Ярко пылающая тень - Джессика Клусс

– Одна летает, а другая плавает?

– Нет, правильный ответ: во всем. Чародеи проводят энергию земли от одного места к другому. Мы, колдуны, творцы, понимаешь? – Харгроув многозначительно постучал пальцем по лбу. – Мы порождаем, а не манипулируем. Твой магистр Агриппа подчиняется силе стихий – для них он просто проводник. Тем временем твои чувства, мысли, мечты, амбиции – все они основа настоящей магии. Что ты сейчас чувствуешь?

Страх! Злость! Мое тело напряглось, а голова загудела. Вокруг меня загорелись и заплясали синие огоньки.

Харгроув и дети закричали:

– Ты нас всех сожжешь! Успокойся!

Гнев иссяк, и огонь начал затухать, пока не осталось лишь тонкой пламенной оболочки, цеплявшейся за мое тело. Я заставила ее исчезнуть силой мысли.

– Что это значит? – удивилась я.

– Это значит, радость моя, что твои мысли и чувства руководят твоими способностями, – усмехнулся колдун.

Я отнесла кресло в центр комнаты. Повернувшись к нему лицом, подняла посох двумя руками, используя магнитную силу земли. На сей раз я не пыталась очистить разум. Представила, как поднимаю кресло в воздух. Больше всего на свете мне хотелось его поднять. Я почувствовала, как во мне начало что-то зарождаться – некое давление. После нескольких моих неловких попыток кресло наконец поднялось на метр и замерло в воздухе. Я опустила его на пол и ощутила радостное облегчение.

– Могу ли я работать с чародеями? – спросила я, позволяя себе немного расслабиться.

– Да, если будешь сосредоточена на себе. Они могут подпитываться твоей силой, но ни за что не говори им, кто ты на самом деле. – Колдун снова занялся разрезанием кишечника, внимательно рассматривая его изнутри. – Ты – кукушка в гнезде. Если они узнают правду, то выкинут тебя и сломают шею.

– Магистр Агриппа ни за что так со мной не поступит.

– У каждого есть предел собственной доброты. Ага! – Харгроув достал монетку, покрытую кровью. Вытер ее и подкинул в воздух. – Двуликая, как приятель и обещал. Приятно знать, что на черном рынке еще остались порядочные люди.

– Чему еще ты можешь меня научить?

Харгроув покачал головой:

– Не думаю, что мне стоит учить тебя настоящим фокусам. Чем меньше ты знаешь, тем больше вероятность, что чародеи тебя не рассекретят.

– Мистер Харгроув! – крикнул один из мальчиков, стоя на цыпочках и выглядывая в окно. – Посмотрите на птиц!

– Да-да, милые пташки, – отмахнулся колдун.

– Как много колдунам известно о магии? – спросила я.

Харгроув выпятил грудь:

– Мы забыли больше, чем магистр Агриппа сможет выучить за всю свою жизнь!

– Мистер Харгроув, птицы! – снова воскликнул ребенок.

Я посмотрела туда, куда указывал мальчик. На улице сидели кругом десять воронов. Прохожие обходили их стороной.

– Почему чародеи боятся колдунов? – спросила я.

– Из-за нашего потенциала. Нам ничего не стоило стереть чародейский Орден с лица земли.

Харгроув собрал остатки внутренностей и выкинул их в открытое окно. Какой-то прохожий внизу издал вопль омерзения.

– Если мы такие могущественные, почему мы этого не сделали?

– Колдуны не любят порядок. Мы наслаждаемся свободой. – Харгроув проковылял к миске с водой и помыл руки. – Никто не застрахован от ошибок.

Только я собралась поинтересоваться, что же он имеет в виду, как снаружи послышались крики.

Десять воронов начали набухать и менять форму, как детский воздушный шарик в руках фокусника на карнавале. Они сбились в кучу в центре круга и объединились в огромный пернатый холм. Он разросся, и через секунду осталась лишь одна большая черная фигура. Она поднялась посреди улицы – высокая человекоподобная сущность в темном плаще с капюшоном, закрывавшим лицо. Ее длинные руки, слегка напоминающие крылья, покрывали черные как смоль перья.

Это был один из фамильяров Он-Тез, Стервятницы. Одним быстрым движением монстр махнул когтистой рукой и отрубил проходившему мимо мужчине голову.