Лазурный питон - Дженни Ниммо

– Ого! – поразилась Оливия, последовавшая за Чарли. – Ну, с чего начнем?

Танкред предложил действовать планомерно и двигаться от садовой ограды к дому. Чарли сразу понял, что прочесать сад будет непросто: зелень росла так плотно, что нельзя было сделать и шагу, чтобы не наступить на цветок или ветку. Больше всего ущерба причиняли саду тяжелые фиолетовые ботинки Оливии: она все время спотыкалась и хрупкие стебли зловеще хрустели у нее под ногами. Чарли изо всех сил старался не оглядываться, но спиной чувствовал, что Оливия давит самые редкие растения.

Молча обшаривали они сад, лишь изредка переговариваясь: «Кажется, нашел… Ой, не то!»

Экспедиция уже почти уперлась в стену дома, когда Чарли услышал, как что-то маленькое и твердое упало на широкую каменную ограду, отделявшую сад тетки Юстасии от соседнего. Забыв об осторожности, он метнулся посмотреть, что это, и в руках у него оказался гладкий серый камешек – подозрительно знакомый. Чарли наморщил лоб, и до него дошло. «Мистер Краплак! – пробормотал мальчик себе под нос. – Ну точно, сверкающие камни!» Однако откуда взялся камешек? Из дома тетки Юстасии или из соседнего, тетки Венеции?

– Чарли, ты как, нашел? – громким шепотом спросил Танкред.

– Нет, но…

С той стороны ограды донесся свист.

– Берегись, Чарли! – позвал Лизандр. – В доме что-то происходит!

Внутри мрачного дома и впрямь послышались голоса, то самое окно в боковой стене захлопнулось, а потом раздались торопливые шаги.

– Надо давать деру! – решила Оливия.

– Но я так и не нашел вербену, – возразил Чарли.

– В другой раз, сейчас не до этого! – Танкред дернул его за рукав.

Но Чарли не поддавался – ведь другого раза может и не быть. Он завертелся волчком, щуря глаза и всматриваясь в растения, хотя перед глазами у него уже рябило от зелени. Танкред с Оливией, перепрыгивая через грядки, мчались к ограде.

– Чарли, осторожнее! – крикнул Танкред. Скрипнула дверь: кто-то вошел в сад. Тетка Юстасия!

И тут Чарли наконец-то увидел вербену – прямо у себя под ногами. Но аккуратно срывать побеги было некогда, он наклонился и выдернул весь кустик с корнем.

– Ты что, с ума сошел? – завопила тетка Юстасия и сбежала по ступенькам крыльца.

Чарли, давя растения, побежал к ограде, через которую уже перелезала Оливия. Мальчик быстро уцепился за каменную стену и приготовился подтянуться, но под ногами у него что-то хрустнуло, и он почувствовал, что проваливается под землю. Чарли отчаянно завопил, пытаясь ухватиться за ближайшие кусты, которые, конечно, как назло, оказались колючими. Но и кусты не помогли: он проваливался все глубже.

– Ха-ха-ха! Попался в мою ловушку, безмозглый сопляк! – заклекотала тетка Юстасия.

– Чарли, ты где там застрял? – тревожно пискнула Оливия.

– Помогите! – Чарли пытался ухватиться за края ямы, но тщетно: земля была мокрая, а из нее торчали скользкие корни и еще какая-то гниль.

Из всех теток у Юстасии был самый противный смех, и теперь она стояла над ямой и заходилась трескучим злорадным хохотом. Чарли старался не смотреть вверх, чтобы не видеть ее бурые чулки и пожелтевшие нижние юбки. Он зажмурился и из последних сил позвал на помощь.

– Какая уж тут помощь! – Тетка Юстасия фыркнула. – Ты попался, как крыса в ловушку, Чарлз. Что бы мне такое с тобой сделать?

Чарли не выдержал и открыл глаза.

– Детей обижать нельзя, – вызывающе сказал он. – Тем более – родных. Тем более – старушкам.

– Ах, нельзя? Ничего не поделаешь, придется, – отрезала тетка. – А если ты…

Фраза оборвалась, и тетка Юстасия внезапно подлетела в воздух легче пушинки. Чарли разинул рот от изумления, но тетка взвилась в небо и пропала в туче кружащихся листьев. Вокруг Чарли завывал ветер, взметая с земли прутики, комья земли, листья, – настоящий смерч!

– Танкред, – выдохнул Чарли.

Над краем ямы появились две пары рук.

– Вылезай, Чарли, – сказал голос Танкреда; самого его даже видно не было из-за листьев и прочего.

– Танкред разобрался со старой мымрой, – непочтительно сообщила Оливия, – так что пошли.

Но Чарли было даже не дотянуться до кончиков ее пальцев.

– Не достать! – крикнул он. – Мне никак! Появилась еще одна пара рук – темнокожих, крепких и длинных.

– Подпрыгни, Чарли! – настойчиво сказал Лизандр. – Подпрыгни и ухватись за меня! Ну же! Мы тебя вытащим!

Чарли нашарил оброненную вербену, зажал ее в зубах и послушно подпрыгнул. Лизандр поймал его за левую руку, Оливия с Танкредом – за правую, ногами Чарли уперся в стенку ямы и принялся карабкаться наверх. Особенно трудно было не выронить драгоценную вербену. Кроме того, неподалеку кто-то пронзительно визжал, и, только очутившись на поверхности, Чарли понял, что голос принадлежит тетке Юстасии. Визг доносился из-под зеленого кургана, увенчанного перепутанными стеблями и травой. Курган пытался встать, но падал под натиском неутихающего штормового ветра.

– Прекратите! – визжал курган. Но Чарли с друзьями уже неслись к садовой ограде.

Лизандр подтолкнул Чарли снизу, и экспедиция, перевалившись через каменную стену, рухнула в проулок, задыхаясь от хохота.

– Что случилось? – взбудораженно спросила Эмма, которой, даже привстав на цыпочки, не удалось разглядеть происходящее в саду.

– Танкред… своим фирменным приемом… ох… и теперь тетка Чарли стала похожа на компостную кучу! – с трудом выговорила сквозь смех Оливия.

– Она тебе этого не простит, Чарли! – Перепуганная Эмма даже не засмеялась.

Решив пока что не думать о мести тетки Юстасии, Чарли быстро вынул изо рта вербену, сплюнул комья земли, наспех отряхнулся и вслед за друзьями поспешил прочь от теткиного сада.

Когда вся компания вновь очутилась в Сквозняковом проезде, перед тремя фасадами с номером «13», Эмма – единственный предусмотрительный участник экспедиции – вытащи из кармана пластиковый пакет и протянула Чарли.

– Мы бы без тебя просто пропали! – благодарно сказал тот, укладывая кустик вербены в пакет – прямо как был, вместе с корнями.

– Раз у нее есть корни, можно будет ее посадить, и она приживется, – предложила Эмма.

– Сначала надо проверить, сработает она или нет, – резонно заметил Чарли.

После Сквознякового проезда даже угрюмая Банковская площадь показалась друзьям милым и приятным местом: здесь сияло солнце и было значительно теплее. Можно подумать, что в Сквозняковый проезд солнечный свет не заглядывает вообще никогда и там царит вечный сумрак – сырой, холодный и пугающий. Компания с удовольствием подставила носы под солнечные лучи.