Меч Рассвета - Сергей Раткевич

Новый вскрик.

– Как зовут твою бывшую секретаршу? – спросила Аглария.

– Шенна, – ответил Курт. – А что?

– Думаю, мы с ней подружимся, – подмигнула Аглария. – Мне нравится ее подход в обращении с мужчинами.

За дверью наступила тишина.

– Ты злая, – огорчился Курт. – Я тебя с потолка еще ни разу не ронял.

– Только это тебя и спасает, любимый… – нежно шепнула она ему.

За дверью что-то происходило.

– Милая… – послышалось из-за двери.

– Любимый… – донесся ответ.

– Мирятся, – улыбнулась Аглария. – Сейчас твой приятель выйдет.

– Ну? Что там еще за задание? – высунулся из-за двери Мур.

Босиком, в одних подштанниках, со свеженькой коллекцией шишек на лбу.

– Боги! – восхитился Курт. – Как тебе идут эти шишки! С ними ты так прекрасен, что дух захватывает!

– Не то что некоторые, которые даже шляпу прилично носить не умеют, – горделиво ответил Мур. – Так что там за задание?

– Да так, пустяки, – ответил Курт. – Ничего особенного. Ну, сам подумай, разве нам с тобой что-нибудь серьезное поручат? Всего-навсего – сходить мир снасти.

– И только?! – возмутился Мур. – И ради вот этой ерунды ты оторвал меня от самой восхитительной женщины, которую мне только доводилось встретить? Да еще в такой момент! Что, сам не мог справиться? Надо было меня по таким пустякам беспокоить! Сбегал бы да и спас быстренько, чем под дверью орать.

– Да я-то мог бы, – злокозненно улыбнулся великий маг Курт. – Но надо же тебе тренироваться хоть иногда А то совсем форму потеряешь. Впрочем, ты и так уже…

– Что значит «и так уже»? – возмутился Мур.

– А ты сходи, в зеркало поглядись, – ехидно посоветовал Курт. – Где твое восхитительное, завораживающее своим изяществом форм, древко, где потрясающий сознание набалдашник… вместо всего этого какие-то уродливые конечности… фу, Мур!

– Так ведь с кем поведешься! – хихикнул посох.

– Да-а-а… и похож ты сейчас на боевой джанхарский посох… – начат Курт.

– Примерно как ты – на великого мага, – перехватил инициативу Мур. – Только я временно, а ты – постоянно.

– Постоянно что?

– Постоянно выглядишь полным балбесом, – ответил посох. – И за что только тебя девушки любят?

– Так-так-так… – с интересом протянула Аглария. – Какие это еще девушки его любят?

– Ты даже представить себе не можешь – какие! – трагически прошептал Мур. – А также сколько их!

– Аглария, не верь ему! – завопил Курт. – Я блюду девственность… тьфу, то есть нравственность… то есть у меня никого нет… кроме тебя!

– Правда? – протянула Аглария.

– Честное магическое! – поклялся Курт.

– Но… я все-таки у тебя есть, – нахмурясь, продолжала девушка. – Ты же не сможешь это отрицать.

– Не смогу, – вынужден был признать Курт.

– И выглядит все это… довольно подозрительно, – продолжила Аглария.

– Разве? – огорчился Курт. – А мне казалось, что все очень мило и вполне невинно…

– Но… со мной ты позволяешь себе такие вольности… – протянула девушка. – Не знаю, могу ли я тебе доверять…

– Доверять? Ему?!! – патетически вскричал Мур. – Да ты с ума сошла, девушка! Да у него сам Зикер врать учился, да так и не выучился, потому что этот «учитель» ему все наврал!

– Аглария, он все врет! – вскричат Курт.

– Можешь мне поверить, – тем временем продолжат вредный посох. – Каждое второе наше разведзадание накрывается из-за того, что в первом же городке за ним выстраивается огромная толпа невменяемых юных прелестниц и следует за ним из города в город, сметая все на своем пути. Оторваться от них не представляется возможным. Их количество все растет. Они умудряются проникать даже в портал! Обычно мы топим их в какой-нибудь реке. Нельзя же нарушать секретность.

– Вот как! – потрясенно прошептала Аглария. – Какой ужас! У меня аж кровь леденеет от таких жутких историй! Ну, расскажи еще что-нибудь!

– Вот-вот, расскажи ей еще что-нибудь и точно пойдешь на растопку, – покивал Курт.

– Нет, какая жестокость! – трагическим тоном воскликнул посох. – Сказать такое! И не врагу какому! А собственному товарищу!

– Свинья ты, а не товарищ, – пробурчат Курт. – Рассказывать такие гадости моей девушке. Вот я твоей что-нибудь расскажу! Узнаешь тогда..

– И это мне говорит человек, на совести которого все мои шишки! – воскликнул Мур.

– Твои шишки у тебя на лбу, а не у меня на совести, – ответил Курт.

– Это потому что у тебя совести и вовсе нет, – пробурчат Мур.

– Нет, это потому что именно твой лоб все эти шишки заработал, – ответил Курт. – А моя совесть тут и вовсе ни при чем.

– Мало того что меня из-за тебя избили, так ты еще и издеваешься, – покачал головой Мур.

– Напротив, я забочусь о тебе нежно и трепетно, – возразил Курт. – Например, я подумал о том, что тебе с твоей девушкой скучно, небось, все время заниматься любовью в одной и той же кровати…

– По крайней мере у нас она на потолке, – похвастался Мур. – Не то что у некоторых.

– Все равно, это одна и та же кровать, – покачал головой Курт. – А потом… в комнате такой спертый воздух… как вы до сих пор выжили, бедняги… А мы с Агларией приглашаем вас на небольшую загородную прогулку. Говорят, смена ландшафтов положительно сказывается на сексуальности. А уж ночевать под звездным небом…

– Под дождем… – с ухмылкой продолжил Мур. – В канаве…

– Фу! – сморщился Курт. – Нет в тебе никакой романтичности.

– Муравьи и комары на самых интересных местах… – продолжал издеваться посох.

– Пошляк! – вздохнул Курт.

– Я не пошляк, я – реалист, – возразил посох.

– Что ж, остается добавить, что на загородную прогулку вас приглашаем не только мы с Агларией, – добавил Курт. – Затылок тоже присоединяется к этому приглашению. Он лично вряд ли соберется присутствовать, сам понимаешь – дела. Но тебя приглашает обязательно.

– Другими словами – попробуй не приди! С этого и надо было начинать, – зевнул Мур. – И куда мы отправляемся?

– До Оннера и обратно, – ответил Курт. – Если, конечно, нас куда-нибудь не занесет и по дороге ничего не случится.

– Что почти неизбежно при общении с тобой, – фыркнул Мур.

– Ну, извини, уж какой есть, – с усмешкой развел руками Курт.

– Шенна, милая, ты оделась? – позвал Мур, обернувшись к двери. – Выходи, тут нам предлагают съездить на небольшую прогулку, развеяться.