Наследник для императора - Елена Помазуева

Мы молчали, боясь нарушить тишину в комнате, погруженные в свои невеселые думы.

– Тогда мне пришла такая мысль, – сказала Ингрид, поставив пустую чашку на стол. – Ведь это я не могу родить наследника, а у Дрегаса дети могут быть, пусть и от другой женщины. Бастарда никто наследником не признает, потому нужно найти такую, которая согласится выносить и родить ребенка от моего мужа, а потом отдаст его мне. Я буду считаться матерью, ребенок будет драконом, хотя и полукровкой, но все же рожденным в законном браке.

– Кетрин? – тихо сказал Дирк, переведя взгляд на меня.

– Да, я согласилась, – ответила ему, немного смутившись, но глядя прямо в глаза.

Что-то в выражении лица Дирка дрогнуло, пробежала какая-то легкая тень, а затем в глазах поселилась печаль.

– Я правильно понимаю, что Кетрин вынашивает твоего ребенка, но Торонт обо всем этом не знает? – Теперь молодой дракон обращался к старшему брату.

– Мы хотели, чтобы обо всех обстоятельствах знало как можно меньше людей и драконов, – ответил ему Дрегас.

– Ингрид, восхищен твоей решимостью, но все равно не могу понять Дрегаса, – после раздумий покачал головой Дирк.

– Почему? – спросила его Ингрид.

– Потому что ты его избранная, – пояснил младший брат. – У вас не драконье гнездо.

– Я предлагал гнездо Кетрин, она отказалась, – ответил спокойно Дрегас.

– Ты мне об этом ничего не говорил. – Ингрид буквально сверлила взглядом своего супруга.

Я же стала мишенью такой же зрительной атаки со стороны Дирка.

– Почему? – сорвался вопрос одновременно у молодого дракона и подруги, адресованный нам обоим.

– Я посчитал, что так будет честно по отношению к Кетрин, – ответил Дрегас.

Ингрид какое-то время изучающе смотрела на мужа, а потом кивнула, понимая и принимая намерения мужа. А вот Дирк все еще ожидал от меня ответа.

– Я не могла согласиться на такое предложение, – сказала я, сжимая пальцами чашку с почти остывшим какао. – Господин Дрегас и госпожа Ингрид очень сильно любят друг друга. У нас просто договор, который я обязательно выполню и уйду, не буду мешать их жизни.

– Кетрин, дорогая! – воскликнула подруга и подошла ко мне. – Ты стала мне очень близкой за это время. Если ты решишь остаться рядом с нами и с ребенком, я буду только рада этому.

– Нет, – покачала я головой. – Это слишком опасно для меня и вас. Кому-нибудь может прийти в голову догадка обо всем происшедшем, и тогда будут трудности не только у меня, но в первую очередь у вас.

– Странно, все это очень странно, – задумчиво протянул Дирк.

– Что именно, брат? – обратился к задумавшемуся дракону Дрегас.

– Торонт, – ответил Дирк односложно, заставив меня вспомнить приверженца богини Заступницы и передернуться от омерзения.

– Слишком рано он приехал, – сказала Ингрид, – мне бы не хотелось ему сообщать обо всем.

– И правильно, – неожиданно вырвалось у меня.

– Что ты имеешь в виду? – удивленно приподнял бровь Дрегас.

– Действительно, – понимающе переглянулся со мной Дирк.

– Что? Что тут произошло? – забеспокоилась подруга.

– Кетрин, как прошел осмотр? – поддержал жену Дрегас.

– Плохо, – поморщилась я, вспомнив пережитое отвращение к целителю.

– А точнее? – потребовал Дрегас.

– Тебя стошнило на его мантию, такое бывает. Не переживай, Кетрин, – попыталась успокоить меня Ингрид.

– Вы не понимаете, – с тихим отчаянием произнесла я.

– Торонт ненавидит ребенка Ингрид, – резко сказал Дирк.

– Что?! – Вопрос обоих супругов слился в один.

– Помните, я говорила, что мой отец – средний маг? – сглотнула я подступившую к горлу тошноту.

Видимо, пришло время сделать небольшое признание в своих способностях. Эти мысли заставили несколько отвлечься от испытанных негативных эмоций, и все же я уже понимала, что сделала ошибку, выпив какао. Придется подробно рассказать о впечатлении, произведенном целителем, а это может иметь последствия.

– Оружейный мастер, – кивнул Дрегас, а в его глазах сверкнула магия.

– Да, так говорила мне мама. Я его никогда не видела, знаю лишь, что она сбежала от него, потому что он бил ее, а она уже была беременна мной, – рассказала о себе, понимая, что все равно придется это сделать.

Мне не хотелось говорить о своей семье, о том, что мама работает на фабрике у гномов, лишний раз напоминая, кто я и кто мои собеседники. И все же, видимо, пришло время объясниться.

– От отца мне достались способности к эмпатии, – призналась я наконец.

– Что-то подобное я предполагал, – кивнул Дрегас, поощряя меня к дальнейшим признаниям.

– Меня некому было учить развивать эти способности, они проявляются в том, что я просто улавливаю эмоции других людей, – рассказывала дальше я. – Это часто помогало в жизни.

– Что ты почувствовала рядом с Торонтом? – поторопила меня Ингрид.

Мне было неудобно говорить, что близкий друг семьи испытывает такую ненависть к ребенку подруги. Ведь целитель был уверен, что перед ним именно Ингрид, а не я.

– Ненависть и омерзение, – тихо, но честно призналась в ответ я.

– Этого не может быть! – возмутился Дрегас. – Ты что-то перепутала.

– Перепутаешь тут, – отозвалась я.

Знала, что ничем хорошим мое признание не закончится, но промолчать не могла. Ингрид и Дрегас стали для меня близкими людьми, кроме того, моему ребенку может вполне угрожать реальная опасность рядом с таким целителем, который ненавидит малыша еще до рождения, при этом тщательно скрывая свои мысли и чувства. Только не от меня.

– Именно ощутив чувства господина Торонта, я не смогла сдержаться, и меня вытошнило на его мантию, – смутившись, призналась я.

– Бедная, – пожалела меня Ингрид.

Дирк после признания смотрел на меня уже совсем другими глазами. Теперь он понимал, что оказался свидетелем не обычного недомогания, присущего некоторым беременным, а проявления реакции организма на сильные эмоции. Именно это убедило даже Дрегаса, настолько уверенного в своем друге целителе.

Можно солгать, подменить или спрятать эмоции, но моя естественная реакция ярче слов говорила о том, что испытывает Торонт к его наследнику.

– Он смотрел на меня как на безобразную жабу. Ему было противно дотронуться до меня. Я честно старалась сдержать свои эмоции, которые стали точной копией чувств господина Торонта, но не смогла стерпеть его омерзения, когда он делал осмотр и увидел образ ребенка. Кстати, это мальчик.

– Бездна! – выдавил сквозь зубы Дрегас. – Не могу в это поверить!