Ты моя пара! - Лана Морриган

Женя

***

Я обдумываю услышанное, наблюдая за мужчиной, увлеченным телефонным разговором. Он хмурит брови, его губы двигаются резко и отрывисто – раздраженно.

Не разбираю ни слова, погружаясь полностью в свои мысли.

Первые слова, сказанные Лео, кажутся совпадением, но ведь и дальше точно описывает мои чувства.

С той лишь разницей, что одна часть меня хочет довериться, найти в себе силы и не бояться новых отношений, переступив через множество «но». А другая не желает обжигаться, советует закрыться, оттолкнуть.

– Не против, если мы сделаем небольшой крюк? – сосредотачиваюсь на словах мужчины. – У племянника переходный период, и он опять, если можно так выразиться, начудил. – Мое разрешение по сути и не нужно, Лео разворачивается, подрезая множество автомобилей. – Это, наверное, мой самый большой минус – агрессивное вождение.

А меня волнует другой вопрос:

– У тебя есть племянник?

– Есть, Ник. Сын брата. Хороший парень, но, – Лео мнется, подбирая слова, – ему сейчас нужна помощь. Гормоны. Ник скоро научится справляться со своими эмоциями. Семейная особенность, считай наследственным заболеванием, – и смотрит выжидающе, будто я могу что-то понять из общих фраз.

– Подростковый период, – отношусь с пониманием.

– Да, можно назвать и так.

Мой взгляд сосредоточен на кистях рук, покрытых угловатыми узорами вен, автомобиль петляет по дорогам ночного города. Откинувшись на сидение, я наблюдаю за уверенными действиями водителя, и мне нравится вот так просто смотреть. В тишине, даже без слов, комфортно рядом с ним. И очень не хочется ошибаться в своих ощущениях.

Проблесковые маячки привлекают взгляд, я отрываюсь от созерцания и обращаю внимание на машины, припаркованные у обочины. Белый внедорожник стоит под углом к тротуару, а ему перекрывают дорогу две полицейских машины.

– В нашей семье гормональные всплески в подростковый период явно выражены.

Слова похожи на извинения. Лео выходит из машины, уверенным шагом подходит к полицейским, к ним присоединяется еще один мужчина, что стоял немного в стороне, я приняла его за обыкновенного зеваку. Ничего себе «явно выражены», да мои подростковые протесты не идут ни в какое сравнение. Фары освещают происходящее. После непродолжительного разговора один из полицейских открывает заднюю дверь служебного автомобиля, выпуская высокого худощавого парня. Тот послушно бредет в мою сторону, что-то пиная носком ботинка, а Лео и второй мужчина продолжают беседу. Парень проходит еще несколько метров, замирает, всматриваясь в лобовое стекло, включенные фары должны его слепить, но он смотрит прямо мне в глаза. Обходит автомобиль сбоку и открывает дверь. В салон врывается осенняя прохлада, я втягиваю плечи, ежась от холода.

– Привет. – Парень с интересом меня рассматривает.

– Привет. Ты Ник? Твой дядя про тебя рассказывал.

Он не скрывает удивления: округляет глаза и вскидывает брови.

– А вот про тебя он ничего не говорил.

– И не должен был, мы просто коллеги. Лео подвозил меня домой, когда ему позвонили.

Парень смеется.

– Просто коллеги, – повторяет с широкой улыбкой, так похожей на улыбку Дмитрия. – Не просто. – Ник повисает на двери и, совершенно не стесняясь, изучает меня. – Дядя никогда не знакомил своих «коллег» с семьей. Он вообще не подвозит людей. Малознакомых, я имею в виду.

Бросаю взгляд на мужчину. Лео наблюдает за нами, кивая и отвечая сотрудникам полиции.

– Звучит так себе, словно твой дядя угрюмый затворник.

– Угу, – соглашается Ник. – Так и есть. Он вообще не любит суету и людей. – Интересно, действительно так? – Как тебя зовут?

– А? – возвращаюсь взглядом к парню. – Женя. А что ты натворил? – беспардонно спрашиваю, раз мы так свободно общаемся.

– Взял машину отца покататься, – скривил лицо. – Угнал и у меня нет прав – я же несовершеннолетний. Теперь придется не один год пахать на складе в наказание, – ворчит вполголоса.

– Ого!

– Вот бы мама так отреагировала – «ого», – передразнивает меня. Неужели я произнесла с восторгом?

– Ну если бы мой ребенок взял машину без спроса, «ого» я точно бы не ограничилась.

– А у тебя есть дети?

– Еще нет. – Он понимающе качает головой. – Может, не стоило брать машину?

– Не стоило. Но это понимаешь, когда уже сделал. Замерзла? – Я прячу руки в карманы. Закрывает дверь и садится на заднее сиденье. – Как давно вы знакомы с дядей?

– Не знаю, месяц, – жму плечами. Я перестала вести счет: еще недавно знала точное количество дней, как сбежала от Милосердова, отсчитывала утром и радовалась каждому из них, наверное, до конца не верила, что смогу сбежать и выжить.

– Месяц. – Ник подается вперед, заглядывая мне в лицо.

– Возможно, недели три.

– Ну ничего себе, – протягивает каждое слово.

– А что тебя смущает?

Лео распахивает дверь со словами:

– Ничего его не смущает. Ник, тебя отец ждет.

– До встречи, Женя. – Парень покидает салон автомобиля. Машет рукой на прощанье, проходя мимо.

– Дома ему сильно достанется? – провожаю взглядом белый внедорожник.

– Бесполезно ругать, организм требует адреналина. Но Лиля точно не промолчит.

– Его мама?

– Да. Что Ник тебе рассказал? – Лео убирает пальто на заднее сиденье и трогается с места.