Темные Сестры. Опасный выход - Лана Рисова

— Я хотел бы обсудить финансовый вопрос. — Я решил не ходить вокруг да около и сразу перешел к делу.

Человечка скривилась:

— Тиан рассказал? Или братья?

— Тиан. — Здесь утаивать нечего, я кивнул ей. — Тебе самой нужно было поговорить со мной раньше.

— Как-то, знаешь ли, у меня не возникал этот вопрос на нижних уровнях, а уж в Лесу и подавно. — Девушка саркастически усмехнулась, складывая руки на груди.

— Справедливое замечание, — согласился я, — но ты забыла об одной маленькой детали. Ты — замыкающая сешшера и временно находишься на службе, а значит, тебе положено жалованье.

Я выдержал паузу, давая ей возможность, осмыслить мои слова. Лиссэ недоверчиво прищурилась.

— Ты думаешь, воины рискуют своей жизнью исключительно из чувства патриотизма и любви к ближнему? — Вся моя поза выражала уверенную расслабленность. Заметив, что девчонка заколебалась, я мгновенно вытащил кошель и всунул ей в перекрестие предплечий. — Это аванс. Остальное получишь из официальной казны в Такрачисе.

Не давая ей опомниться, я насмешливо поклонился и, сославшись на дела, быстро ретировался. Уже подходя к лестнице, услышал, как позади закрылась дверь.

Вот и ладно, надеюсь, она не решит выяснить, какое на самом деле жалованье положено плетуну ее уровня, потому что в руках у нее было маленькое состояние. Уже спустившись в подвал, чтобы проверить нашего мнимого пленника, я вспомнил, что хотел стать ее сопровождающим на вечернем приеме. Отложив свое предложение на более позднее время, я кивнул охраннику и вошел в тускло освещенное небольшое помещение.

Локарн сидел на кровати в присущей этой расе позе: две ноги с туловищем находились на сиденье, средняя пара упиралась в пол, а руки, бережно обернутые наручами, расслабленно лежали на коленях. По его огромным глазам, лишенным век, и прикрытой вуалью Льйи Тайги нельзя было понять, спит он или просто находится в состоянии задумчивой созерцательности.

Подойдя поближе, я кашлянул, привлекая его внимание. Маленькая черная голова дернулась в мою сторону.

— О! Мужественный фейрин! Как бы горестно мне ни приходилось находиться в полной изоляции от мира, я нахожу в себе силы радоваться, что вы не забываете о бедном идзимне и пришли справиться о его делах. — Не дожидаясь, пока я заговорю, он продолжил, прижимая руки к груди: — Меня устроили вполне сносно и обед приносят, хоть и несколько скудноватый, но исправно и вовремя. Единственное, что тягостно действует на вашего покорного слугу, — это близость выхода и полнейшая скука, но мой пытливый ум находит плюсы и в данной плачевной ситуации, продолжая работать в полную силу.

Во время этого нескончаемого потока я сел на единственный стул напротив локарна и положил ногу на ногу, рассматривая рифленую поверхность стальной набойки каблука.

— Позвольте узнать, драгоценный идзимн, — я слегка подался вперед, замечая, как подрагивают от удовольствия короткие антенны над огромными глазами локарна, — о некоторых подробностях ваших злоключений.

Суставчатые пальцы Махи мелко затряслись, а «говоритель» невнятно забубнил что-то насчет болезни. Я вскинул руку, прерывая сумбурный поток:

— Меня не интересует течение вашей хвори, лучше поведайте о ее причине.

Маха снова всплеснул конечностями и замотал головой. Я молниеносно оказался возле него, стискивая рукой хрупкое сочленение шейных позвонков, а второй оттягивая грудинную пластину панциря, запустив под нее пальцы.

— Если вы думаете, что я позволю вам рисковать сешшером из-за какой-то там тайны… — Я видел в сотнях фасет его глаз свой угрожающий прищур.

— Хорошо, хорошо, — в страхе залепетал локарн.

Я вернулся на свое место, отряхивая полы шарсая.

— Понимаете… — замялся Маха.

— Возможно, пойму, когда ты мне все расскажешь, — прервал его я и дернул щекой, разрешив продолжать.

— Я убил человека. — Еле слышный вздох вырвался из маленьких жвал. Я изумленно приподнял бровь — экое достижение. — Нет, вы не понимаете! — Маха судорожно сглотнул. — После этого все началось.

Отрывистыми движениями он начал оглаживать свои антенны, пытаясь закрыться руками от ужасающих воспоминаний.

— Не мне судить тебя, — презрительно бросил я локарну, — даже если ты убил его с целью наживы.

Идзимн горестно вздохнул.

— Это он напал на меня, я убил его случайно, защищаясь. Вы должны знать, что представители нашей расы не способны на сознательное убийство. Он умер от потери крови по дороге в госпиталь, на руках у целителя. Я так и не узнал, что нужно было этому человеку, но выяснилось, что он был магом. И, видно, Сестры наложили на меня какое-то проклятие, потому что ровно через семь дней я начал меняться.

— Странная история, — задумчиво протянул я. — Отчего же он напал на вас?

— Мне это неизвестно, — локарн развел руками, — с собой у меня ничего не было. Я как раз возвращался от идзимни Майолисины — мы обсуждали размеры будущей кладки. Судя по ее животу, там должно было быть не менее трех яиц. Я был так горд, что прекраснейшая из идзимни выбрала недостойного меня для оплодотворения, что не замечал ничего вокруг.

— Можешь избавить меня от этих подробностей. — Я скривился. — Значит, ты утверждаешь, что не знаешь, ни кем был этот человек, ни причину его нападения?

Идзимн опустил голову, подтверждая мои слова.

— Дознаватели дитрактового принца провели большую работу во время моей болезни, но так ничего и не нашли.

— Или просто не уведомили в этом тебя.

— После того как дело закрылось, принц дал мне время собраться и покинуть пределы владений его Дома. Дальнейшее вам известно. — Маха горестно опустил голову.

Я поднялся, направляясь к двери:

— Надеюсь, вы не станете рассчитывать, что я сохраню вашу историю в тайне. — Открыв дверь, я кивнул охраннику. — Мне придется сообщить об этом дознавателям князя.

— Конечно, — воскликнул локарн, — я и сам хочу разобраться со всем этим безобразием! Эти пятна, — его брезгливо передернуло, — как кровь того мага на моем теле!

Не попрощавшись, я вышел из комнаты, оставляя за спиной стенающего локарна. До чего тупые шакхары! Ну убил… Лучше бы думал о мотивах и прочесывал круг знакомых. Разбираться с этой занимательной историей времени не было, поэтому, убедившись в правдивости его слов — у идзимна хватило ума не скрывать льйини во время нашей беседы, — я немного успокоился. Пусть с ним разбирается Ши, он любит странные запутанные клубки.

До приема мне еще нужно было забрать заказанные утром начи и костюм, проверить, как слуги смотрителя собирают необходимое для нашего каравана, и нанести неофициальный визит наместнику. Со всем этим я разобрался только к вечеру и появился в приемном доме, когда густые тени от зданий полностью поглотили улицы, погрузив их в вечерний полумрак. Смотритель сообщил мне, что человечка у себя, но предупредила, что через некоторое время собирается уходить. Я нахмурился: уже через час нас ждали у наместника, и как она намеревалась успеть собраться? Поэтому, не заходя к себе, я сразу направился в комнату Лиссэ. Настроение было подпорчено жадным гномом, принявшим заказ на начи и в итоге изготовившим лишь две трети. Видите ли, у него закончилась взрывосмесь, а попросить соседа о помощи или сообщить мне заранее о том, что он не сумеет изготовить нужное количество, — он не мог! Пришлось покупать недостающие начи стандартного типа, а меня жутко бесила их неэффективность.