Озеро мертвых душ - Дора Коуст

Если правосудие иногда ошибается,

То палач ошибается всего один раз

— А вы уверены, что вам это не принесет вреда? — спросила я в который раз, беспардонно и нагло выколупывая из стены Академии Проклятых камень.

Делала я это снаружи — там, где каменная кладка ежедневно страдала от погодных изменений, а значит, больше была подвержена разрушениям.

— Пока не проверим, не узнаем, — слишком оптимистично, как на мой взгляд, улыбнулся астарий Гебби, чья голова торчала прямо из стены.

Вторая голова, принадлежащая его сестре, появилась совсем рядом:

— Иного варианта покинуть стены академии мы не придумали.

Вытащив-таки злосчастный серый камень из верхней части фундамента, я взвесила его в руке и положила в карман плаща. На территории учебного заведения я снова находилась без охраны, под эффектом преобразовывающего зелья, которое изменяло истинный облик, но тем не менее одну меня не отпустили, несмотря на все возражения и обоюдную злость.

Галеций Вантерфул стоял шагах в двадцати от меня на дорожке, что вела к академическому кладбищу, и делал вид, будто мы вот вообще не вместе. И если я прекрасно знала причины, по которым злилась на него, то его чувства в отношении меня мне были совсем не ясны.

Я ведь не его отдала приказ приковать к кровати блокирующими магию наручниками, а демона, сидящего в нем, но отчего-то мужчину злил сам факт. Однако мне казалось, что за его недовольной миной и раздражительностью скрывалось гораздо больше. Он наконец осознал, что часть времени просто не принадлежал себе, а значит, был беспомощным. Кому такое понравится?

И все же я не могла его жалеть. Именно Истол снабдил Берни уникальным артефактом, в присутствии которого любая защита давала трещину, позволяя нанести физическое воздействие. Пользуясь тем, как мой друг относится ко мне, он вложил в его голову удобные для себя мысли, накрутив парня по самое не могу.

Он сказал, что во дворце мне угрожает реальная опасность, и опасность эта исходит от естийя.

Галеций заранее знал, куда властитель меня поведет, игнорируя его желание присутствовать. И отчего-то, будучи уверенным в моей принадлежности к роду Эллес, Истол боялся, что сокровищницу «Падшего Естийя» мне не открыть.

— Ты закончила? — холодно, сухо, безэмоционально произнес мужчина, едва я поравнялась с ним.

— Почти. Мне нужно кое-что проверить.

Домовые умели менять свой размер, а если точнее, то могли уменьшаться, чтобы пролезть даже в самую маленькую дыру, но пользоваться этим свойством они не любили. Над их ростом и без того смеялись, на них всегда смотрели сверху вниз, но сейчас нам было не до привередливости.

Я не знала, как спасти Берни. Половину ночи я потратила на то, чтобы придумать план по его спасению, но ничего действительно хорошего мне в голову так и не пришло. Единственным вариантом для меня оставалось создание иллюзии, которой я не владела от слова совсем. Этот дар был мне попросту неподвластен.

Остановившись у ворот, за которыми заканчивалась территория Академии Проклятых, я сжала в кармане холодный камень, будто это могло хоть как-то помочь. В этом камне сейчас находились все трое домовых, но, чтобы поместиться в нем, им пришлось максимально уменьшиться.

— Вы готовы? — спросила я тихо, отвернувшись от будки привратника.

— Мы готовы, милая Лиция, — ответил за всех астарий, но я так и не сделала этот роковой шаг.

Вместо этого решила быть предельно откровенной:

— Я не знаю, почему вы все время мне помогаете, но мне никогда не хватит слов, чтобы выразить вам всю мою благодарность. Вы самые удивительные и самые добрые существа из тех, с кем я знакома.

— А еще они служат демонам, Павлиция, так что дело совсем не в доброте, — ворвался в нашу беседу Истол, на мгновение своими словами выбив почву у меня из-под ног. — Историю, дорогая, нужно было лучше учить историю. Домовые пришли в наш мир вместе с демонами, будучи их рабами. Когда от демонов избавились, домовые начали гибнуть. Ведьмы нашли единственный способ сохранить жизнь таким удобным помощникам — привязали их к местам силы. Не тебе они помогают, а служат демонической крови, что течет в твоих венах. Именно это я вчера хотел сообщить тебе весь вечер.

— Но вы откуда знаете? Я же ничего не сказала вам про…

И действительно, я ни слова не сказала галецию Вантерфулу о деталях вчерашней ночной встречи с ним. О том, что в него вселился демон, поведала. О его нападении на меня тоже рассказала. Но не о себе и словах нечистого в мой адрес.

Осознанно промолчала, потому что не хотела, чтобы меня заперли в какой-нибудь башне “ради моего же блага”.

— Как и обещал, я нашел записи своего отца. Они плохо сохранились, но кое-что прочесть мне все же удалось. Веролика — твоя мать — и вправду работала служанкой в нашем доме, но она была его личной служанкой.