Русские навсегда - Виктор Косенков

«Лечение» прошло успешно.

Внутренний Столяров-дизайнер безропотно отошел в глубь сознания Сергея и больше своими новаторскими идеями не тревожил. Пустая бутылка от водки оставалась пустой бутылкой, а не поводом для очередного креатива.

В голове медленно, но верно таяли ледяные сталактиты.

– Кажется, легчает.

Михалыч потыкал кнопками неработающего телевизора.

– Как будто и спать не ложились… А чего с ящиком?

– Без понятия, я когда пришел, он уже был такой. Может, случилось чего?

Михалыч подошел к окну, выглянул наружу.

– Для войны как-то слишком тихо.

– А думаешь, если начнется, то услышим?

– Ну, знаешь, если до Останкинской вышки докатится, то точно услышим. Будем считать, что это мелкие технические неполадки. Как ночь прошла?

– Хорошо. – Сергей отвел глаза. Он не знал, как Гриша отнесется к роману с его бывшей, но все-таки женой.

– Да ладно, если что, я с Гришкой утрясу. Да и вряд ли будут какие-то проблемы. Они разбежались уже черт знает когда.

Сергей что-то пробормотал.

На кухню, покачиваясь и сжимая ладонями голову, выполз Гриша.

– Ну, вот и он. – Михалыч удовлетворенно вылил оставшееся пиво в свободный стакан. – Лечись.

Гриша что-то жалобно промычал.

– Челюсть? – участливо спросил Михалыч.

Гриша отрицательно покачал головой.

– Голова?

Кивок.

– Лечись…

Гриша потрогал горло.

– Не бойся, не вытошнит, – успокоил его Михалыч.

– Елки, как вы друг друга понимаете? – удивился Сергей.

– Проще простого. Когда тебе надо сказать, что под окном у тебя три араба и один солдат армии США грузят в машину пьяного еврея, и при этом не издать ни звука, такие, знаешь, способности к взаимопониманию вырабатываются… Страшно подумать.

Гриша осторожно начал заливать в себя пиво.

– Кстати, Гринька, ты ведь не против будешь, если Серега с Ольгой роман закрутит, ругаться не станешь?

Гриша забулькал и едва не подавился. Глухо закашлялся, придерживая челюсть.

– Ну вот. – Михалыч радостно развел руками. – Я же сказал, не будет…

– Мне почему-то кажется…

– Тебе неправильно кажется, – успокоил Сергея Михалыч. – Так ведь, Гриша?

Тот махнул рукой и продолжал заливать в себя пиво.

– Вот и я так подумал. Ладно, орлы. Какие планы на будущее? Что делать дальше будем?

Все молчали.

– И я не знаю, – резюмировал Михалыч. – Однако какую-то тактику надо выработать.

– А откуда они взялись? – спросил Сергей.

– Кто? Погромщики?

– Да.

– По лестнице пришли. – Михалыч пожал плечами. – Позвонили, я спросил кто. Они сказали…

Он нахмурился.

– Вот что интересно, сказали, что от Ильи Федоровича.

– От какого такого Ильи Федоровича?

– Да вот это как раз самое интересное. Сослуживец мой, можно сказать, Илья Федорович Васнецов. Хороший человек. Я с ним под Басрой торчал. В разных командах, правда. Но после того, как нас звено бомберов отутюжило, из выживших собрали одну группу. Так что я его хорошо знаю. Стоящий мужик.

– А от него к тебе часто кто-то приходит?

– Нет. Не часто.

– А чем он занимается, этот Илья Федорович? Как ты? На пенсии?

– Нет. – Михалыч покачал головой. – Самое интересное, что работает.

Он посмотрел на Сергея внимательно и грустно.

– В разведке работает. Я ему звонить собирался, когда мы эту штуку притащили. А тут прямо в дверь звонок… Я поначалу обрадовался, а потом насторожился. С чего бы это вдруг?

– Ты что ж, хочешь сказать, что нас разведка пыталась убрать? Как-то топорно для государственных структур. Не находишь?

– Нахожу… Бред какой-то. Может быть, Тимофей и прав был. Снести этот чемоданчик в ФСБ и все.

– Как бы хуже не стало от этого…

– Сейчас неизвестно, что хуже, – вздохнул Михалыч. – По ходу дела, надо мне своими связями потрясти. Может, разузнаю чего-нибудь. А пока у нас в активе разгромленная квартира, труп, какие-то материалы… Кстати, что там расшифровка дала?

Гриша обозначил руками объем, потом сделал пальцами жест, будто что-то перемешивал. Затем показал маленький просвет между ладонями и что-то пригладил.

– Основной объем остался не расшифрован, только маленькая часть в начале.

Гриша кивнул.

– Я так и думал. – Михалыч вздохнул. – А что там в начале-то? Покажи…

Гриша отправился в комнату за ноутбуком.

– Михалыч, а чего нам может за все это быть? – спросил Сергей.

– Что угодно. – Михалыч пожал плечами. – Могут орден дать, а могут в тюрьму засадить. Но почему-то в орден мне не очень верится. А оттого мне тревожно, слегка. Посмотрим хоть, что там наши сети притащили.

Вернулся Гриша с ноутбуком. Щелкнул крышкой.

– Обыкновенно сети притаскивают мертвеца, – пробормотал Михалыч, вглядываясь в текст, возникший на экране. – И этот раз не исключение…

Сзади подошел Сергей.

– Что такое система обратного крекинга?

– Без понятия. Ты дальше смотри.

– Оглавление. И один черт непонятно ничего. Крекинг. Термины…

– Нефть, – прошептал Михалыч. – Нефть…

– Чего нефть? Я не понимаю ни черта, при чем тут нефть.

– Крекинг – это такой процесс, имеющий отношение к обработке нефти. Собственно, это то, что превращает сырую нефть в бензин, топливо и так далее.

– Ну и что?

– А то, что слово «нефть» в оглавлении не встречается. Ни разу не встречается.

– И что?! – Сергей начал злиться. От расшифровки ясности не прибавилось, более того, он понимал, судя по оглавлению, что и полная расшифровка ничего бы не дала. Документы, попавшие им в руки, оказались какой-то уникальной научной белибердой.

– А то, что странно это. Понимаешь? – Михалыч листал пятистраничное оглавление туда-сюда, просматривая каждую строчку, насыщенную странными словами, какими-то цифрами, формулами. – Крекинг. Результирующий отчет. И ни слова про нефть.

– А ты разбираешься в крекинге? Я, например, только сейчас припоминаю, что в школе на уроке физики, кажется, что-то такое говорили… Да и то припоминается картинка не то доменной печи, не то какой-то хреновины с трубками, откуда бензин льется разного октанового числа. Какие-то графики были…