Пять Грязных Искусств - Анна Кондакова

Шли мы довольно долго, в молчании, и всё это время между мной и Сильвер росло напряжение. В конце коридора перед нами предстала сплошная тупиковая стена. Около неё Сильвер остановилась и отпустила меня.

Наконец-то.

Я потёр занемевшее предплечье.

В это время женщина запрокинула голову и загудела. И похожее гудение — глухое и утробное — я уже слышал: точно так же Джозефин Ордо однажды вызывала к бою Шёпот.

Интересно. Не ожидал, что Ли Сильвер владеет искусством призыва.

Коридор охватили шелест тысяч голосов и тихий гул, чёрные вихри накрыли пространство вокруг нас, ударились в стену, и она исчезла.

Просто исчезла, будто её не было никогда.

Нам открылось продолжение коридора с мерцающими сферами под потолком.

— Прошу, — сказала Сильвер, опять обхватила цепкими пальцами моё предплечье и потянула за собой.

— Док, чёрт… может, хватит меня держать? Куда я денусь? — не выдержал я.

Вместо ответа Сильвер лишь прибавила шагу, теперь она практически бежала.

Минут через пять снова показалась стена. Не сбавляя шага и ни о чём не предупреждая, женщина швырнула меня прямо в стену. Причем с такой силой, что я должен был впечататься в камень, раздробив себе череп.

***

Я пролетел сквозь каменную преграду и плюхнулся животом на что-то не слишком мягкое, но и не такое твёрдое, чтобы переломать кости. Подняв голову, я увидел, что нахожусь в кабинете директора, распластавшись на спинке большого кожаного дивана. А ведь его не было тут раньше.

— Специально попросила сегодня диван сюда поставить, чтобы ты себе нос не разбил, — пояснила Сильвер.

Я сполз со спинки дивана и обернулся.

Директор улыбалась, оглядывая меня, а за её спиной медленно обрастала полотном большая картина с изображением Великой Родовой Битвы.

— Вот теперь можем поговорить, — сказала Сильвер, и в каждом её слове чувствовалось напряжение. — Чай? Кофе? Может, воды?

Я внимательно следил за её жестами и поведением. Что же такого случилось, что Сильвер показала мне тайный путь в замок? И не просто в замок, а в его святая святых — кабинет директора.

— В чём дело, док? Говорите уже.

Улыбка исчезла с её лица, и Сильвер снова стала мрачной. Она прошла к графопорту, взяла из лотка свёрнутую газету и конверт.

Сначала подала мне газету.

— Это утренний номер «Лэнсомского Ока». Глянь, тебе понравится.

Я быстро раскрыл газету. Со страницы главного разворота на меня смотрела моя собственная физиономия: весь прилизанный и причёсанный, волосок к волоску, Теодор Ринг.

Под снимком значился заголовок: «СРОЧНО! Похищен внук Тадеуша Ринга».

Я медленно поднялся и уставился на Сильвер. В её тёмных глазах отразилась нешуточная тревога.

— Началось, Рэй. Ринги сделали свой ход. За информацию о твоём местонахождении они назначили награду в пять миллионов суренов, а это огромная сумма. Тебя будет искать весь Бриттон.

Она открыла конверт, что держала в руках, вынула оттуда лист и показала его мне. На нём была отпечатана та же фотография, что и в газете, ещё и приписана сумма награды за любую полезную информацию.

— Этими листовками уже обклеены все столбы Лэнсома и Эгвуда, — сообщила Сильвер. — Скоро дело дойдёт и до Ронстада. У нас есть день-два, не больше. По условиям Перекрёстного Договора в Ронстад обязаны пропускать людей, не владеющих кодо, если это полиция, и дело связано с преступлением против империи. Похищение внука императора — более чем громкое преступление. И этого внука будут искать все кому не лень.

Я нахмурился, вглядываясь в напряжённое лицо Сильвер.

— Поэтому вы отчислили меня при максимальном количестве свидетелей?

Она кивнула.

— Ты очень вовремя разгромил мне кабинет, хотя я бы могла найти и другую причину тебя отчислить. Однако все должны были видеть, что ты оставил мои владения. И даже если тебя будут искать в моей школе, то решат, что ты покинул её, ещё и с таким скандалом. Ни одна живая душа не должна догадаться, что ты остался в замке. Пусть ищут тебя где угодно, только не тут. А пока они ищут, я успею окончательно избавить тебя от овеума и как следует подготовить.

Я ещё раз глянул на свою фотографию в газете.

— У них даже листовки были отпечатаны заранее…

— Конечно, — вздохнула Сильвер. — Ринги всегда умели основательно готовиться к своим наступлениям… Но мы тоже кое-чего стоим, ведь правда? — Она снова мне улыбнулась. — Я спрячу тебя так, что никто не найдёт.

В дверь негромко постучали.

Сильвер вздрогнула, метнула в меня тревожный взгляд и нервно поправила перчатки на предплечьях. И лишь потом, собравшись с духом, прошла к двери.

— Доктор Сильвер, это вещи мистера Питона, — послышался голос Бернарда из коридора. — Я собрал их, как вы сказали, но самого мистера Питона возле ворот не нашёл.

— Ничего страшного, Бернард, — ответила Сильвер. — Видимо, они ему не слишком-то и нужны, раз он не дождался. Отдайте их мне, я выброшу. Как там дела с тридцать пятым кабинетом?

— Половину уже очистили.

— Отлично, проследите за этим, Бернард.

Сильвер захлопнула дверь, держа в руках бумажный свёрток. Молча подошла ко мне, отдала вещи и направилась к графопорту. Положив пальцы на клавиши набора, она быстро напечатала какой-то текст, причем, не вложив в машину листок. Я успел посчитать количество букв: их получилось девять. И среди них, судя по расположению клавиш, что я успел увидеть, были «ф» и «т».

Набрав текст, Сильвер обхватила пальцами крышку стола, щёлкнула тайным рычагом и сдвинула стол вбок вместе с аппаратом. Перед ней открылось широкое отверстие люка с уходящими вниз металлическими ступенями.

— Прошу за мной. — Женщина обернулась и протянула мне руку. — Пошли, покажу тебе своё тайное убежище. В нём я порой пережидаю Часы Тишины.

Я смотрел на темень подвала, и мне туда совсем не хотелось.

Понимая, что я резонно сомневаюсь, Сильвер перестала настаивать и дала мне время подумать, хотя думать особо было не о чем.

Если бы Ли Сильвер хотела избавиться от меня по-тихому, то уже сделала бы это. Если бы она планировала подставить меня и сдать Рингам, то ничего не сказала бы мне о газете и листовках, а просто дождалась бы полиции.

Оставляя меня в своём замке, она крупно рисковала не только своей головой, но и подставляла весь свой клан. А вот в хитрости и решительности ей не откажешь, она никогда не скрывала, что помогает мне из личной выгоды: я ей нужен в качестве Теодора Ринга, а не Рэя Питона, но это не меняет сути, ведь сейчас это один и тот же человек.

Я кивнул на открытый люк.