Разведка боем - Александр Быченин

— Пошли хоть сейчас, — откликнулся Сашка. — А что покупать собрался?

— Да так, предметы первой необходимости. Трусы-носки-футболки, что-нибудь типа спортивного костюма и кроссовок. Ну и тапки.

— Н-да… — задумался напарник. — Это в центр тащиться придется. Магазины допоздна работают, но идти далеко. Давай «бобика» седлать.

— Погнали, — поднялся я из-за стола.

Сашка нехотя поплелся следом. У дверей мы столкнулись с довольно симпатичной светловолосой женщиной лет сорока — сорока пяти, весьма стройной для своих лет, которая как раз вошла в прихожую и выискивала, куда бы поставить объемистую сумку.

— Привет, мам! — тут же среагировал напарник.

— Привет, охламон, — отозвалась женщина. — С товарищем познакомишь?

— Обязательно! — Сашка забрал у матери сумку и пристроил рядом с вешалкой. — Это Тарасов Александр, мой новый напарник. Он недавно из Порт-Владимира, поэтому я сдал ему комнату. Ты не возражаешь?

— Очень приятно, — улыбнулась мне хозяйка дома. — Ольга Сергеевна.

— Взаимно, — не остался я в долгу. — Александр Александрович, можно просто Саша. Приношу извинения за причиненные неудобства.

— Оставьте, — отмахнулась Ольга Сергеевна. — Какие неудобства, комнаты пустуют. А у нас все же лучше, чем в общежитии. Кстати, этот охламон вас не обсчитал?

— Все честно! — надулся Сашка. — Двести рублей в месяц, питание включено. Вот наличность.

— Ладно, живи, — смилостивилась женщина. — А то знаю я тебя, торгаша несчастного. А вы куда-то уходите?

— До «Военторга» доскочим, — проинформировал мать Сашка. — Напарнику кое-чего прикупить надо. Мы быстро.

— Уж постарайтесь, скоро ужин.

— Да мы только что из-за стола… — попытался отмазаться я.

— Ничего не знаю, — отрезала Ольга Сергеевна. — Ужинать будут все.

И скрылась на кухне, прихватив сумку.

— Видал? — осведомился Сашка, когда мы вышли на улицу и занялись воротами. — То ли еще будет. Сегодня наверняка торжественный ужин закатит, вон как сумку набила.

— Знаешь, Александр, — задумчиво произнес я, устраиваясь на пассажирском сиденье «бобика», — от обильной и вкусной еды еще никто не умирал. А уж ты, как военнослужащий, вообще к жратве обязан философски относиться и не упускать любую возможность набить брюхо. Рефлекс у тебя такой должен быть, профессиональный.

— Да ну на фиг!..

— Значит, не дорос ты еще до высокого звания солдата.

Сашка возражать не стал, просто воткнул передачу и вывел «бобик» на кольцевую.

— А ворота?!

— Пускай, мы быстро.

Действительно, ехали недолго. Проскочили КПП, на приличной скорости обогнули спальные районы и оказались в торговом квартале, застроенном супермаркетами и большими магазинами. Здесь Сашка припарковался на стоянке у двухэтажного здания с издалека заметной вывеской «Военторг» на фасаде.

— Нам сюда. — Сашка заглушил мотор и выпрыгнул из джипа. — Хороший магазин, как говорили англичане, all in one. Как раз все необходимое закупишь.

— Ну пошли посмотрим, — направился я за напарником.

«Военторг» оказался прямо-таки забит всякими полезными в хозяйстве мелочами, причем ассортимент весь был с военным уклоном — вещи сугубо утилитарные и практичные, никаких излишеств. Не прошло и двадцати минут, как я стал счастливым обладателем нескольких комплектов армейского белья — трусов и маек цвета хаки, запаса крепких эластичных носков, трех полосатых черно-белых тельников (как раз в тему, я все-таки marine, то бишь морской пехотинец), а также весьма приличного спортивного костюма синего цвета. Кроссовки брать не стал, отдал предпочтение кедам. Ну и тапочки прикупил, куда же без них.

— Вроде все, — облегченно выдохнул я, рассчитавшись с продавщицей — могучего сложения прапорщиком тыловой службы. — Можно возвращаться.

— Мыльно-рыльные принадлежности не забыл? — напомнил Сашка.

— He-а, свое есть.

— Тогда поехали. По пути еще в «Приют рожденных ползать» заедем.

— А это что за?..

— Бар, — отозвался Сашка. — Владелец, Верещагин Гена, с юмором человек. Он заведение позиционирует как настоящий ирландский паб, ассортимент и интерьер соответствующие. Так вот, он говорит, что из настоящего ирландского паба клиенты должны выползать, и никак иначе. Отсюда и название.

— Давай заглянем. — Признаться, ирландский паб в условиях Чернореченска меня заинтриговал несказанно. — Стесняюсь спросить — а зачем?

— Ну ты даешь! — удивился напарник, заняв водительское место. — За пивом конечно же. Баня без пива — это как пиво без водки, деньги на ветер.

Баня — это всегда хорошо. А с пивом, да в приятной компании — совсем замечательно. Так что если вы думаете, что я начну отказываться — спешу вас огорчить, не дождетесь.

Искомое заведение нашлось совсем недалеко — буквально в паре кварталов от «Военторга». Как и Михалычев лабаз, паб прятался в цокольном этаже довольно большого офисного здания, однако по огромной вывеске его с легкостью мог обнаружить любой желающий. На ней так и было написано — «Приют рожденных ползать». И чуть ниже мелким шрифтом — ирландский паб. Видимо, чтобы устранить последние сомнения. В сгустившихся сумерках неоновая подсветка и вовсе сводила вероятность ошибки к нулю. Парковка у столь солидного заведения была почти пуста — буквально пара угловатых «козликов» и один «бобик». Ну и мы приткнулись сбоку.

— А чего это тут пусто? — выразил я удивление подобным фактом. — Или рано еще?

— Не, — отозвался Сашка. — Просто Гена о репутации заведения заботится, поэтому подавляющее большинство посетителей действительно из бара выползают. Ну и как в таком состоянии машину вести? Вот все и стараются пешком добираться, а до дома на общественном транспорте или на такси, если уж совсем в уматину. Это машины персонала. Ну и такие, как мы, — проездом.

Протиснувшись в низкую дверь из потемневшего дуба, мы оказались в большом полутемном зале, оформленном в псевдоирландском стиле — повсюду темное дерево, тяжелая деревянная мебель, на столах перед посетителями кружки английского стандарта — пинты и полупинты. На фоне равномерного гула голосов и стука посуды звучал какой-то кельтский мотив, наполнявший окружающее пространство стоном волынки. Действительно, атмосферное заведение.

Сашка, не обратив на царивший вокруг бардак ни малейшего внимания, прошествовал прямо к барной стойке, за которой скучал парень лет двадцати пяти. При виде Иволгина тот покинул свое место и вышел нам навстречу. По виду типичный славянин — белобрысый, курносый, со смеющимися серыми глазами. Только одет весьма странно: белая рубашка с пышным жабо, черный пиджак, килт в зеленых тонах и блестящие туфли в комплекте с белыми гольфами.

— Привет, Ген! — протянул Сашка руку. — Знакомься, это мой напарник. Тоже Александр.