Хрустальный сад - Эвелина Баш

После ужина я поднялся в свою комнату. Родители и вправду ждали меня, моя старая комната была свободна. На кровати, в квадратике лунного света, пожав под себя ноги, сидела старшая дочь Анны. Я остановился на пороге. Неужели память подвела меня, и я ошибся дверью? Но девочка прошептала:

– У меня есть кое-что для тебя.

Я подошел к кровати и опустился рядом с ней на колени. Она взяла меня за руку и вложила что-то маленькое и холодное в мою ладонь.

– Это передали тебе эльфы, – также шепотом сказала она.

– Откуда ты знаешь эльфов? – шепотом спросил я и обернулся на незакрытую дверь.

– Они живут в пруду у леса. Они знали, что ты приедешь. Мы все тебя ждали.

Я поглядел вокруг, но уточнять, кто это «все» не стал.

– Мама не верит в эльфов, – грустно сказала девочка.

– Никто в наши дни не верит в чудеса, – я пожал плечами. – А теперь пора спать, малышка.

– Но я не хочу спать! – возразила она.

– А вот дяде Вальтеру надо выспаться, – я зевнул. – Завтра очень рано вставать.

– Спокойной ночи! – она обняла меня и выбежала из комнаты.

Я посмотрел ей вслед и раскрыл ладонь. Маленький кулончик блеснул в лунном свете. Древо жизни. Улыбнувшись, я расправил тонкую серебряную цепочку и, приложив кулон к губам, надел его на шею. Магия эльфов не защитит от Штайнберга, но поможет добраться до него незамеченным, а это уже неплохо в моем положении.

Я поднялся с колен и огляделся вокруг. На столе все еще стоял мой стакан с карандашами, и лежала пачка бумаги, на которой я рисовал свои комиксы. Мои учебники стояли на полках, там же где я их оставил. Все старые вещи были на месте, но к ним добавилось множество новых: книги, тетради, фотографии в рамках, постер какого-то наверняка известного бойз-бенда. На одной из фотографий были мы с Санни. Я не помню у себя такой. На ней нам было по четырнадцать, и мы стояли на крыльце школы. Справа и слева от нас стоял еще кто-то, но их обрезали, и остался только кусочек рукава и чья-то сумка. Я вглядывался в фотографию, пытаясь вспомнить, когда и зачем она была сделана.

– Завтра ты снова исчезнешь? – услышал я голос и обернулся. В дверях стояла Энхен.

– Я не могу ничего обещать.

Она вошла в комнату и осторожно закрыла за собой дверь.

– Я столько часов провела в этой комнате, вдыхая твой запах, вчитываясь в твои комиксы… Я ведь влюбилась в тебя почти сразу, но и не подозревала, пока Санни не сказал мне…

– Санни?

– В конце февраля, – она присела на край кровати, – он пришел ко мне домой. Он был такой странный, как будто его кто-то преследовал, и рассказал о твоих чувствах. Он просил меня, чтобы я позаботилась о тебе. Он как будто знал, что с ним что-то произойдет. Недели не прошло, как его сбила машина…

Она закрыла лицо руками и замолчала.

– Я чувствовала себя такой виноватой за то, что ты ушел из дома…

– Но почему?

– Я оттолкнула тебя. Я думала… Я хотела… Но было слишком поздно, – из ее глаз покатились слезы.

Я присел рядом с ней на пол.

– Ты не виновата ни в чем, – сказал я. – Просто держать тебя за руку, было для меня тогда высшим счастьем, но у судьбы на меня были другие планы, – я взял ее за руку. – Я очень благодарен тебе за то, что ты оказалась здесь, что ты поддержала в трудный момент моих близких, что ты опубликовала комикс…

– Ты знаешь об этом? – удивленно спросила она.

– Его продавали по всей Европе и даже за океаном, – усмехнулся я.

Так или иначе, мне суждено было стать знаменитостью.

– Я хотела, чтобы все гордились тобой, – тихо сказала она. – Нам с мамой пришлось немало побегать, чтобы опубликовать его.

– Вам с мамой?

– Знаешь, а ведь она очень любит тебя.