Правила первокурсницы - Аня Сокол

Голоса пилотов стихли, и это привело меня в чувство. Я была ещё жива. И пока не собиралась сдаваться. Честно говоря, о смерти я тогда не думал вовсе. Что только к лучшему, потому что подумав хоть раз, не смогла бы избавиться от этих мыслей никогда. Я бы просто села на доски воздушного пирса и вряд ли поднялась. Плохие мысли парализуют.

Я бросила взгляд на солнце и стала спускаться вниз. Ступени подрагивали под моими шагами. Деревянный бревенчатый дом приближался. В прошлый раз я бежала в обратном направлении, торопливо пересчитывая ступени и желая как можно быстрее оказаться в дирижабле, что доставит нескольких невезучих учеников в Академикум. Сегодня я бежала вниз, не сводя взгляда с приближающегося форта. Первого форта. Судно пришвартовалась к вышке у первой резиденции князя.

Задняя дверь форта была распахнута настежь, но внутренний двор пока оставался пуст. Я снова услышала мужские голоса. На волосы посыпались пыль и мусор, не дойдя до земли всего пяток ступеней, я остановилась и задрала голову. Кроме меня по лестнице спускались две фигуры в серых одеждах. Пилоты покинули кабину и скоро будут здесь. Что-то подсказывало, меня вряд ли обрадует встреча с ними.

— Это вы, леди? — услышала я знакомый голос и спрыгнула в серую пыль. От ворот к форту шла Леа. В руках моя мимолётная горничная держала таз со свежевыстиранным бельем. — Что вы…

Не дав ей закончить, девушку грубо толкнули, таз упал и покатился по земле, белье полетело в серую пыль. Над горничной возвышался лакей, один из тех, кто служил князю, один из тех, кто встречал нас здесь в прошлый визит. Один из тех, кто закрывал двери первого форта. Имени я не помнила. Но увидела тьму в его глазах. Другого представления не требовалось. Еще одна тень демона. Девы, сколько же их? Сколько их на самом деле?

— Арирх в ярости, — проговорил мужчина. На этот раз он был гораздо серьезнее, чем тогда. На этот раз он не улыбался. — И я не советую вам злить его и дальше. Поэтому сейчас, вы послушно пойдёте за мной, как и полагается благовоспитанной леди.

«Откуда вы это знаете?» — хотела спросить я, — «что он в ярости?»

Но вдруг поняла, что знаю ответ на этот вопрос. Теперь знаю. Голоса в голове. Они все их слышат. Все тени. Они, демоны разлома, твари — как не назови, все едино. Им не нужны курьеры с письмами или Око девы. Они всегда на шаг впереди, потому что передают сведения мгновенно. Всегда. Это преимущество, и я только сейчас поняла, насколько оно серьезное.

Наверняка собираются в чей-нибудь голове, словно джентльмены в гостиной за сигарами виски, чтобы обсудить цены на акции или политику государя. Ох, неужели и он… но по-другому не получалось. Он тоже на шаг впереди. Он тоже знал, уполномочивал, приказывал, а мы гадали, метались и принимали неправильные решения. Девы, как же не хотелось в это верить. Одно дело, когда государь просто жесток, когда он тиран и не знает жалости, и совсем другое, когда вместо него сидит тварь, чуждая всему человеческому.

«Нам придётся выступить против князя», — сказал Крис. Неужели он оказался прав?

— Зря вы это сделали там, на корабле, — он бросил быстрый взгляд на дирижабль. — Зря выпили эту гадость. Теперь будет только хуже.

— Кому? — тихо спросила я, медленно отступая к раскрытым воротам.

— Прежде всего, вам, — расстроено ответил лакей. Смешно, но он, кажется, и в самом деле переживал. Но вряд ли за меня. — Бежать некуда, вы скоро умрете. Так что не нужно усугублять ситуацию.

— Усугублять? — эхом повторила я, чувствуя, как огонь ластится к рукам.

— Именно, вы ведь не хотите лишних жертв? — с этими словами он схватил Леа за волосы и дернул кверху. Та вскрикнула. — Огонь не так разборчив, как люди. Поднимите руки и…

Я не собиралась слушаться, очень хотелось бы верить, что не собиралась, несмотря на напуганный, умоляющий взгляд девушки. Возможно, он являлся бы мне в кошмарах, а возможно, что и нет. Как хорошо, что нам не дано знать будущего. Как хорошо, что меня избавили от этого выбора. Лакей очередной раз открыл рот, да так и остался стоять, словно чучело в поле. Девушка смогла вырвать волосы из его руки, упала на четвереньки и всхлипнула.

Глаза лакея остекленели и тьма, живущая в них, не растаяла, как это случилось там, в гондоле дирижабля. Она заметалась, вскипела и пролилась на щеки, словно обжигающие кожу, грязные слёзы. Горничная обернулась и взвизгнула, а потом торопливо поползла ко мне, словно там за ее спиной разверзся сам разлом. Лакей пошатнулся и упал вперёд. Опрокинулся, как подрубленное на корню дерево. Из его спины торчала чёрная рапира. Знакомая чёрная рапира. Мы не раз скрещивание лезвия с её хозяйкой.