Наемник Его Величества - Виталий Зыков

Как ни странно, но злой рык капрала подействовал на солдат отрезвляюще. Вокруг также звучали голоса других командиров, приводящих в чувство легионеров… А потом две волны воинов встретились.

– Разбиться на тройки! Живо!! – только и успел проорать Кайфат, прежде чем водоворот боя захлестнул его с головой.

Напружинив ноги, он метнулся навстречу врагу, атаковав первым. Мощный, стремительный прыжок, и воин обеими ногами врезался в щит первого орка, сбив того с ног. И тут же быстрым ударом подрубил ногу зеленокожего воина справа, а возвратным движением, будто копьем, пронзил противника слева. Орков подвело их построение, слишком уж сильно походившее на толпу.

А К’ирсан продолжал атаку, не давая врагам опомниться. С немыслимой скоростью вращая мечом, он напал сразу на троих противников. В какие-то считаные мгновения один из них получил множество ран и свалился, истекая кровью, а два других отступили на шаг назад. И красный сполох опасности снизу! Словно подброшенный незримой силой, Кайфат взмыл в воздух, пропуская под собой длинный клинок напавшего справа врага. Через мгновение косматая голова с удивлением, застывшим навеки в желтых глазах, покатилась под ноги оркам – еще в прыжке человек успел стремительной ласточкой полоснуть врага мечом… И вновь стелющийся шаг вперед, легкий щит содрогается под чужими ударами, и щедро орошенный серо-зеленой кровью клинок свирепо жалит мускулистые тела дикарей.

В какой-то момент вокруг капрала осталось небольшое свободное пространство – орки, видимо, решили, что человек очень уж резво начал, и подались назад, оставив на земле несколько мертвых тел. Тут же взвыло чувство опасности, и К’ирсан взревел:

– Стрелки!!!

А противники уже метнулись в стороны, освобождая дорогу чему-то или кому-то чрезвычайно опасному. По этому живому коридору от выступившей вперед, увешанной костяными побрякушками фигуры в дерзкого воина, повинуясь повелительному взмаху белого жезла, устремился пульсирующий желтым сгусток света. И, словно предвосхищая этот удар, Кайфат метнул щит. Два снаряда встретились, и режущая глаза вспышка на мгновение полыхнула между бойцами, полыхнула и тут же пропала, а колдун или шаман орков уже опрокидывался назад со стрелой в глазнице. Терн, а может, и Рвач не подвели!

– Бей зеленомордых!! – вновь заорал капрал, и рядом встали его бойцы, которые не были в первых рядах и чье зрение не пострадало от магического света. Среди них был и тот новичок, что так поначалу испугался орков. Схватка закипела с новой силой и яростью, заставляя сражаться, невзирая на усталость и боль.

– Мы их делаем, командир! Мы их… – Договорить новичок в десятке не успел и свалился под ноги капралу. Еще не очень понимая, откуда пришел удар, Кайфат сместился вправо, и руки сами выхватили из воздуха небольшой метательный топорик, живо напомнивший индейский томагавк. Резкий разворот, и вот уже смертельный подарок улетел к своему владельцу. Всхлипывающий полурык-полустон сообщил, что десятник попал.

Вновь секундное затишье, и К’ирсан окинул взглядом происходящее вокруг. В целом Львы держались, не уступая свирепому натиску орков. Понимая, что только личным примером можно воодушевить неопытных бойцов на схватку с пугающим даже внешним видом врагом, многие командиры повторили безумную атаку Кайфата. Не у всех она получилась столь удачной и не все уцелели, но своей цели ветераны добились – показали, что даже такого противника можно убивать.

Над бушующим морем схватки то и дело вспыхивали очаги магии – немногочисленные шаманы орков пытались переломить ход сражения в свою пользу. Чужих колдунов в большинстве своем расстреливали из луков или закидывали дротиками, пока они не успевали нанести особого вреда. Хотя и тут удача не всегда была на стороне легионеров: совсем недалеко от сражающегося десятка К’ирсана неожиданно взвыл потревоженный воздух, истошно закричали люди, и в небеса ударили фонтаны крови. Люди дрогнули под усилившимся натиском зеленокожих…

– Где полковые маги?! Где эти ублюдки?! – Вокруг зазвучали крики столкнувшихся со сверхъестественными силами людей. Вражеский шаман оказался далеко не так прост, как его погибшие товарищи, и успешно противостоял попыткам легионеров избавиться от опасного противника. Вот вновь засверкали магические вспышки, и панические вопли погибающих легионеров острым клинком резанули душу.

– За мной! Достанем выродка, поцелуй его Кали!!! – скомандовал Кайфат и ринулся в самую гущу боя, туда, где воины орков защищали своего колдуна. Быстро оглянувшись, он успел увидеть шестерых солдат своего десятка, забрызганных чужой и своей кровью, с бешеными глазами и раскрытыми в безмолвном крике ртами… А может, не безмолвном, просто со слухом К’ирсана дурную шутку сыграло исступленное упоение битвой. Что случилось еще с тремя – выяснять было не время.

Опять мешанина тел, сыплющиеся со всех сторон удары, и клинок рисует руны смерти… Все посторонние мысли К’ирсана, все то, что мешает в бою, оказалось безжалостно задвинуто на задворки сознания. Все для боя, все для выживания! Иногда казалось, что зрение только мешает, отвлекая лишними деталями происходящего, воин все больше и больше полагался только на чувства и ветер опасности, что иногда так и норовил перерасти в безжалостную, всепоглощающую и всесокрушающую бурю. В какой-то момент К’ирсан осознал, что в левой руке он теперь держит топор и оркская и человеческая сталь порхают в его руках невесомыми бабочками, плетущими для врагов узоры гибели.

Сколько-то ударов сердца, и он оказался лицом к лицу с высоким, еще молодым орком, который вовсю размахивал тяжелым шестом, окованным темным железом. Под его ударами раскалывались щиты, а легионеры отлетали, словно щенки от шлепков взрослого зверя. Вокруг самого орка мрачным огнем полыхала пленка магических энергий, и словно бы языки жадного пламени то и дело перескакивали на его оружие. Шаман! Для Кайфата поблек весь мир, и остались лишь пламя чужой ауры, заполненное клубящейся тьмой, сердце шамана и стрелы опасности, заставляющие беспрестанно перетекать из стойки в стойку и отражать, отражать град чужих ударов.

По какому-то наитию К’ирсан ушел в низкую стойку и, сделав длинный шаг, выпрямился, отставив чуть в сторону клинок меча. Руки ощутили слабое сопротивление чужой плоти, и вот легионер уже за спиной раненого колдуна. Удар мечом назад, и, словно копье, прямой меч пронзает сердце орка… И вновь резкий разворот, ноги мелко переступают, легко неся тело, а острое лезвие чертит сверкающий круг, и вот еще одна вражеская голова падает на землю. Когда-то Мургаб Седой показал, как именно надо убивать магов, и К’ирсан собирался следовать этой науке и впредь.

А потом вернулся слух, и К’ирсан услышал оглушающий рев сотен глоток, увидел воздетое вверх оружие и спины бегущего врага. Орки отступали! Вокруг метались командиры и кулаками останавливали самых ретивых, собирающихся догнать и сокрушить отступающего противника.

– Отходим к холму! Бегом! – К’ирсан как-то неожиданно вспомнил, что он не бешеный берсерк, а десятник. – Живей, живей назад! – вторили ему капралы других десятков. Стальные шеренги врага уже почти приблизились на расстояние выстрела из арбалета, и самые нетерпеливые уже пустили в полет первые стрелы.