Свобода выбора - Анатолий Дубровный

– Но заметь, после того как они обменялись частицами своих душ, твой игрок начал творить добрые дела! Значит, моя фигура отдала часть своих способностей твоей, но сама ничего не получила взамен – когти-то у неё не появились! – белобородый посмотрел на своего оппонента, снова начавшего поддёргивать хвостом. Раздражённо щёлкнув этой длинной частью своего тела, хвостатый возразил:

– Да, но какими методами? Ты должен признать, что нет абсолютно добрых дел. И как говорят – благими намерениями… Или другими словами – цель оправдывает средства. Если надо достичь результата в благом деле, то не важно, как это сделано, разве не так?

– Результат, если он достигнут грязными методами, перестаёт быть благим. Тебе ли это не знать, старый искуситель.

– Но почему это старый? – хвостатый сделал вид, что обиделся на белобородого. Тот с улыбкой продолжил:

– Ну хорошо, можно сказать – не старый. Даже так – вечно молодой. Но то, что искуситель, ты ведь не отрицаешь?

Оба спорщика одновременно улыбнулись, оставшись каждый при своём мнении. Сохранение отличительных признаков именно их слуг у выставленных на игральную доску фигур говорило о том, что нечто подобное они и ожидали, ведь недаром эти две заключившие пари сущности были высшим олицетворением представляемых ими сил! Улыбнувшись, спорщики также синхронно кивнули, подтверждая, что игра продолжается и что рано или поздно фигуры вспомнят о своей цели и постараются её достичь. Но при этом каждый из участников спора решил предпринять шаги, ускоряющие получение нужного результата, и, естественно, не ставить своего соперника об этом в известность.

А те, кто являлся главными исполнителями, или как их называли высшие сущности – игровыми фигурами, сладко спали в купе скорого поезда, уносившего их на юг от столицы Империи к её южной, хотя и не столице, но, несомненно, жемчужине – городу Черноморску! По праву названной южной Пальмирой Империи!

Тоша, как всегда, проснулась позже сестры, которая была, если и не жаворонком, но ранней пташкой – точно. Тоша не то что любила поспать, но если была возможность – не упускала добрать, как она говорила, по пару сотен минут на глаз. Посмотрев на свою сестру, читающую какую-то книгу, сладко зевнув, смуглая девушка сообщила:

– А мне такой сон приснился! Очень интересный, знаешь, я была не права, когда утверждала, что у меня не было хвоста в прошлой жизни, мне пообещали его вернуть в будущей. С красивой кисточкой или когтём, если я всё сделаю как надо!

– И что же ты должна для этого сделать? – заинтересованно спросила белокожая девушка, откладывая книгу в сторону. Смуглянка ещё раз зевнула и стала рассказывать, как о чём-то совершенно обыденном:

– Он обещал мне вернуть мой статус и даже повысить его, если я заберу у тебя тот остаток твоей души, именно твоей! Та часть, что я отдала тебе – у тебя и останется, мне это будет прощено. Вот так-то. Его спасло только то, что я не видела, кто мне это всё предлагал, мне так хотелось вцепиться ему в горло! Запустить туда когти на всю глубину. Я знаю, ты такого не одобришь, но я не могла себя сдержать!

– Тошенька, – Атиша обняла сестру и стала, в свою очередь, рассказывать, – мне снился точно такой сон! Мне обещали вернуть крылья! Но взамен сделать самую малость – забрать твою душу, ведь это так просто – ты же полностью открыта передо мной! А часть моей души осталась бы у тебя, то есть ты бы не погибла. Жила бы здесь дальше – летала бы на своих аэропланах, чинила бы моторы и не помнила, что у тебя была сестра. Нет, из того, что знаешь и помнишь, ничего бы ты не забыла. Только не помнила бы меня и всё. Знаешь, может, это был голос той части души, которая мне досталась от тебя, но мне тоже очень хотелось вцепиться в горло, хоть у меня и нет когтей! Что же нам делать, Тошенька, ведь нас не оставят и каждый раз желание подчиниться этому предложению будет сильней.

– Тишенька, – Атоша чуть отстранилась и посмотрела, как в зеркало, в большие зелёные глаза сестры. Улыбнувшись, смуглая девушка сказала: – Тишенька, а ведь ты нашла выход! Твоё желание…

– Вцепиться в горло? – испуганно спросила Атиша, Тоша кивнула:

– Именно, оно сильнее этого голоса, что тебя уговаривал. Ведь я не просто хотела вцепиться в горло, я хотела защитить тебя! И мы…

– Совсем перемешаем наши души! – улыбнулась светлая девушка. – Так, чтоб разделить их нельзя было! Нельзя будет забрать половину, твою или мою!

– Да! Пока мы можем это сделать, ведь эти – кто предлагал нам забрать… В общем – делаем и быстро. Пока те не опомнились и не лишили нас этой возможности!

Сёстры обнялись, и их губы сошлись в поцелуе, долгом поцелуе. Когда они перестали целоваться и посмотрели друг на друга, смуглая девушка лукаво спросила у светленькой:

– Тиш, а твой Лёша лучше целуется?

– Лучше! – улыбнулась в ответ светленькая и пояснила: – Он меня любит! И я это чувствую! А с тобой… Как будто я заглянула сама в себя.

– И что же ты там увидела? – удивилась Тоша, Атиша не менее лукаво, чем спросила у неё сестра перед этим, ответила:

– Когти! Большие и острые!

Сёстры засмеялись, им было неизвестно, смогли ли они обмануть тех, кто толкал их сделать то, что они делать совсем не хотели, смогли ли они себя обезопасить от повторения таких попыток в дальнейшем, но сейчас им было легко и хорошо. Отсмеявшись, Атиша посмотрела на Атошу и серьёзно сказала:

– Они будут пытаться подтолкнуть нас сделать то, что им нужно снова и снова. Но это у них уже не получится: нельзя забрать то, что и так тебе принадлежит, если раньше это было как бы не своё, просто подаренное, то теперь…

– Да, я не могу забрать твою душу и кому-то отдать, потому что вырву и свою, а мне это очень не хочется делать! И вообще – смотри к Киневу подъезжаем! – Тоша глянула в окно, Атиша согласно кивнула, мол, подъезжаем, а стоянка всего тридцать минут, хоть станция и большая, но поезд-то скорый! А так хотелось бы пройтись по городу… Атоша согласно кивнула и попыталась утешить взгрустнувшую сестру:

– Ничего, говорят, Черноморск очень красивый город, если в Киневе – каштаны, то там акация! Город весной, как невеста – особенно нарядный! Сейчас, правда, не весна, но посмотреть там и так есть на что!

Пока девушки говорили и любовались проплывающими за окном пейзажами (железная дорога была проложена между зелёными холмами, на которых стоял этот город над широкой и синей рекой): белыми домиками, выглядывающими из зелени садов, рекой, через которую по гремящему железному мосту и проехал поезд, после чего, пыхтя и замедляя свой бег, подошёл к перронам красивого с башенками вокзала. Сёстры решили из вагона не выходить, да и зачем – что можно сделать за полчаса, да ещё и на вокзале. Тоша предложила заказать поздний завтрак (до раннего обеда ещё было далеко) из ресторана в купе, надеясь, что вчерашний урок тамошние официанты усвоили и сами не придут, а пришлют кого-то из девушек-официанток. Но случайно глянув в окно, Тоша, как была – в лёгком халатике, одним слитным движением вывинтившись в узкую щель открытого окна, оказалась на перроне.