, страны духов. Изначальные враги Темной страны. И никакая цена, никакая выгода не смогут оправдать в глазах белого вейриэна ту силу, какую может получить с тобой темная кровь. Азархарт, если узнает правду, ничего не пожалеет, чтобы получить тебя, а Белогорью без королевы не выстоять. Но Рагар оставил тебе жизнь и защитил. Загадка. Не понимаю! — он в сердцах стукнул кулаком по шкафу так, что фолианты с грохотом выпали. — Дьявол! Или я не учитываю какого-то очень важного фактора, очень… Но, конечно, ни Хелина, как леди гор, ни вейриэны не могли допустить, чтобы дочь Азархарта узнала о Белогорье что-то большее, чем известно всему миру.

— Чья дочь? — мне невыносимо захотелось сползти с кресла под стол и спрятаться от всего мира.

Вздохнув, Роберт опустился на стул, жалобно скрипнувший под его весом.

— А я не сказал тебе? Дочь Темного владыки. И я уверен, что Хелина и его обманула, или он особо не интересовался последствиями их встречи. Сыновей у него много, одним больше, одним меньше… Девочку и предположить было немыслимо, потому в договоре речь идет не о его ребенке, а о седьмой дочери Хелины. Рагар показывал мне копию, у нас с ним был откровенный разговор перед его уходом. И говорится там о том, что рожденного от Темного владыки сына Азархарт оставит ей в обмен на дочь. Но родилась ты. Выдать тебя за мальчика — хорошая идея, и я уже не осуждаю Хелину за обман. У нее не было другого выхода. Но сейчас, Лэйрин, передо мной очень нелегкий выбор.