Удержать наследие - Ева Тори

Приземлилась на что-то твердое. Заскулила от боли, но ни звуки не вышло из горла. Жидкость лишила меня возможности разговаривать и видеть! Внутри поднималась паника. Я пыталась подняться, но меня грубо усадили на место.

— Сиди, — грубый мужско голос. Стало страшно. Сейчас я такая беспомощная. Не могу воздействовать на них силой убеждения. Сволочи, предусмотрели все: лишили и голоса и зрения, не могу даже огненный шар отправить в них.

Руки мне тоже связали. Я осталась сидеть на месте.

— Как дела? — простодушно спросил у меня очень знакомый голос. Я нахмурилась, припоминая, кому он может принадлежать. Вспомнила! Это же принц! Брайан! Хотя, чему здесь радоваться? Помнится, мы не сильно ладили, да и вообще, он хотел меня убить. Поэтому стоит сидеть и помалкивать. Да молиться, чтобы меня никто не прибил раньше времени. Ведь если похитили, значит, еще нужна в живых? Логично, да? Так ведь?..

— Ты меня всегда раздражала, — вздохнул парень. Как-то спокойно и устало он говорил мне эти вещи, а я замерла, прислушиваясь к каждому шороху. — Я сразу заподозрил в тебе врага. Нужно было еще тогда тебя прикончить и ничего бы не случилось.

Я внимала каждое слово. Решила, что пока парень занят воспоминаниями и сожалением о потраченном времени, можно поколдовать. Но…

— Не пытайся, — мерзкий, звонкий голос Кастро. — Зелье блокирует всю магию. Ты где-то сутки будешь, как беспомощный котенок. А может и двое суток. А потом я снова налью на тебя зелье и ты превратишься в овощ. Ну, ненадолго, конечно, тоже на двое суток примерно… Но как приятно будет посмотреть на тебя. Такую…

— Убогую? — подсказал ей принц, щелкнув пальцами.

— Точно! — и рассмеялась. Ее смех подхватил принц.

Я стала прокручивать все наше общение с этими персонами и найти хотя бы один момент, когда причинила зло этим двоим. Ведь их нападки на меня начались сразу после нашего знакомства! У них что, аллергия на мою кровь? Или на фамилию? Может быть, где-то глубоко внутри у них заложена глубокая вражда и обида на всех, кто хоть как-то отдаленно напоминает Гарлендов?

Они еще некоторое время тихо переговаривались. Потом я услышала шаги в мою сторону и меня схватили за волосы. Больно. Я зашипела, из глаз брызнули слезы.

— Сиди тихо, мышка, — процедила сквозь зубы Амалия и откинула меня. Я совсем потеряла ориентир и ударилась головой то ли о стену, то ли об пол. Застонала и свернулась на холодном полу калачиком. Дверь захлопнулась.

Что же мне делать? Я никак не могу призвать ментально хотя бы того же Василиска. С остальными и так было бы проблематично.

Сначала я держалась молодцом. Ну, подумаешь, похитили. Ударили. Лишили зрения и голоса. И магии… всего-то! И не из такой… выбирались! А потом накрыло. Мне стало очень плохо. Я в полной мере осознала, что моя жизнь висит на волоске. Глухие, тихие рыдания помогли мне немного успокоиться, а потом и вовсе задремать. Мне казалось, что в таком состоянии я провела уже вечность.

Проснулась от шагов. Мой слух стал четче. Благо, не лишили его… Притворилась, что сплю.

— Все силы брошены на ее поиски, — услышала тихое бормотание Кьярини. — Слышала, принцесска? Твой женишок тебя рыщет везде и всюду. Даже забыл, что главный враг его короля до сих пор на свободе, а его, как вы выражаетесь, «шестерки» — повсюду. Как думаешь, кто уже завтра на закате займет трон? М? — кажется, мужчина опустился рядом со мной. Приподнял за подбородок. Холодный металл коснулся моей коже на шее. Я задрожала. Холодный пот стекал по спине. — Убил бы прямо сейчас. Но нет… Еще немного, еще чуть-чуть и ты станешь главным козырем в рукаве. Уже завтра.

Завтра, получается, показательная казнь? Моя?

А еще меня ищут. И это уже хорошо… Хотя что может быть хорошего в моем положении? К горлу приставлен нож и если Кьярини вдруг психанет, то это конец.

— Как же я ненавижу твою семейку, — говорил он обманчиво спокойно. От этого голоса бросало в дрожь. Человек, который говорит таким тоном, явно настроен тебя прикончить после своей красноречивой речи. Я бы очень хотела спросить, за что ненавидят меня, но не способна произнести ни слова. — Наверное, тебе интересно, за что я ненавижу тебя? За пророчество, — последнюю фразу он произнёс, практически рыча. Лезвие больно прошлось по шее и я почувствовала, как кровь стекает вниз. — Но этого не будет. Не случится. Ты сгниешь здесь. Или я убью тебя на глазах твоего отца. Этот подонок заслужил страдания.

Кьярини сделал еще один порез.

— Наверное, ты очень хочешь кричать… Но даже этого не можешь сделать. Это только начало, фальшивая принцесса. Только начало…

Из глаз текли слезы. Мне очень хотелось прижать руку к порезанной шее. Раны пекли, кровь стекала, хоть и понемногу. Хотелось закричать, содрать с себя окровавленную одежду, обработать рану и перевязать.

А потом меня стало клонить в сон… В нездоровый сон. В один момент я стала вырубаться и бороться с этим было бесполезно.

— Ах да, забыл сказать, что на ноже был яд. Ты проспишь несколько часов. Кто знает, проснешься ли?

Это было последнее, что я услышала.

…- Допросить…

— Уже может говорить…

— Она точно знает…

Мутным взглядом я посмотрела на людей. Они толпились недалеко от того места, где лежала я. А лежала я на полу, судя по всему, прикованная цепями к стене. Пошевелила затекшей рукой. Она отозвалась болью, словно иголки впились в кожу.

— Проснулась? — передо мной на одно колено опустился Кьярини. С мерзкой улыбкой, свысока он смотрел на меня.

— Пш… — язык не слушался. Очень хотелось послать его в одно неприличное место.