Моцарт - Андрей Белянин

— Мы дома, Моцарт. Мы вернулись. Я никогда не думала, что ещё раз увижу эти горы, это небо, услышу эту речь… Знаешь, страж на регистрации виз удивился, как хорошо я говорю по-черногорски, но сказал, что всё-таки чувствуется русский акцент.

— Это не страшно, здесь хорошо относятся к русским. Я читал о последних балканских конфликтах, Россия выступила на стороне Сербии, но с уважением признала право Черногории на суверенитет.

— Слушай, ну вот мне-то какое до всего этого дело?! — Герцогиня поднялась с колен, отряхнула подол юбки и сплюнула. — Испортил всю патриотичность момента. Я хотела почувствовать воздух родины, ощутить душой свои корни, прикоснуться всем сердцем к эпохе, истории, белым крыльям черногорского орла… А тут ты со своей политикой. И я со своим акцентом. Придётся учить язык заново, да?

— Если я куплю тебе флаг с гербом, это будет достаточно патриотично, чтобы меня простить?

— Я подумаю, — милостиво кивнула Сильвия, позволяя под ручку сопроводить её обратно в аэропорт.

В первом же киоске сувениров мы сошлись на значке и чёрной футболке с красным сердечком и надписью Podgorica. Футболка была ей явно велика, но она натянула её прямо поверх своей рубашки, нимало не смущаясь и ничем не мотивируя.

Наших спутников из уже далёкой, но теперь навсегда близкой России мы нашли в маленьком кафе у зала ожидания. Вик потягивал из бумажного стаканчика томатный сок, а Рита ковырялась пластиковой вилкой в греческом салате.

— Надо было заказать свинско печене или плескавицу, — наставительно порекомендовала Сильвия, делая заказ для нас двоих. Не спросив меня, но я привык. — И вранац, молю!

Седоусый официант широко разулыбался, слыша родную речь, черногорцы ценят даже тех, кто запомнил хоть несколько слов.

— Хвала! — поблагодарил я за всех.

— Ну что, вы остаётесь на день-другой в Подгорице? Посмотрите город, походите по музеям и магазинам, а я пока съезжу в Будву, подготовлю отель и культурную программу к вашему приезду.

— Моцарт, — неожиданно дружно обернулись ко мне все трое. — Ты же говорил, что ангелы не умеют врать?

— Я и не вру. — Мне стало жутко стыдно. — Просто хотел разобраться с делами до вашего приезда, чтобы потом уже ни на что не отвлекаться и вместе отдохнуть…

— Его дела — это попытка в одиночку уничтожить всех вампиров клана Алых Мантий, — не задумываясь, сдал меня Вик, игнорируя все понятия о мужской дружбе. — Он и вас с собой брать не хотел. Предлагал мне гулять с вами, поить соками, кормить мороженым. А он сам в это время будет на нехороших кровососов охотиться.

— Какой эгоизм… — единодушно возмутились обе красавицы, рыжая и светловолосая. — Вот никогда бы такого не подумали. Мы ранены в самое сердце…

— А можно без преувеличений?

— Нельзя! — Они вновь объединились против меня уже втроём. — Или едем вместе, или ты… ты… поросячий хвостик, вот!

Ну, разумеется, такого оскорбления я уже не мог перенести. Кто же позволит, чтобы боевого ангела Девятого Легиона называли «поросячьим хвостиком»? Короче, меня опять развели, как ребёнка, и с приближением сумерек рейсовый автобус уже вёз нас в приморский город Котор. Я по-прежнему был уверен, что начинать поиски надо именно там…

Те, кто хоть раз был в Черногории, вряд ли забудут эту восхитительную серебряную страну. Есть страны из золота — древняя культура, большие территории, огромные богатства, великая история покорений и завоеваний, а есть маленькие, бедные, вечно вынужденные отдавать самое дорогое, что у них есть, жизни своих героев — за собственную свободу и независимость. По ним прокатываются волны огня и железа, они неудобны могучим собратьям, их так логично цивилизовывать и присоединять, а они вечно идут своим собственным путём и, ни капли не боясь смерти, тем не менее всегда отказываются умирать, живя вопреки всему! Серебряная душа Черногории раскрывается не сразу и не каждому, как и сам черногорец не подаёт руки встречному-поперечному, но трудно найти более преданного друга, как и более верного врага.

Нашим русским гостям довелось убедиться в этом тем же вечером. Автобус доставил нас к одним из боковых ворот в Старый город, портовую линию занимали сотни разнообразных яхт, а на выходе из бухты сиял огнями огромный круизный лайнер.

— Будем искать отель здесь или сразу махнём в Будву? — Сильвия кивнула на ожидающие в стороне такси.

— Мне нужно посетить храм Святого Трифона.

— Зачем? — обернулась ко мне Рита. — Я, конечно, читала ещё в самолёте, что это главная достопримечательность Котора, но… Как я понимаю, вы ведь здесь не как паломник и не как турист?

Честно говоря, я и сам не был уверен в том, что поступаю правильно. Если старый собор когда-то давным-давно служил штаб-квартирой наших, это ведь совсем не значит, что ангелы до сих пор отдыхают на его прохладных ступенях. Даже если я встречу Посланника, не будет ли это смертным приговором ему же? А нас не учили вести накопительный счёт гибели друзей, мы привыкли сразу отвечать ударом на удар и не ждать, пока чаша терпения переполнится…

— Посидите в кафе, вот хотя бы прямо здесь. Я постараюсь вернуться поскорее.

— Я с тобой, милый. — Сильвия неторопливо засучила рукава тонкой рубашки. — Так, быстренько достали из своих чемоданов мой верный пистолет! Мы с Моцартом идём на охоту-у…

— Побудь здесь, с ними. — Я положил руку ей на плечо. — Без знания черногорских обычаев ребята пропадут, и мы рискуем прийти к двум свежим телам.

— Ой, вот только не надо нагнетать и драматизировать, все и так верят в вашу несокрушимую крутизну, друг мой.

Вик закинул багажную сумку на плечо и зашагал вперёд, к маленькому уличному ресторанчику на три столика. За одним из них сидел высокий седовласый мужчина, почти до глаз заросший чёрной щетиной. Он читал газету при колеблющемся свете жёлто-лимонных фонарей.

Вампир занял столик напротив и вежливо постучал ногтем по меню.

— Нарывается, — вздохнула Сильвия, и я был вынужден сначала убедиться, что всё будет в порядке, прежде чем отправиться к храму.

Мы все уселись за тот же столик. Хозяин, официант и повар в одном лице даже не поднял на нас взгляд.

Вик вспыхнул, приподнялся, но рыжая герцогиня рывком усадила его на место:

— Соблюдай приличия, грубиян!

— Но он даже не смотрит на нас! Здесь кафе или что? Мы клиенты.

— Ты труп, — презрительно поправила герцогиня. — Моцарт, а ведь в России он вёл себя куда приличнее.

— Зато как ты себя вела на стриптизе… лучше умолчим, да? — не остался в долгу Викентий, а добрая Рита вновь попросила всех не ссориться, потому что здесь иностранные туристы. Действительно, за третий столик села возрастная чета.

— Официант! Эй, парень, я к тебе обращаюсь! — Судя по их английскому, это были немцы.

Вик вытянул шею и поднял руку, явно желая сообщить, что и мы к нему уже минут десять обращаемся, да всё без толку, но под моим взглядом кое-как удержался. Немец не понял, а зря…