Без царя в голове - Сергей Шангин

— Думаешь? Лады, пусть оно так и будет, как говоришь. Пожалуй, пора прогуляться, с окрестностями ознакомиться, когда еще в следующий раз доведется вот так вот запросто по дворцу пройтись?

* * *

Личный секретарь — это не игрушка, а способ отвлечься от работы.

Иван торкнулся было в дверь, но она, словно того и ждала, сама собой распахнулась и на пороге оказался молодой парень, расфуфыренный как барышня. В том смысле, что с кружевами перебор, в румянах и пудре, пальцы унизаны перстнями, в ушах сережки. В руке он держал ярко красную папку с золотом тисненным двуглавым орлом.

— Ваше Величество, — манерно пропел парень и жеманно смахнул несуществующую пылинку с лацкана бархатного пиджака. — Ваше расписание на сегодня! — торжественно провозгласил он и раскрыл папку.

— Ты кто такой? — возмутился Иван неожиданному препятствию.

— Ваше Величество, — парень сморщил носик, словно собрался заплакать от незаслуженной обиды, — я ва-а-а-ш секрет-а-арь! — манерно пропел он, растягивая по-бабьи слоги. — Я же всегда… в это время… с докладом… — секретарь побледнел, вспотел, начал заикаться, попав в глупую ситуацию.

— Секретарь? — Иван пытался сообразить, как ему выкрутиться. — Чего же сразу не сказал, почему без доклада? Ах да, ты же как раз с докладом. Ну-у-у, раз пришел, докладывай быстрей, дела у меня срочные.

Ивану не оставалось ничего другого, как молча отойти на исходные позиции и занять оборону в кресле. Явление секретаря стало для него еще одной неприятной неожиданностью. Он привык сам себе расписание устраивать или следовать общепринятому порядку, а тут приперся не то парень не то девка и втирает про какие-то дела.

Царь, зажатый в темном уголке собственного сознания, от души веселился. А секретарь, утерев кружевным надушенным платочком мокрые глазки и прокашлявшись, встал в торжественную позу и начал чтение доклада, манерно вытягивая слова.

— В два часа встреча послов варговских, в три часа прием по случаю именин короля голландского, в четыре часа званный обед в летнем павильоне в честь Их Величества короля германского, в пять часов…

— Стоп! — Иван хлопнул пухлой ладошкой по кожаному подлокотнику.

Секретарь едва не подавился, сдержав следующее слово в глотке.

— Это что же такое получается? А отдыхать когда? Они в гости прут, а мне с ними подпрыгивать? Не хочу, отменяй к черту! У меня сегодня выходной, я царь, объявляю царский указ — у царя нынче выходной!

— Как же так, Ваше Величество? — секретарь захлопал длинными ресницами, в глазах его светилось искреннее непонимание. — Встречи уже расписаны, дипломатический скандал случится может…

— Так, слушай сюда, красавчик. Доклад переписать, послов разогнать, все перенеси на завтра. А я сказал на завтра! — рявкнул он, видя попытки секретаря высказаться против его предложений.

— И вот еще что, ты бы переоделся по-людски! Что ты как баба вырядился? Мундирчик какой себе подыщи, сапожки кожаные офицерские, ну не мне тебя учить. Кру-у-у-гом, шаго-о-о-м марш!

Секретарь крутнулся пару раз вокруг оси, едва не пролетел мимо двери и исчез. Царь еле отошел от хохота.

— Ой, умора, ну ты причудник, Иван, так ведь и помереть от смеха можно. Как ты ему «Круго-о-о-м… шаго-о-ом-марш», он же чуть не помер от расстройства.

— Ничего смешного, — обиделся Иван. — Элементарной команды исполнить не может, а еще секретарь самого царя!

— Так ты скоро весь дворец под казарму перестроишь и придворных муштрой замучаешь! — не унимался в хохоте царь. — Ой, не могу, будут шаг отбивать в кружевах и камзолах!

— И заставлю! Муштра еще никого не испортила, а даже совсем наоборот… — тут он замолчал и задумался, как именно сказалась та самая муштра на его Ивановой судьбе. Думал-думал и чуть не уснул…

* * *

Самое главное в искусстве налаживания отношений показать собеседнику, кто тут начальник, а кто дурак!

Только Иван смежил глаза, надеясь покемарить в мягком кресле, как переговорник снова зашипел.

— Ваше Величество к вам граф Меньшиков с бумагами на подпись. Разрешите впустить? — дворецкий произносил фразу со странной отрешенностью в голосе, словно бы она была лишней и делал он это сообразно обычаю.

Он еще говорил, а дверь уже широко раскрылась, и в кабинет деловито по-хозяйски шагнул сам граф Меньшиков. Закрыл за собой дверь и уставился холодным рыбьим взглядом на царя.

«Меньшиков… Меньшиков… Твоя цель Меньшиков…», — тотчас забубнил забытый в суете нудный голосок. Волгин почувствовал неодолимое желание схватить любое подходящее оружие и немедленно уничтожить вошедшего в кабинет графа. Как на грех ничего подходящего под руку не попалось, да и вид у графа был грозный.

— Это еще разобраться нужно, кто тут цель, — подумал Иван, ежась под немигающим взглядом графа.

Иван с непривычки хотел было подскочить и рапорт отдать, но вовремя спохватился. Все ж таки он царь нонече и негоже ему перед графьями шапку ломать. Ухватился за подлокотники, удержав царское тело в кресле, откашлялся. Граф же, помолчав, шагнул к царскому столу и шлепнул ему на стол пачку бумаг.

— Здоров ли, царь-батюшка, не захворал часом? — словно бы невзначай поинтересовался граф, продолжая испытующе разглядывать царя. — Слухи ходят бегом занялся. Не перетрудился с непривычки? — не скрывая издевки хмыкнул Меньшиков.

— Что мне сделается, здоров, как бык, хи-хи-хи, — неожиданно глупо хихикнул Иван, поддавшись охватившей царя панике.

— И докторов больше вызывать не требуется? — намекая на осведомленность в тайном вопросе, полюбопытствовал вельможа.

— Каких докторов, типун тебе на язык, граф, не нужны мне доктора! — открестился Волгин, лихорадочно выискивая связи между графом и неведомым американским специалистом, столь загадочно появившемся и не менее загадочно улизнувшем в опасный момент. — Сказал же, здоров, чего и тебе желаю!

— Ну, раз здоров, то подпиши быстренько указы, Ваше Величество, спешу я, некогда мне, — деловито приказал граф и отвернулся к аквариуму, рыбок разглядывая.

— Об чем указы? — вежливости ради поинтересовался Иван, мечтавший в данный момент лишь о немедленном уходе графа.

— Тебе какой интерес? Подпись ставь и все дела! Да ты точно здоров? — полуобернувшись, с нажимом спросил граф.

— Здоров, сказал уже, неужто повторять нужно? — то ли извинился, то ли обиделся Иван.

Он мельком просмотрел бумажки, перелистал быстренько, выхватывая отдельные слова. Непонятное все, непривычное, дела государственные, — вздохнул он тяжело, — куды деваться, нужно подписывать.

И тут сознание зацепилось за знакомое до боли слово «Волгин». Иван присмотрелся, вчитался. Прочитанные слова укололи в самое сердце: «Пилота Волгина и его эскадрилью приговорить к каторжным работам и сослать на рудники бессрочно».