Нелюдь - Дмитрий Шелег

— Что? — вытаращился я на него. — Ожерелье?! — такого я точно не ожидал.

— Да, — нарочито серьезно сказал Никон, — но не переживай, это еще не конец. Думаю, завтра окажется, что противников было десять, и напал на них ты. Потом, как полагается, отрезал им всем писюны и съел прямо там, на месте, как очень вкусный деликатес.

— Брр, — меня передернуло, но я все же решил высказать свои мысли по этому поводу: — Это, конечно, все очень противно, — меня передернуло еще раз. — Но если эти слухи послужат тому, что на меня меньше будут наезжать, то я только буду рад этому. И сам еще несколько небылиц добавлю.

— Ты был прав, — кинул Никон Люку непонятную фразу, когда я закончил говорить.

Люк кивнул и, повернувшись ко мне, сказал: — Зайдешь, завтра с утра, покажу твою новую собственность. А пока можешь быть свободен.

— Так меня что, позвали сюда для того чтобы узнать обстоятельства той драки? — возмутился я. — А я думал, вы мне про весело скачущую «бабушку» расскажите, и про того мужика, которому руку оттяпало.

— Нет, — отрицательно покачал головой Никон. — Хотя Люк и за то, чтобы рассказать тебе все это, но лично я категорически против. Ты хоть и довольно силен и талантлив для своего возраста, но все же ребенок и захватить тебя для того, чтобы добыть информацию, проще простого.

— Согласен, — вынужден был согласиться я. — Если за ваши тайны можно еще получить, то лучше держите их при себе. У меня и так сейчас проблем хватает, то — то, то это. Врагов все больше становится, хоть и не выходи никуда!

— Ты был дважды прав, — кинул Никон Люку.

— Может, я хотя бы выйду? — сказал я, насмешливо глядя на Никона. — А то я прям сейчас зардеюсь. Все, я ушел, пока.

— Стой, — кинул мне Никон, — мои ребята просили передать тебе спасибо, особенно Энтон, которому ты перевязал руку. Если бы не это, то он бы умер или стал инвалидом.

Я лишь молча кивнул и направился к выходу. Закрывая дверь, услышал голос Никона, обращенного к Люку: — Трижды прав.

Решив, что подслушивать не буду, я, спустившись вниз, быстро вышел на улицу.

— Ну что, готовы? — кинул я ждущим меня недалеко от входа детям.

— Да, — быстро закивали они головами.

— Ну что ж, тогда пошли.

Так как идти молча я не хотел, да и было бы откровенно скучно, то я решил пообщаться с Андреем и узнать его получше.

— Андрей, думаю, пришла пора нам поближе познакомиться. Ты не против, если я буду задавать вопросы?

— Не против, — тихо сказал мальчик.

— Хорошо, тогда скажи, а ты давно в трущобах?

— Три дня, — тяжело вздохнув, сказал мальчик.

— А как ты здесь оказался? Почему решил идти в трущобы? Как я понял, ты плотник, значит, смог бы найти себе работу в нормальном районе.

— Эх, — тяжело вздохнул мальчик. — Я начну с самого начала. Мы с папой работали в мастерской у купца Гонта. Отец был хорошим плотником. Когда мама умерла, то за мной некому было следить и тогда папа начал брать меня с собой, с тех пор я и начал работать. Мне работать в мастерской очень не нравилось, было тяжело, но потом я как-то привык, и у меня даже что-то начало получаться. Последние два года я числился подмастерьем у папы и получал за это две серебряные в месяц. Мало очень, но хоть на еду для себя хватало. Через месяц я должен был сдавать на мастера, потому что уже год работал один… — мальчик шумно сглотнул, — но десять дней назад отец пошел с друзьями выпить в трактир и там с кем-то подрался. Ему проломили голову, и я два дня не отходил от его кровати. Думал, что, может, очнется. Но… Через пять дней папа умер, — мальчик опять сглотнул, и я понял, что он сейчас расплачется, — собрав последние деньги, я похоронил отца и пришел на работу, но разозленный Гонт выгнал меня оттуда. Я пытался объяснить ему все, но он сказал своим охранникам, чтобы побили меня.

Получив несколько сильных ударов, я со злости выкрикнул, что если он меня не возьмет обратно, то я сожгу ему склад. А на следующий день кто-то поджег его мастерские, но это был не я, честно! Я не знаю, кто это сделал. Только вот все подумали на меня, и я чудом смог убежал от пришедших за мной охранников Гонта. В нормальных районах жить оказалось опасно, поэтому я и пошел в трущобы.

— Тогда тебе нужно как-то изменить внешность. А то вдруг узнают.

— А как изменить?

— Ну на, хотя бы на голову надень, — сказал я, снимая свою бандану и отдавая ее Андрею. После чего с неудовольствием стал поправлять прическу и прятать уши.

— Будешь ходить с чуть приспущенной головой, а то еще нарвешься на знакомого, а он тебя сдаст.

Через некоторое время молчавший до этого Федот спросил:

— Андрей, а склад, на который мы идем, это склад Гонта?

— Да, — кивнул он и, видимо, для того чтобы уговорить нас его обчистить, продолжил: — Там большой склад, там много чего есть. Доски разные, много хорошего инструмента, готовые части для столов и стульев, да много чего! Только это, — несколько неуверенно сказал Андрей, отведя взгляд в сторону, — ненужно никого убивать. Там в охране сидят три добрых старичка. Они там и живут в отдельной комнате, они очень хорошие люди…

— Не спеши жить, — прервал его словоизлияние я, — сначала мы посмотрим, что это за склад и что там можно взять, а там видно будет.

В дальнейшем разговоре я почти не участвовал, мальчишки общались, обсуждая какие-то свои темы, а я в это время шел и запоминал маршрут, которым нас вел Андрей. Несколько раз я, входя в транс, заимствовал у уличных торговцев яблоки, груши и другие вкусности, и угощал ими детей. Первый раз, когда вошел в транс перед Андреем, он очень испугался. Вернулся я в тот момент, когда он судорожно пытался рассказать Гнату и Федоту, как я неожиданно пропал. Когда я сказал, что уже здесь и протянул угощение, Андрей лишь широкими глазами посмотрел на меня, а я, решив подшутить, широко открыл свои глаза, чтобы он хорошенько мог их рассмотреть. Андрей вздрогнул и отвел взгляд, который, а затем тихо пробормотал: «Теперь я знаю, почему тебя все слушаются!»

Дойдя до места, мы забрались на чердак дома, стоящего рядом и принялись наблюдать за складом. Я предупредил детей, чтобы сидели тихо и не мешали мне слушать.

— А разве можно что-нибудь услышать и увидеть отсюда? — удивленно спросил Андрей.

— Конечно, — повернувшись, сказал я ему. — Я же нелюдь.

Ребята замолчали, а я начал наблюдать за «складом», который состоял из целого комплекса зданий, огороженных высоким деревянным забором. Три длинных здания расположились вдоль забора буквой «П», оставив в центре пустое пространство, в котором стояло несколько запряженных конями повозок.

Я прислушался. Из центрального здания отчетливо слышались звуки работы.

— Андрей, — позвал я мальчика для уточнении. — А тут что, сразу и мастерская?