Ближе некуда - Юлия Леру

— Они бы убили нас.

— Нет. Они бы нас не убили, поверь мне. Мерра слишком умна…

Я бросила на нее взгляд, и увидела, что она внимательно прислушивается к разговору, который мы ведем.

— Мерра слишком умна, чтобы убить мужчину и женщину, не разобравшись в причинах. Да и ты сама только что процитировала ей учебник. А теперь я не знаю, что будет.

— В ваших интересах доказать мне, что вы говорите правду, — громко сказала Главная, откладывая стило. — И тогда будет то, что должно быть.

Она знаком подозвала одну из женщин. После короткого тихого разговора та вышла за дверь и почти сразу вернулась с парой стражей.

— Одна из них прибыла с южного побережья океана, вторая — родилась в глухой деревушке на востоке, в горах. Заговори с каждой на их родном языке, и я поверю в твои слова, — сказала Мерра.

Я покачала головой. Спохватилась.

— Это невозможно.

— Хорошо, — сказала Главная спокойно, — убейте их.

— Погодите! — вскричала я, когда стражи метнулись ко мне. — Я не могу заговорить с ними на их родном языке, потому что его не знаю. Но если они заговорят со мной, я смогу им ответить.

Стражи остановились рядом, не спуская с меня глаз. Мерра томительно долго раздумывала, потом царственно махнула рукой.

— Хорошо. Давай. Ленна. Скажи ей что-нибудь.

— Ты умрешь завтра, — заговорила одна из женщин по знаку. — Мне тебя жаль, но завтра ты умрешь.

— Я так не думаю, — сказала я, и в глазах ее полыхнуло удивление. — Но за жалость спасибо.

Мерра повернулась к говорившей, ожидая реакции.

— Она поняла тебя? Она говорила на твоем языке? Отвечай!

— На моем, — сказала женщина. Выглядела она немного напуганной. — Похоже, эта девушка тоже из горной деревни. Она говорит со мной на языке моего народа так, как будто родилась там.

Мерра посмотрела на меня и ухмыльнулась. Кажется, она не была впечатлена моими знаниями.

— Вполне возможно, что это так и есть. Теперь второй опыт. Алли.

— Ты вызываешь во мне отвращение, — сказала та из женщин, что родилась на юге океана. Уж она-то была уверена, что я ее не пойму, это точно. — Ненавижу горцев. Грязные, пыльные, вы только и умеете, что воровать наших мужчин.

— А почему ты уверена, что я родилась в горах? — ответила я на ее же языке. — Я же сказала: я из другого мира.

Теперь Мерра, похоже, начала верить. Женщины начали негромко переговариваться, обсуждая происшедшее, но Главная вдруг рубанула рукой воздух и загремела:

— Тихо!

Воцарилась тишина.

— Скажи мне, Донна, мужчина тоже умеет переводить?

Меня охватило недоброе предчувствие от интонации ее голоса. Я заколебалась.

— Ну, так что? Он умеет?

— Умеет, — сказала я.

Мерра засмеялась и хлопнула себя по лицу раскрытыми ладонями, выражая искреннюю радость. Она отошла к трибуне и снова записала что-то в свою книгу. Потом посмотрела на меня, на Лакса, на женщин.

— Я вынуждена тебя наказать, хоть ты и из другого мира, — сказала она. — Закон есть закон, и ты это должна понимать. Заберите ее.

Глаза Лакса вспыхнули, но женщины предусмотрительно схватили его, когда он попытался двинуться с места.

Мерра продолжала:

— Завтра девушка выйдет на показательное метание копья. Когда ее убьют, тело принесете мне. Мне нужен этот прибор, и я собираюсь его оставить себе. Парня — в мои покои. Красивый мужчина — услада глаз, красивый мужчина-толмач — бесценная находка.

— Я сделаю что-нибудь, — сказал Лакс, когда меня потащили прочь. — Стил, не отчаивайся, я что-нибудь сделаю, я обещаю!

Но мне было не до его обещаний.

Меня швырнули в темную камеру где-то под зданием. Решетка, каменные стены, покрытые какой-то склизкой гадостью, соломенная подстилка под ногами. Женщины особо не церемонились со мной, но и не толкали без нужды — завтра я умру, к чему лишние издевательства? Я же словно окаменела. Не сопротивлялась, не кричала, не плакала. Упав на соломенную подстилку, я услышала за собой скрип задвигаемой двери и, обернувшись, увидела, как уходит прочь источник света — факел, который одна из встретивших нас здесь женщин держала в руках.

— Чуть позже я выведу тебя на прогулку. Ты ела сегодня? — сказала та, что осталась со мной рядом в темноте.

— Нет, — сказала я, усаживаясь на холодный пол. — Я с самого утра не ела. Буду очень признательна, если вы дадите мне немного еды.

— Не ела? Вот и хорошо, а то растолстеешь до завтра. — Женщина захохотала, а я спрятала лицо в ладонях, боясь, что сейчас расплачусь. — Если надо куда — в углу соломы побольше накидано, ты не стесняйся.

— А спать где? — зло спросила я. — На полу?

— На полу, где же еще. Думала, я тебе кровать из покоев Главной притащу? — И она снова захохотала.

Я уселась в углу, прижавшись спиной к холодной стене, и постаралась привести мысли в порядок. Но они метались в голове, как горошины в кипящем супе, и все никак не желали обрести ясность. Обхватив голову руками, я уткнулась лицом в колени и закрыла глаза. Понизу тянуло холодом, но усталость и стресс сделали свое дело, и я даже задремала.

Проснулась я от голоса Лакса. Открыв глаза, я не сразу поняла, что произошло и где я нахожусь. Холодный воздух забрался под рубашку, и я почувствовала, что просто заледенела.

— Донна, — повторил голос еще раз, и я поняла, что это мне не приснилось.

Глаза немного привыкли к темноте, и я увидела в дверях камеры силуэт. Лакс стоял, прижавшись к решетке и пытаясь отыскать меня в темноте глазами. Неровный отсвет факела заплясал на его лице, и я увидела, что он взволнован.

— Ла… Арксель?

— Да, это я, — сказал он, быстро приблизившись и присев рядом с тем местом, где сидела у стены я. Протянув руку через прутья решетки, он попытался нащупать мою ладонь, но я не позволила — она была холодной и мокрой от слез. Кажется, я плакала во время своего короткого забытья. — Где ты?

— Я здесь, — сказала я, но с места не сдвинулась. — Как ты попал сюда? Тебя тоже…

— Нет, нет, — перебил он. — Я договорился с Меррой о свидании с тобой. Пообещал ей… кое-какие привилегии, если она позволит мне увидеть тебя перед казнью. Сослался на любовь и все такое.

Хорошо, что было темно. Я бы не вынесла, если бы он увидел сейчас выражение моего лица. Он пошел ради меня на одолжение женщине, которая готова была его убить. Я знала, какого рода одолжение это было — ведь не дура же и заметила взгляд, которым окинула Лакса Мерра еще в зале.

В носу защипало от слез, и я всхлипнула, но тут же закрыла рот рукой, не желая, чтобы он слышал.