Любовный приворот - Лика Вансловович

- Ххорошо, я ввас поняла! - почему-то разволновалась под тяжелым взглядом принца женщина.

Рей и сам себя не понимал, он злился, ведь единственное, чего ему хотелось, это затащить магичку в свою спальню и уже там воспитывать на предмет того, как нехорошо прогуливать занятия да еще и в парке, где совершенно безнаказанно бродят разные психи.

Хлопнув дверью, он оставил девушку на попечение целителя. Рей торопливо сбегал по ступенькам и даже не заметил возникшую на его пути преграду, пока не врезался в нее плечом.

- Опять ты? - сквозь зубы произнес Дик и без того обеспокоенный тем, что Камилы не оказалось среди одногруппников.

- О, кажется, песик потерял свою хозяйку? - нисколько не испугавшись устрашающего взгляда своего соперника, ответил Рей.

- Что ты с ней сделал? - едва ли не набрасываясь на принца, скорее прорычал, чем сказал Дик.

- Я отнес ее к целителю! - пожал плечами Рей.

Дик вцепился в ворот его рубашки, уставившись на того безумными, готовыми разорвать врага на куски, глазами.

- Полегче на поворотах, парень! Я, между прочим, спас ее из лап одного придурка - плохо ты ее охраняешь, псина, плохо! - с усмешкой пристыдил его Рей.

- Что ты городишь!? - отшвыривая от себя мага, выкрикнул Дик.

- Может, ты сходишь и спросишь обо всем у нее? Сдается мне, я не вызываю у тебя большого доверия! - продолжал издеваться над явно встревоженным и до предела разозленным парнем Рей.

Дик одарил наследника престола многообещающим взглядом, говорящим что-то вроде «я убью тебя, если ты мне врешь» и все же поспешил вверх по лестнице в поисках Камилы.

Рей же взъерошил волосы на голове в нервном жесте и сжал руки в кулаки, снова сдерживаясь, чтобы не атаковать «конкурента», спешащего к своей подружке.

***

Гров впервые за все время пребывания здесь потерял над собой контроль настолько, что едва ли не убил одну из своих подружек, пытаясь утолить страшную жажду.

Сердце Эмилии билось медленно и вяло, словно устало выполнять свою работу. Девушка не улыбалась, она смотрела на Грова печальными глазами, полными боли и разочарования, хотя откуда в них взяться хоть какому-то разумному чувству, он ведь давно и планомерно травит ее разум, подавляет волю и топит в сладком тумане беспамятства.

Дрожащими пальцами она достала белоснежный платочек и неуклюже принялась стирать с шеи следы крови. Девушка продолжала смотреть в глаза своего мучителя, даже когда ослабевшие кисти безвольно упали на колени.

- Мне лучше уйти, - негромко, но на удивление твердо произнесла она.

В этот раз он позвал ее прямо в свою комнату, потом толкнул на постель, жадно и грубо поцеловал в губы, заглянул в мутные от желания и страсти глаза и привычно прокусил тонкую кожу у основания шеи там, где так заманчиво бьется пульс. Сейчас Эмилия не казалась ему опьяненной хищником жертвой, ее взгляд и слова были совершенно разумны.

- Уверена? – выгнув бровь, с подозрением всматриваясь в красивое, словно вылепленное умелым мастером, личико, отозвался парень.

- А ты хочешь больше? – спросила девушка, пронзив его холодным взглядом. – Тогда я останусь здесь и снова буду тебе улыбаться, милый! – голос ее стал совсем другим, ласковым, нежным и, что самое удивительное, покорным.

Гров устало скривился.

- Думаю, ты все же права: тебя могут потерять и устроить настоящий переполох, - задумчиво отозвался он, пораженный невероятной догадкой.

«Она притворялась? Все это время? Но зачем? Зачем сознательно позволять зверю причинять тебе боль и калечить твое тело?»

Эми больше не смотрела ему в глаза. Теперь она боролась с чудовищной слабостью и тошнотой, она даже заставила себя подняться с кровати, одернула строгую юбку с синими нашивками водного факультета, поправила пиджак и застегнула ворот голубой рубашки под самое горло, спрятав следы укусов от чужих глаз. Голова закружилась, но она устояла, расправила плечи, спиной ощущая холодный и мрачный взгляд хозяина комнаты. Белокурые волосы рассыпались по плечам, и она лишь привычным жестом отбросила их за спину.

Сила воли, которую она сейчас продемонстрировала, завораживала. Девушка покинула комнату, а Гров продолжал задумчиво смотреть на затворенную дверь.

«Еще несколько минут, и ничто не смогло бы заставить ее подняться и уйти, еще несколько жадных глотков, и чистая и сильная магиана осталась бы в моих покоях навсегда. Но она слишком ценна, чтобы погибать так рано и так бессмысленно!» - Гров вдруг осознал насколько редким и особенным был вкус и аромат этой девочки - найти равноценную замену малышке Эмилии было бы непросто!

"И все из-за этой принцесски!"- негодовал парень.

Наверное, если бы отец не рассказал ему всей правды о матери, он, не задумываясь, сделал бы то, о чем его так просили. Но он рассказал сыну обо всем, глубоко раня сердце юного отпрыска.

Рогас - глава вампирского клана и по совместительству отец - еще в детстве поведал сыну о том, как бесконечно долго вампиры мечтают вернуть власть над людьми, сколько раз они пытались проникнуть и разрушить человеческую страну, но магия стихии не давала им ни единого шанса.

Позже среди людей появились фанатики, глупо и наивно мечтающие стать «Темными Богами» - получить силу настоящего вампира.

Те, кому удавалось вырваться за пределы собственного хорошо защищенного государства, практически сразу были растерзаны и убиты.

Но однажды в руки к Рогасу попала одна весьма симпатичная девушка - ее звали Далия. Она, как и другие, умоляла принять ее в число "Богов", но, в отличие от прочих, магичка заинтересовала старого вампира. В тот день он решил при помощи нее создать дитя, способное обмануть людишек и проникнуть в их ряды, тем более, что были там влиятельные маги, готовые потворствовать этому из надежды выслужиться перед Темным Повелителем.

Далия действительно понесла ребенка. Мальчик был похож на человека и не мог использовать магию смерти, но зато, как и его мать, был магом стихии и при этом так же силен и развит физически, как и соплеменники его отца. Гров даже пил кровь, правда, не имел возможности создавать себе подобных - это был его единственный, но очень существенный недостаток.

Женщина была убита почти сразу после его рождения - отец со смехом рассказывал о наивности Далии, решившей, что теперь Рогас подарит ей вечную жизнь. О, рассчитывая повеселить мальчика, он в мельчайших подробностях поделился с сыном тем, как именно это сделал. И Гров действительно смеялся - смеялся и ненавидел своего отца больше всего на свете. Он не принял такой правды и в глубине своей темной души отрекся от отца.

Да, вампиры не были образцом семейного благополучия, откуда же взялась эта глубокая обида, отравляющая любовь и верность собственному отцу? Еще одна человеческая черта? Еще одна слабость, изъян?

А потом его послали в мир людей, дали чужую фамилию, связи, чужое прошлое и задания - целых два! Человек-маг пожелал смерти сбежавшей принцессе и молодому наследнику престола. Отец пожелал смерти императора, его наследника и ближайших сподручных.