Демоны Вальхаллы - Дмитрий Казаков

– Вижу, – отозвался сержант. – Это боевик. Обходим. Пока трогать не будем, оставим про запас.

Корхвеги, попавший в зону шумоподавления, растерянно топтался на месте, большими лапами, на которых виднелись стальные накладки, размахивал перед собой. Многочисленные глаза поблескивали. Странно было осознавать, что они почти ничего не видят.

– А вот это, видят духи, наш клиент, – из-под основания уродливого сооружения, похожего на обвитый паутиной кактус, выбрался еще один паук, поменьше. Его голову закрывало что-то вроде каски с многочисленными прорезями, а под брюхом болталась емкость из похожего на кожу материала. – Как я выстрелю, тут же кончайте второго!

Ли медленно поднял неправдоподобно толстый, уродливый пистолет, стреляющий ампулами с какой-то гадостью, усыпляющей корхвеги, и нажал спусковой крючок. Паук в "каске" дернулся, распрямив все лапы, подпрыгнул на добрый пяток метров, и тут же рухнул.

Его сородич, топтавшийся на месте, резко повернулся, несколько пуль ударили ему в бок, брызнула кровь, в стороны полетели клочья плоти.

– Готов, клянусь четверкой, – Вильям опустил винтовку.

– Все, берем его и уходим!

Для транспортировки пленника сконструировали специальную сеть. Развернутая, она напоминала гамак, нити его отливали металлом в пробивающемся через облака звездном свете.

– Святая Дева, и мне об него руки марать? – возмутился Арагонес, подходя к оглушенному.

– Ничего, замараешь, не помрешь, – Вильям ощутил легкую тошноту. – Бери!

Хвататься за толстую мохнатую лапу было противно, но уцепившись, Вильям ощутил, что держит нечто твердое и чуть теплое, похожее на обитую мехом палку, полежавшую на солнце.

– Раз-два! – скомандовал сержант. – Пошли!

– Уф! – корхвеги весил не меньше откормленного поросенка, а торчащие ноги так и норовили за что-нибудь зацепиться. – И почему мне такие муки, Святая Дева? Я ведь не грешил… почти…

– Отставить разговоры! Береги дыхание!

Транспортный ров, на их счастье, оказался пуст, но едва перебрались на ту сторону, как позади началась суматоха. Взлетел к небу пылающий шар, осветив выжженную и покрытую "шрамами" равнину, по которой побежали уродливые длинные тени.

– Крокодилья пасть! – рявкнул Гаррисон. – Это еще что?

Маскировочное поле вокруг каждого из людей начало светиться, с каждым мгновением набирая яркость.

– Отключай! – велел Ли. – Шумоподавитель на полную! И побежали! Побежали!

Ремни от сети впивались в плечи, давили на них с такой силой, точно легионеры тащили по меньшей мере слона, Вильям ощущал, как с каждым шагом в лодыжках нарастает боль. В позвоночнике противно скрипело, а стекло шлема запотело полностью.

Вильям бежал почти вслепую.

– Штаб! Вызываю штаб! – на ходу сержант попробовал связаться с полком. – Мы возвращаемся с грузом! Прикройте огнем по секторам семь-три и семь-пять!

Световые шары поплыли над полем целой вереницей, что-то вспыхнуло слева, потом справа. Шумоподавитель отсекал звуки, но земля под ногами вздрогнула, давая понять, что корхвеги взялись за дело всерьез.

– Наземь! – рявкнул Ли, но Вильям уже и сам рухнул, вжимаясь в какую-то канавку, способную уместить разве что не очень упитанного хомяка.

Что-то горячее и очень яркое пронеслось над головой.

– Штаб! Вызываю штаб! – отчаянно прокричал Ли, когда они вскочили на ноги и понеслись дальше.

– Вас понял! – прозвучал в наушниках чужой голос, такой далекий и такой приятный. – Высылаем навстречу группу! Огневая поддержка – через тридцать секунд!

– Оп-па, – голос Гаррисона, бегущего последним, как-то странно изменился. – А вот и прыгающие жабы…

– Наддать ходу! А не то, видят духи, рассвет встретим на небесах!

Вильям ощущал, как скрипят готовые разорваться от напряжения сухожилия в ногах.

Впереди, за позициями полка, там, где размещались системы огневой поддержки, ночь в страхе шарахнулась в сторону, ошарашенная буйством света. Сотни ракет метнулись за спины легионерам, расцветив небо алыми и синими гирляндами.

Грохот разрывов проник даже через защиту шумоподавителя.

– Генератор садится, – сообщил Гаррисон, – отключить эту штуку?

– Отключай, – разрешил Ли.

Вильям отстегнул маску, внутрь шлема ворвались звуки боя и пахнущий гарью, но все же свежий ночной воздух. Теперь хотя бы можно было видеть, куда ставишь ногу.

– Сзади! – рявкнул кто-то. Вильям ощутил, как ремни сетки натягиваются, сбивая его с ног, едва успел вскинуть руку и отщелкнуть карабин.

Земля ударила в затылок, а в вышине пролетел подсвеченный сбоку многоногий силуэт.

"Догнали, паучье проклятое!" – мелькнула мысль, а он уже стрелял, целясь в стремительно перемещающиеся вокруг фигуры. Вспыхивающие разрывы слепили глаза, сбивали ориентацию, зрительный фильтр не успевал подстроиться.

Неудачно отскочив, зацепился за пленника ногой, потерял равновесие. Что-то ударило в бедро, боль стегнула по ноге. Вильям зашипел, перед глазами потемнело, ощутил, как кто-то подхватывает его за пояс.

– Держись, видят духи! – звенящим от напряжения голосом проговорил Ли. – Держись!

– Ага, мы им влупим… – ответил Вильям, чувствуя, что губы почему-то двигаются с трудом.

– Хвала Святой Деве! – в крике Арагонеса слышалась радость, и даже теряющий сознание Вильям понял, что что-то вокруг изменилось. Зазвучали голоса, заглушившие раздраженный свист корхвеги. – Хватайте эту тварь, хватайте!

Вильям удивился, что его величают так неласково, не сразу поняв, что речь идет о "языке". Затем погрузился во тьму, а когда сознание вернулось, обнаружил, что лежит, шлема на голове нет, а рядом слышен голос майора.

– Отлично справились с заданием, – проговорил Рагнарссон так сухо, точно поручил легионерам вырыть яму для сортира. – Обещаю представить вас к боевым наградам. Если есть какие-то просьбы – обращайтесь.

– Сэр, если это возможно, то хотелось бы присутствовать при допросе пленника, – Ли замолк и стало тихо, лишь вдали громыхали разрывы.

– Хорошо, – ответил майор. – Я…

Дослушать Вильям не сумел. Боль в ноге стала вдруг невероятно сильной, огнем охватила тело, и сознание милосердно отключилось, спасая хозяина от мук.