Девочка, которая не видела снов - Сара Бет Дерст

Было тихо.

Напрягая слух, девочки дышали в унисон – сначала часто, потом медленнее – и слышали каждый свой вздох.

– Давно ты узнала, что происходит, когда ты спишь? – шёпотом спросила Кристина.

– В шесть лет, – ответила Софи. – А ты?

– Примерно так же. Мой отец раньше разыскивал и продавал сны…

– У моих родителей тоже магазин снов! – шёпотом воскликнула Софи.

– В школе мне было несладко. Со мной никто не дружил, потому что другие дети… не такие, как я. Ну, ты знаешь.

Софи знала. Ещё как!

– Однажды отец потихоньку дал мне перед сном выпить из синей бутылки. Он купил её в одном из магазинов, для которых работал. – Кристина говорила так тихо, что Софи пришлось склониться почти к её губам, чтобы расслышать слова. – Думаю, он хотел меня подбодрить. Мама никогда бы этого не допустила. Она была категорически против того, чтобы иметь дело со снами. Родители всё время ругались из-за этого. Но я выпила из бутылки, появился монстр, и они насмерть перепугались.

Софи кивнула:

– Мои тоже. Только я выпила сама, из любопытства.

– Мне тоже было любопытно, – сказала Кристина. – Люди всё время говорят о снах. Я думала, это похоже на путешествие в волшебную страну – Нарнию или Оз^[8], – куда мне никогда не попасть. Но оказалось, что ничего похожего.

Снаружи скрипнула и стукнула дверца буфета. Софи прислушалась, ожидая услышать другие звуки – шаги, голоса, звук отодвигаемого стула, – но ничего не последовало. Монстрик взгромоздился на бачок унитаза и изучал маленькое матовое окошко. Он простукал края: окно не открывалось. Но даже если бы и удалось его открыть, Софи сомневалась, что пролезет через него. Если только кролики… Но звук разбитого окна привлечёт внимание.

– Знаешь, мне даже нравится не видеть снов, – сказала Кристина. – Ты просыпаешься с ясной головой. Отсутствие сновидений меня не смущает. Но когда я вижу сны… мозг словно в тумане, ему нужно перестроиться. А если я выпиваю их много, то всё ещё хуже. Вообрази, что происходит с мозгом, когда он видит сны каждую ночь!

– Я почувствовала это, когда вызвала их. – Софи указала на кроликов. – Мозг был словно из ваты, и болела голова. – Она подумала обо всех монстрах, которых видела здесь, и представила, как плохо чувствует себя Кристина.

– Точно, – подтвердила Кристина. – Когда не видишь снов, смотришь на мир ясным взглядом – мозг не обманывает тебя, и ты не путаешь воспоминания и сны.

Софи кивнула. Она видела, как такое происходило с её родителями – они упоминали о разговорах, которые якобы вели, об обязанностях, от которых во сне удалось увильнуть. Наверное, это страшно – когда не можешь доверять собственному рассудку.

– И всё же я всегда хотела иметь собственный сон, – со вздохом произнесла Кристина. – Хотя бы один.

– Я тоже. – Софи никогда не признавалась в этом никому, кроме Монстрика. Слова словно лились из неё, и она испытывала облегчение. – Ты когда-нибудь пыталась не засыпать?

– Да. А ты когда-нибудь пробовала напугать себя так, чтобы приснился кошмар?

– Да! – Софи с трудом заставляла себя говорить шёпотом. – А ты читаешь книги перед сном в надежде, что тебе приснятся их персонажи?

– Постоянно.

– А какие твои любимые? – поинтересовалась Софи.

– «Лев, колдунья и платяной шкаф»^[9], – сказала Кристина.

– «Гарри Поттер», все семь книг.

– Конечно! И «Трещина во времени»^[10].

На кухне кто-то открыл кран. Потекла вода, потом кран закрыли. Софи снова услышала шаги и затаила дыхание, напряжённо прислушиваясь: уйдёт ли этот некто наконец с кухни? Но он не ушёл. Софи вздохнула.

Кристина снова зашептала:

– Когда я была маленькая, то думала: может быть, я вижу сны, но не запоминаю их. Даже ставила будильник на ночные часы, чтобы проснуться в середине сновидения. Но это никогда не помогало.

– А я ела перед сном несочетаемые продукты, – призналась Софи. – Например, бананы с кетчупом.

– Иногда я оставляла телевизор включённым на всю ночь, – продолжала перечислять Кристина. – Думала, услышу во сне диалоги – и они превратятся в сон. Тоже не помогло.

Монстрик спрыгнул с унитаза, подошёл к девочкам и втиснулся между ними, чтобы послушать у двери. Софи и Кристина замолчали и тоже стали прислушиваться. С кухни доносились приглушённые голоса – разговаривали двое мужчин. Софи догадалась, что это мистер Кошмар и амбал, оказавшийся монстром.

– Тебя действительно похитили? – спросила Кристина.

– Не меня, – ответила Софи. – Тот человек, мистер Кошмар, украл Мэдисон и Люси и пытался украсть Итана, потому что они видят яркие кошмары. А ещё он забрал моих родителей, потому что они очень хорошо дистиллируют сны.

– А тебя не тронул?

– Наверное, я ему не нужна. – Софи чуть не добавила «Потому что у него есть ты».

– Тогда, возможно, если ты сбежишь, он не погонится за тобой.

Софи сжала её руку:

– Я не оставлю тебя здесь. Никого из вас. Сбежим все вместе.

Монстрик рядом с ней заинтересованно оживился, словно ожидал услышать, есть ли у Кристины какие-то идеи. А она способна что-то предложить, подумала Софи. Она провела в этом доме долгое время и может что-то знать о похитителе и вероятных способах побега.

– Ты дружишь с детьми, которые видят сны? – спросила Кристина.

Софи замялась:

– Я бы так не сказала…

– Они не такие, как мы, – произнесла Кристина фразу, похожую на цитату из песни. – У них слабый сумбурный мозг. Когда они спят, их страхи берут над ними верх.

Софи не могла согласиться. Её родители не были слабыми, и Мэдисон тоже. После того как её держали в подвале связанной и с кляпом во рту, она нашла в себе мужество вернуться сюда, и даже утешала Люси, и не хныкала, когда они наткнулись на монстров. А Итан мыслил ясно, хотя и предлагал идеи, которые считал неосуществимыми, – это он придумал вызвать из сна динозавра и вернуться сюда. Если бы они быстро обыскали дом, всё закончилось бы превосходно.

В кухне снова стали отодвигать стулья – похоже, мужчины вставали. Дверь – во двор, догадалась Софи – скрипнула и захлопнулась. Софи напряглась. Этим надо воспользоваться! Но потом она услышала другие шаги и характерный шлёпающий звук открываемой дверцы холодильника.

– Один ещё здесь, – прошептал Монстрик.