Кровь Титанов. Шутки судьбы - Виталий Бодров

Он помолчал, а потом добавил:

– Когда коронуюсь, отменю этот закон. Он давно устарел.

Лошадь его пленителя сделала резкий скачок, принц охнул.

– И еще объявлю войну Фарадану, – добавил он мрачно.

– Ваше высочество… – начал Таль, но принц его перебил:

– Для друзей я – Орье. Давай уж без титулов, в плену они все равно ничего не стоят. Считайте это монаршей милостью, если желаете. Хотя я еще и не монарх.

– Какая выдающаяся демократичность! – завыл якобы сорванным голосом шут. – А чем ваше щедрое высочество меня изволят пожаловать? Лучше бы деньгами…

– Пинками под задницу, – любезно ответил принц.

– Милость ваша безмерна! Хотя деньгами все-таки лучше…

– Сугудай нас всех наградит плахой, – спокойно заметил принц. – Если наше предприятие не выгорит. Двойной Корунд с меня сняли эти мародеры в фараданской форме.

– Нет уж! – выкрикнул Бол. – Пусть уж это будет наш последний плен! Надоело!

– Если не выпутаемся, последним и будет, – согласился Таль. – Сам знаешь, война…

Бол заткнулся. С этой точки зрения он перспективу не рассматривал. Про законы военного времени он был наслышан. Точнее, про один закон – война все спишет. В том числе и те законы, про которые он наслышан не был.

Гоблин, который про законы военного времени ничего не слышал (какие, к блину, законы у гоблинов!), изловчился и укусил лошадь за круп. Кобыла, которая и так с подозрением относилась к зеленому телу, лежащему у нее на спине, дико заржала и встала на дыбы. Всадник и гоблин посыпались на землю; Харкул изловчился вторично и укусил еще и всадника.

Тот заорал, тоже встал, только не на дыбы, а на ноги, и отвесил гоблину хорошего пинка. После чего заткнул ему рот и старательно привязал пленного к седлу.

Кавалькада двигалась медленно. Тяжело скакать быстро, если у тебя на лошади висит связанный пленник. Меж тем солнце уже клонилось к горизонту с явным намерением опуститься ниже. Впрочем, всадников это нисколько не волновало, и Таль сделал вывод, что лагерь фараданцев не так уж и далеко.

Так оно и оказалось. Лес неожиданно кончился, и открылось обширное поле, сплошь усеянное походными палатками. Фараданцы предпочитали воевать с комфортом.

Кое-где уже горели костры, ветер доносил запах чего-то съестного. Желудок Таля откликнулся на запах громким кваканьем, напоминая, что он хоть и не фараданец, но перекусить не помешало бы. Пленников сняли с лошадей и, не развязывая, потащили к шатру командира отряда. Или армии – Таль был не силен в воинских подразделениях.

Командир, судя по нашивкам на доспехах, имел звание генерала. При виде него принц несколько оживился, попытавшись принять гордую позу. С веревками на руках и прочих частях тела это выглядело неубедительно, но генерал все равно обратил внимание на необычного пленника.

– Что вы хотите сказать, сударь?

Обращение это Таля приятно порадовало. Куда лучше звучит, чем «Выкладывай военную тайну, сволочь». А если нет у них никаких тайн, тем более военных? И как это генералу доказывать, если человек живет в мире военных тайн?

– Герцог Адренс, если не ошибаюсь? – вежливо осведомился Орье.

Принцы не ошибаются почти никогда. Вон как у генерала глаза на лоб выкатились, будто всегда хотели попасть именно на это место.

– С кем имею честь? Разве мы знакомы?

– Вы, будучи еще капитаном гвардии, принимали посольство Квармола.

Генерал напряженно смотрел на принца, сравнивая его внешность с теми смутными образами, что хранила его память. Похоже, напрягать ее герцогу давненько не приходилось. По его лицу было видно, как упомянутые образы мало-помалу начинают материализовываться.

– Ваше высочество? Принц Орье? – неуверенно опознал он. Генерала тоже можно понять – откуда вдруг посреди Ледании взяться квармольскому принцу? А главное, с какими такими тайными военными целями он здесь присутствует?

– Я готов дать вам аудиенцию, герцог.

Во как! Не «Развяжите меня, поговорим спокойно», а «Я готов дать вам аудиенцию». А ее со связанными руками давать нипочем не будешь. Чувствуется королевская кровь и соответствующее воспитание! Интересно, что генерал ему ответит…

– Развяжите его, – приказал тот спокойно.

– И мою свиту, – уверенно приказал принц.

– Нет, – возразил генерал. – Извините меня, ваше высочество, свита ваша побудет пока связанной. Тем более на свиту эти люди не слишком похожи.

– А это уж, генерал, не вам решать, – резко отозвался принц.

Таль оцепенел. Нет, вот же угораздило связаться с королевской особой! Генерал вполне способен распорядиться, чтобы их тут же повесили. На невысоких деревьях, для большего комфорта. Война еще и не то спишет, принц все равно официально мертв, а с остальными можно особо не церемониться. В том числе и с ним, с Талем.

– Это моя армия, и я за нее отвечаю. – Генерал ответил мягче, чем ожидал Ларгет. – Я вижу, что вы не лазутчики, и тем не менее возникает резонный вопрос: что вы все делаете на территории Ледании? Пока я не выясню это до мельчайших подробностей, ваши… гм… свита ваша будет находиться в статусе пленных. К вам, ваше высочество, это, само собой, не относится. Вы – мой гость. С ограниченной свободой передвижения. Сами понимаете, разумная необходимость.

– Разумного я в этом не вижу, – высокомерно бросил Орье. Хорошо так бросил, с истинно королевским достоинством. Случалось ведь, что монархи из-за одной красивой фразы на плаху поднимались. – И, кстати, я же не спрашиваю, что вы делаете на территории Ледании, да еще с армией. Пусть даже в ней не только солдаты ни на что не способны, но и командный состав оставляет желать лучшего.

Генерал потемнел лицом. Похоже, нам уже ничего не светит, подумал Таль. Хотя врезал Орье ему здорово. Все мозоли оттоптал, какие сумел найти.

– Сейчас уже поздно, ваше высочество. У вас был нелегкий день, – неприкрытое злорадство звучало в голосе герцога. – Вас отведут в ваши покои. То есть в палатку. Остальным придется эту ночь ночевать под открытым небом. К сожалению, у нас нет условий для содержания пленников. У нас, понимаете ли, война!

– А у нас, понимаете ли, нет, – подал голос Бол. – Мы вообще люди донельзя мирные, ехали себе, никому не мешали. А нас цап – и в плен…

– Да, это обидно, попасть в плен мирным людям, – саркастически заметил генерал. – Только для мирных людей оружия у вас с собой многовато. А вон у того вообще знак «Чемпион», который выдают лучшим стрелкам в Бельгарде. Хотя по виду – вылитый квармолец. Да лук из эльфийского королевства. Которое строго соблюдает нейтралитет… Якобы соблюдает! Хорошо замаскировался, лазутчик леданский!

Таль промолчал. Он мог весь остаток жизни доказывать, что он не леданский лазутчик, и все равно генерал остался бы при своем мнении. Ясно ведь, у него шпиономания, как и у всех военных. Или просто хочется общения в хорошей компании.