Степанида и 7 женихов - Наташа Шкот

— Я не кряхчу!

— Хорошо, чем ты не доволен, тогда?

— Я очень доволен, Панни, — заверил со вздохом, — просто…

— Просто, все не просто… — она ткнулась носом в его щеку, — почему ты без щетины?

— Недавно побрился.

— Зачем, собирался на свидание? Кто бреется на ночь глядя?

— Никуда не собирался. Я не хожу на свидания… теперь.

— Теперь?

— После того, как почувствовал, что уже не свободен.

— Меня имеешь ввиду? — пока Степка с ним говорила, у нее была возможность хоть как-то отвлечься, хотя признаться, его запах и руки сводили с ума. «Интересно, — подумала она, — а если бы на его месте был, к примеру, сосед. Меня так же колбасило бы?» Сосед вспомнился, потому как его Степка считала менее опасным для своего тела «соблазном». «Надо испытать при случае…»

— Кого же еще…

— А сколько тебе лет, Митя? — сменила тему.

— А на сколько выгляжу?

— Ну… когда я тебя увидела в первый раз, ты мне показался совсем молодым, лет так на двадцать. А в последний раз вообще, стариком.

— Мне тридцать четыре.

— Да? Хм…

— Что?

— Странный выбор профессии, как не для мальчика, уж прости…

— А что такого?

— Курьер…

— Я не курьер. «Деливери» моя фирма. А привез посылку тебе лично, только потому, что ехал по пути, а служащий заболел.

— О-о-о…

Повисла пауза.

— Ты так дышишь, устал?

— Нет, Панни, ты для меня не тяжелая, перестань волноваться.

— А чего ты…

— Мы уже почти пришли. Дальше тебе самой.

— О, точно, — Степка даже расстроилась, что придется покинуть комфортные объятья.

— Ты, как? — водяник опустил ее ноги, но обнимать не перестал, — стоишь?

— Наверное…

— Дальше ты сама, нельзя, чтоб кто-то видел куда пойдешь от дуба.

— Ты все знаешь, да? — улыбнулась.

— Нет, увы не все, — сказал горько.

— А чего не знаешь? — не удержалась и погладила его щеку. Он прижался к ее ладони и прикрыл на секунду глаза.

— Иди, Панни… не то…

— Не могу, ты меня держишь…

— Да?

— Угу. Подержи еще немного и я пойду…

— Ты ведь хочешь побыть со мой потому, что откат? На самом деле я тебе не нравлюсь? — спросил грустно.

— Я не знаю, прости…

— Ничего. Я тоже не хочу тебя отпускать. Но надо. Я не железный.

— А… ты… тоже?

— Что?

— Как я, голодная самка?

— Нет, я голодный самец! — засмеялся тихо, — так что, лучше не прижимайся.

— Угу… пойду.

— Целовать тебя, наверное, не стоит?

— Не стоит. У меня перегар и штынь луково-чесночный…

— М-м-м, люблю домашнюю колбаску…

— Ты такой смешной, спасибо, что отвлекаешь, — Степка на миг крепко сжала руки вокруг его талии и решительно отстранилась, — пойду…

— Я дождусь тебя… — сказал совсем тихо и отвернулся.

Оставшееся расстояния Степка прошла сама, потратив последние силы. Обошла три круга и рухнула на траву, оказавшись на Поляне.

Расщеколда — болтливая баба;

Хобяка — неловкий;

Зарюмсай — заплачь;

Лоха — дура;

Суемудра — ложно мудрая, считающая себя очень умной;

Ветрогонка — вздорная баба;

Не пужай — не пугай;

Басалай — грубиян;

Остолбень — дурень;

Штынь — плохой запах.