Королевства Войны - Лиза Смедман

Гетред отпустил животное и прижав подбородок к груди, закрыл голову руками. Он знал, что если волк захочет его убить, он будет целиться в шею. Если ему удастся добраться до шеи, то смерть его будет долгой, но если мощные челюсти животного сомкнутся на его загривке и сломают его шею, он, вероятно, умрёт, не успев даже выдохнуть.

Но укуса не последовало.

Медленно и с осторожностью Гетред перекатился на бок и поглядел вверх. Волк стоял у дальнего конца рощи. Оборванная верёвка всё ещё была вокруг его шеи, но натяжение ушло и она висела свободно. Существо просто стояло и смотрело на Гетреда, свет падающий сквозь ветви играл на его мехе. Его взгляд заставлял Гетреда нервничать. Хотя с волчьим взглядом так бывает всегда. Он выслеживал многих зверей, охотился и даже приручал их много раз и всегда думал, что глаза волка казались самыми человечными.

Затем что-то случилось. Сначала он думал, что поднялся небольшой ветерок, раскачивающий ветки и приводящий в движение тени под ними. Но ветра не было. Свет вокруг волка, казалось бы, преломлялся и искажался, а неглубокие тени в его мехе рябили, словно живые. Силуэт волка дрогнул и исказился, а когда мерцание света и теней замедлилось и прекратилось, волка уже не было. На месте волка стояла молодая девушка, её кожа и волосы были лишь на оттенок темнее, чем снег. Она стояла на морозе без одежды и обуви, но казалось, что холод её не беспокоил. Её взор застыл на Гетреде и он заметил, что по разрезу глаз и линии челюсти, она больше была сродни эльфам, чем людям.

Одной рукой она взяла обвисшую верёвку, свисавшую с её шеи, перекинула через голову и отбросила в сторону. Она  что-то сказала – слово или два, на языке, которого Гетред никогда раньше не слышал.

До крайности удивлённый, Гетред сказал лишь:

- Я…

Женщина наклонила голову, будто бы слушая. Хоть другие части её тела не двигались, Гетред видел, что каждый её мускул был натянут и напряжён.

- Что…? – начал было Гетред, но женщина развернулась и убежала.

Она исчезла, оставив за собой лишь кроткий шорох кустов, и мягкий шорох упавшего с потревоженной ветки снега.

Затем и Гетред это услышал. Что-то приближалось с той стороны, откуда он пришел, со стороны глубоких зарослей. Что-то большое.

Но Гетред был слишком измождённым, слишком голодным и слишком ошарашенным, чтобы бежать. С бегом было покончено.

Он как раз пытался нащупать свой нож, который упал в нескольких шагах от него, когда из кустов показался самый большой человек, которого ему когда-либо приходилось видеть. Это был мужчина, полностью одетый в кожу и шкуры, а его борода и волосы представляли собой один, торчащий под всеми мыслимыми и немыслимыми углами, огромный куст. Увидев пустой силок, а поблизости Гетреда, тянущегося за ножом, мужчина издал грозный рев, отразившийся эхом от гор и набросился на Гетреда.

* * * * *

Сначала Холван ничего не говорил, просто сидел на корточках глядя на Гетреда. Наконец он встал и вступил в продолжительный разговор со своими компаньонами на их родном языке. Костёр рядом с ними потрескивал, а туиганцы всё говорили и говорили, затем Холван снова сел так, чтобы смотреть Гетреду в глаза.

- Ты сказал, что видел девушку… она была одной из рашемнских ведьм?

- Я не знаю, кем она была.

- Но ты из Кормира.

Гетред выдержал взгляд Холвана и сказал:

- Можно ещё воды, пожалуйста?

- Как тебя зовут? – спросил Холван.

Он на мгновение задумался, прежде чем заключил, что в его ответе не будет никакого вреда:

- Гетред.

Холван кивнул и что-то в его взгляде ожесточилось.

- Гетред Кормирский, прислушайся к моим словам. Я собираюсь перерезать твои путы. При первых лучах солнца ты поедешь верхом. Человек, удерживавший тебя был шу т’мет - падший дух огромной силы. Он убил троих наших, прежде чем сбежал. Ты украл его добычу. Глупо. Твоя единственная надежда – остаться с нами и держаться как можно ближе. Если шу т’мет найдёт тебя, он тебя убьёт.

- А вы нет?

- Наш хан приказал нам схватить шпионов из Кормира, которые сбежали из Цитадели Рашемар. Если мы доставим вас живыми – он будет доволен. Мертвыми… он будет не так доволен. Твои товарищи мертвы. Пока что мы заинтересованы в том, чтобы ты остался в живых.

- А ваш хан?

- Ему решать. Но я бы посоветовал тебе найти способ быть посговорчивее, прежде чем ты с ним встретишься. Будучи в милостивом расположении духа, Ямун Кхаан – самый щедрый правитель. В гневе же… эх, просто будь посговорчивее. Кормир далеко.

* * * * *

Этой ночью, после того, как ему впервые, за несколько дней  удалось поесть – хотя он боялся спросить, что за мясо он ел – Гетред спал в толстом одеяле у тёплого огня. Он почти благодарил богов за свой плен. Если хан Кхаан и убьёт его через несколько дней, по меньшей мере сегодня он был сыт и в тепле. «Во всяком случае, сейчас достаточно и этого», - подумал Гетред, прежде, чем провалиться в сон.

Он не знал, как долго он спал, но когда он проснулся, было ещё темно, небо на оттенок темнее чем глубочайшая пучина моря, а каждая звезда казалась бриллиантом, отражающим далёкий огонёк. Что его разбудило?

И тогда он услышал… вой. Он показался ему далёким, но в скученном морозном воздухе степи звук мог преодолевать огромные расстояния, а жалобный звук, казался ему очень отчётливым.

Гетред сел. Огонь всё ещё потрескивал, но уже горел низко и всего лишь несколько тонких язычков голубого пламени лизали высохший навоз, который туиганцы использовали в качестве топлива.

Снова раздался вой и стреноженные кони заржали и забили копытами. Вой теперь казался ближе. Он доносился откуда-то с востока.

С другой стороны костра поднялась тёмная фигура.

- Отдыхай, - сказал Холван. – С первыми лучами мы поедем быстро и будем ехать долго.

- Я слышу волков, - сказал Гетред.

- Среди моего народа существует примета, что встретить волка на пути – хороший знак.

- А что говорится о случаях, когда слышишь их завывания?

- Об этом никаких примет нет.

Гетред снова лёг.