Обреченная любить - Ольга Герр

— Гони их в шею, — к эрлу вернулось хорошее настроение. — Этот вечер я посвящаю семье.

— Боюсь, это невозможно, — ответил дворецкий. — Господ сопровождают городские надзорные, и они настаивают на встрече.

Хрупкая ваза счастья разбилась. Криста поняла это по вмиг осунувшейся матери и напряженному отцу.

— Няня, — произнес эрл, — уведи Кристу наверх. А ты, Ганс, впусти гостей.

Криста сделала вид, что подчинилась, но выскользнув из гостиной, вместо лестницы свернула к горшку с цветком. Тот вырос выше ее головы — семейная гордость баснословной стоимости. Криста частенько за ним пряталась, подслушивая разговоры родителей.

— Ты что это удумала, негодница? А ну-ка ступай за мной, — вразумляла няня.

— И не подумаю. Если хочешь, иди, а я остаюсь.

В коридоре уже слышались шаги гостей, и няня тоже прижалась к стене, затаив дыхание. Гостей было пятеро. Трое из городского надзора — органа следящего за порядком в городе, а кто такие два семидесятилетних старика Криста не поняла.

Няня в очередной раз попыталась увести подопечную, но Криста приложила палец к губам. Нравоучения мешали подслушивать.

— Почти двадцать годков, а ума как у младенца, — ворчала няня. — Я шпионить не буду.

— И не надо, — отмахнулась она. — Ступай уже, не мешай.

Няня нарочно шумно протопала по коридору, из-за чего Криста пропустила начало разговора, где незваные гости представились. Она поморщилась с досады. Так и не узнала, кто пожаловал.

— Вы должны были понимать, что эта новость не пройдет мимо нас, — судя по скрипучему голосу, говорил кто-то из стариков. — Мы ждали, что вы придете и покаетесь, но, видимо, это не входило в ваши планы.

— Вы ее не получите! — выкрикнула леди Иона, славящаяся умением держать себя в руках.

— Уважаемая леди Иона, боюсь, это решать не вам. Вы и без того нарушили закон, спрятав мага. Известно ли вам как карают за подобное преступление?

— За каждый год укрывательства преступник получает по году заключения в каземате, — ответил эрл.

— Сколько ей сейчас?

— Девятнадцать.

В комнате повисло напряженное молчание. Криста едва улавливала смысл разговора. Кажется, родителям грозило заключение. Целых девятнадцать лет. Для них это равносильно пожизненному сроку. Вряд ли они проживут так долго в тюремных условиях.

Но откуда у них взяться магу? Криста знала их отличительную черту — рыжие волосы. Из этого правила не существует исключений. Но в доме рыжих отродясь не было.

— Ваше имущество конфискуют, — говорил старик, — и продадут с аукциона. Вас лишат привилегий, статуса и родового имени.

— Что будет с неучтенным магом? — маму не волновало собственное будущее, она беспокоилась лишь о маге. Да кто он такой?

— Мы заберем его в общину. В таком возрасте поздно проходить обучение. Поэтому мага запечатают, закрыв ему доступ к Энергии.

— А потом? — уточнил отец.

— Потом, если установят, что маг ничего не знал о своем даре, его отпустят.

— Она ничего не знала! — воскликнула леди Иона. — Клянусь вам, мы скрывали правду ото всех, включая ее. Кристабелла понятия не имеет о том, кем является.

Криста пошатнулась, чуть не свалив горшок с бесценным цветком. Она — неучтенный маг? Сколько себя помнила, она всегда была обычным ребенком. Никакой магии. Если не считать событий последней недели. Неужели она выбросила Рию и Дэма в сад при помощи магии? Ноги подкосились, и она сползла по стене на пол.

Дальнейшее Криста плохо запомнила. Она по-прежнему сидела на полу, когда дверь гостиной открылась. Здесь ее и нашли. Под причитания и слезы матери ее подняли. Не позволив собрать вещи, повели к выходу. Криста умоляла дать ей попрощаться с родителями, но маги торопились, опасаясь, что она вновь используется Энергию. Чтобы этого не произошло, они наложили на нее чары, и Криста обмякла от слабости. Единственное, что успела, — схватить небольшой портрет родителей с комода и спрятать в складках платья.

— Будь стойкой, дочь! — крикнул вслед отец. — Помни, что мы любили тебя сильнее жизни и все делали исключительно ради твоего блага.

Она обернулась, взглянуть на родных. Отец, прижимая к груди рыдающую мать, махал ей вслед рукой, а за их спинами возвышались надзорные. Где-то на заднем плане няня украдкой вытирала слезы. Такими Криста их и запомнила. В этот день она говорила с родными последний раз.

Ее затолкали в карету, которая тут же сорвалась с места. Криста сжалась в углу под неодобрительными взглядами стариков. Теперь она их узнала: это были старейшины общины магов Апритиса.

Она мало интересовалась магией и уж точно не мечтала стать одной из них. Кто в здравом уме захочет отказаться от всего — от близких, от статуса в обществе, от друзей и званых вечеров — ради жизни среди изгоев? Что-то она не припомнит ни одного счастливого мага. Все они хмурые и вечно чем-то недовольны, прямо как те, что сидят напротив.

По приезду Криста ничего толком не разглядела. Ее вели какими-то коридорами, а после заперли в крохотной комнате похожей на келью. Хорошо не бросили в подвал. Привычная к роскоши она чувствовала себя обворованной. Как эти люди посмели вмешаться в ее идеальную жизнь? Криста злилась на весь мир. Не будь на ней сдерживающих чар, разнесла бы общину по кирпичикам.

Время шло. К ней никто не заходил, и злость сменилась отчаянием. Сперва одна слезинка скатилась по щеке, за ней вторая. Вскоре Криста рыдала, лежа на жестком матрасе. Она оплакивала прошлое, потерянное навсегда. И будущее, которое рисовалось в мрачных тонах. Несколько часов назад она была Кристабеллой дочерью эрла Леофрика главы уважаемой семьи. Теперь она никто. Нет, она хуже, чем никто. Она — неучтенный маг. Даже в общине себе подобных ей нет места. Есть ли оно вообще где-нибудь в мире?