Любить своего врага - Елена Ворон

— Эр Мирон, оставьте, — оборвал его бормотанье Лэй-Воин. — Я сам все объясню эр Леди по дороге.

— Леди зовут эр Шелла.

— Мне лучше знать, — высокомерно бросил проводник.

— Как скажешь, — охотно уступил лугаш, изумрудно поблескивая лысым черепом. — Эр Леди, вам удобно оплатить маршрут прямо сейчас?

Я замотала головой, отказываясь платить и вообще отказываясь от обоих этих сумасшедших. Мирон Маррон назидательно поднял маленький изящный палец; я недавно видела похожий жест. Рональду Рингу он удался лучше.

— Эр Леди, не стоит спорить с проводником. Его задача — понимать, что нужно клиентке…

— Я сам все объясню, — опять прервал лугаша Лэй. — Потом. Эр Леди, вы готовы? Идемте.

Не припомню, чтобы кто-нибудь столь бесцеремонно мною распоряжался. И чтобы я подчинялась. Но Лэй-Воин, этот горящий ненавистью убийца, чем-то меня подкупил. Даже знаю, чем: своей внутренней силой, бешеным огнем души. И еще тем, как ловко дал мне новое имя.

Мы вышли, дверь «Клемы», путешествий на ваш вкус, закрылась. Тут ко мне и дар речи возвратился.

— Вы спятили? — осведомилась я не слишком любезно. — Что вы себе позволяете?

Неуловимым движением он оказался впереди, преграждая мне путь. Льдистые глаза впились в лицо, боевая сталь в голосе звякнула приглушенно:

— Я видел вашу ссору с тем человеком. Он на вас донесет.

— Ошибаетесь: не донесет. Эд обещал.

— Донесет, — заявил Лэй убежденно.

— Нет.

— Хорошо, — внезапно проявил он покладистость. — Сделаем так, чтобы не донес.

Миг — и он уже оказался далеко впереди, а мне пришлось догонять чуть ли не бегом.

— Лэй! Вы и впрямь с ума спятили!

Я думала его остановить, схватила за руку, но он выскользнул из моих пальцев, словно вода или туман. Промчался по коридору, свернул на служебную лестницу и ринулся по ступеням вниз. Я и сама неплохо бегаю, но Воин Скал не бежал — летел, стремительно и бесшумно, как ночной хищник. Я безнадежно отстала, однако на первом этаже он меня дождался, и дальше мы зашагали бок о бок.

Я искоса поглядывала на его худое, суровое и очень юное лицо. Внутреннее пламя грозило обжечь. Кого может так сильно ненавидеть этот Воин?

— Эр Леди, — заговорил он, — как сказал эр Мирон, работа проводника — понять, что вам нужно, и обеспечить это на маршруте.

Я фыркнула, памятуя о запрете брать на маршрут мужей:

— Интимные услуги входят в список?

— Не входят, — сталь в голосе прозвенела надменно и холодно. — И первое, что нужно, — обеспечить вашу безопасность.

Через служебную дверь мы вошли в зал регистрации пассажиров; здесь же находились кассовые терминалы и модные нынче стойки с живым персоналом. В зале уже собирались те, кто, в отличие от меня, намеревался лететь на Доминику. Я огляделась, высматривая Эдварда. Возможно, брошенный муж отправляется на планету-сказку, чтобы утешиться там с местными затейницами?

Брошенный муж и впрямь оказался в зале, в компании начальника службы безопасности Рональда Ринга. Я задохнулась от радости. Ринг! Я опять его вижу!.. Они стояли так близко к двери, что я расслышала слова, сказанные вполголоса:

— Да нет же, эр Рональд, вы неправильно поняли. Моя супруга — настоящая эршелла. Она меня чуть не убила своей смертоносной вспышкой. Я ее сильно обидел, это правда. Но если еще кто-нибудь оскорбит, могут погибнуть люди…

Опалил нестерпимый стыд. Ну как я могла не разглядеть, не понять?! Влюбилась в трусливого предателя!

— Эдвард, — окликнула я; в голосе звякнула та же хищная сталь, что и у Воина Скал.

Эд обернулся. И обмер, как будто увидел нацеленные ему в живот клинки.

— Ш-шелла? Ты с этим… уб-бийцей?! Ты рехнулась, это же Воин Скал!

Под взглядом Ринга — «Как ты могла с ним связаться? Куда ты смотрела?» — я была готова провалиться.

Неуловимым движением Лэй очутился возле Эда.

— Эр Эдвард, — мне явственно послышался шелест вынимаемого из ножен меча, — вы понимаете, что я могу сам выбрать себе врага. И в случае чего, отыщу его хоть на краю света.

Эд помертвел. Качнулся к Рингу, ища защиты.

Начальник службы безопасности подавил усмешку.

— Эр Лэй, этот враг уже почти что мертв и вам не интересен. Оставьте его в покое.

— Я подумаю, — хмуро отозвался Воин Скал. — Но не обещаю.

Избегая смотреть на Эда, я обратилась к Рингу:

— Эр Рональд, скажите: я могу отправиться в горы с эр Лэем и быть уверенной в своей безопасности?

И без того суровое лицо Воина Скал окаменело. Кажется, он был оскорблен вопросом.

Ринг удивился:

— Вам ничего не объяснили, эр… — крошечная заминка, — Леди? Понятно. Тогда слушайте: вы можете отправиться с эр Лэем по любому маршруту, но только присоединившись к какой-нибудь группе. Вдвоем идти в горы нельзя. Мало ли, что случится… с вашим проводником.

Лэй вздернул подбородок, глаза сверкнули, как будто скрестились рассыпающие искры клинки. Слова Ринга оскорбили его еще сильней, чем мой вопрос.

— Шелла, пойми, он — убийца, — неожиданно подал слабый голос мой муж. — Воины Скал убивают своих… — он осекся — Ринг и Лэй разом повернулись к нему.

Они молча поглядели в пепельно-серое лицо и так же молча отвернулись. С Эдом было покончено. И с частью моей жизни, связанной с ним, — тоже.

— Я с тобой разведусь, — тихо и с не наигранным безразличием сказала я ему.

— А я еще подумаю, — с ледяной угрозой напомнил Воин Скал.

* * *

Проклятыми Высших называют недовольные вроде меня. Официально же они — просто Высшие, неведомые, никем не видимые, не слышимые, не осязаемые. Силы неизвестной природы. Чем-то мы, люди, привлекли их внимание. Высшие нагрянули на Землю, разорили ее, растащили человечество по разным галактикам, поселили на терраформированные планеты, большую половину этих поселенцев изменили, создав совершенно разные народы, потом связали их с помощью Большого Трансгалактического Пути, обеспечили средствами связи и транспортом — и необъяснимо сгинули, оставив новое ошеломленное человечество на произвол судьбы. Теперь мы имеем возможность путешествовать из галактики в галактику, как раньше — из страны в страну; мы пытаемся использовать оставленные нам технологии Высших и на их основе развивать свои собственные… в основном безуспешно. Казалось бы, это должно придать новый смысл нашему существованию. Куда там! Мы не понимаем, что делать с доставшимися нам пространствами; мы не в состоянии толком наладить отношения между собой… Да что я говорю? Мы — это народ эршелла. А остальное человечество — это, увы, они.

А Высших я терпеть не могу за высокомерие и то пренебрежение, которое они проявили к людям. Явились, не спросясь, похватали, покидали туда-сюда, как куски глины, вылепили нечто — и бросили. Не прощу.