Реформатор - Даниил Аксенов

– Об этом, по сути, я и собираюсь поговорить с ним в ближайшие дни, – закончил свою фразу советник.

Увы, ни Шенкер, ни Гирун, ни даже король Ранига не подозревали, что будущее у этих планов сомнительное. Тот факт, что канцлер и казначей получили инструкции Михаила, а сотня эльфов вошла в город, уже сыграл свою роль. Дальнейшие события планированию не подлежали.

На дорожке сада показался еще один человек, одетый в красно-зеленую форменную куртку. Это был слуга Гируна Пелана, а сочетание красного и зеленого представляло собой его фамильные цвета. Слуга шел очень быстро, почти бежал.

– В чем дело? – спросил посол с легкой тревогой, когда тот приблизился. Обычно его люди не бегали по дому или саду.

– Господин! Прибыл гонец от его высочества канцлера Лоарна! У него срочное послание!

То, что уру Лоарн превратился в «его высочество», объяснялось очень просто. Михаил, не мудрствуя лукаво уравнял системы дворянских и государственных званий. Так, должностные лица страны автоматически получали привилегии дворян различных уровней до тех пор, пока занимали свои посты. Например, «королевский канцлер» приравнивался к принцу, а «королевский казначей» – к даллу. Одной из причин подобного нововведения было желание короля ослабить позиции дворянства, постепенно приучая всех к мысли, что чины и титулы приходят не только по наследству. Кроме того, такой подход в большой мере облегчал общение должностных лиц и высших дворян. В случае с канцлером Лоарном его мелкий титул «уру», который соответствовал примерно баронскому, если переводить на земной манер, уже мало что значил. На первый план выходила должность. Король решил, что канцлер равен принцу, – и точка.

– Я сейчас приду, – сказал Гирун советнику. – Посмотрю, что там.

Шенкер кивнул, возвращаясь к своему занятию – наблюдению за отклонениями изменений абов от канона. Именно в точном следовании инструкциям заключался секрет мастерства имис. Даже самые опытные бойцы не брезговали ежедневным отрабатыванием простых движений, но сопровождающихся правильной поддержкой аба. Когда сражаешься с ишибами, то от одного-единственного удара нередко зависит все. Он должен быть безупречен, чтобы мгновенно взломать защиту врага.

Посол вернулся через несколько минут, демонстрируя советнику озадаченный вид и свиток, зажатый в руке. Шенкер одним взмахом остановил тренировку. Гирун выглядел слишком уж растерянным.

– Что случилось, господин посол? – осведомился советник, когда тот приблизился.

– Это самое странное послание, которое я получал за последнее время, – пробормотал тот. – Подписано канцлером. Он утверждает, что в Раниге существует закон, по которому имис для пребывания в столице требуется специальное разрешение.

– Что-что? – переспросил Шенкер. – Закон?

И, не выдержав, расхохотался. Привычное равнодушие изменило ему.

– Браво! – сказал он, быстро успокоившись. – Теперь я уважаю Нермана еще больше. Но какая скорость! Великолепно сработано!

– Ты полагаешь, что этот закон появился недавно? – поинтересовался посол.

– Конечно! Вчера или даже сегодня. Иначе канцлер немедленно бы проинформировал нас. Закон появился сразу же, как только королю стало известно об имис в столице. Просто блеск! Вместо того чтобы угрожать нам или даже напасть, вот так заставить нас сделать ход первыми. Или война – или вон из столицы… А эта сотня эльфов-ишибов уже наверняка оцепила королевский дворец. На всякий случай. Великолепно!

– Что случится, если вы не покинете Парм? – задумчиво спросил Гирун.

– Правильный вопрос, – похвалил посла советник. – Считаю, что нужно проверить.

– Думаешь, они решатся на применение силы? Но мой дом точно не будут штурмовать. Это исключено.

– Понятно, что никто не осмелится напасть на особняк фегридского посла, – слегка усмехнулся Шенкер. – Но не можем же мы сидеть здесь безвылазно? Получится, что стоит сделать только шаг на улицу – и мы преступники. Поэтому очень интересно, что они ответят, если мы откажемся подчиняться.

– Я уже получил однажды ответ по сходному вопросу от короля Нермана, – вздохнул Гирун. – По поводу рабов. Он мне прямо заявил, что рабов на улицах Парма не потерпит. Сказал, что в моем доме может жить кто угодно, но как только они выходят из него, то превращаются в свободных людей. Идиотская ситуация.

– Да. Тогда их освобождение было правильным решением, – заметил советник.

– Пришлось… Опутал их долгами, пригрозил всеми карами и дал свободу. Плачу им кое-что, конечно, чтобы не вызывать нареканий. Чем только не приходится жертвовать ради политики!

– Любопытные тут у вас вещи происходят, – сказал Шенкер. – Но вернемся к нашему вопросу. А именно – проверим, насколько канцлер и этот казначей, похожий на одного моего знакомого, могут действовать самостоятельно. Что они предпримут в отсутствие короля?

Посол одобрительно кивнул. Вопрос был очень важен. По сути, он сводился к тому, способны ли люди Нермана на проявление инициативы или нет. Если нет, то получается, что все зависит лишь от короля. Он принимает решения – он же следит за их выполнением. Если так, то его величеству можно только посочувствовать. Он загонит себя, несмотря на способности ишиба. И даже если нет, то ни за что не сможет сражаться на два-три фронта. Способность к подбору талантливых и инициативных заместителей не всем дана. Даже у самого сильного монарха может быть слабость.

– Ну что же, – произнес Гирун. – Тогда я отвечу канцлеру, что не совсем понимаю, что он имеет в виду под словом «имис». Пусть даст исчерпывающее определение. А мы сравним – подходит это определение под тех людей, которые гостят в моем доме, или нет.

– Неплохо, – похвалил посла советник. – Посмотрим, что они скажут. И самое главное – как быстро скажут. Время имеет значение.

– Да, отправлю ответ немедленно.

Советник распорядился возобновить тренировку. Имис тратили несколько часов в день на поддержание хорошей формы. А в дни, когда было нечем заняться, все время посвящалось именно совершенствованию своих навыков. Шенкер неукоснительно следовал этому принципу и тщательно следил, чтобы его подопечные не отлынивали.

Гирун Пелан, напротив, очень любил проводить досуг в праздности. Отправив канцлеру издевательское послание, он слегка подзакусил, выпил немного вина и собирался уединиться с одной из служанок, бывших рабынь. Но его намерения так и остались неосуществленными. Им помешал очередной гонец от уру Лоарна.

Посол Фегрида был очень удивлен тем, что канцлер отреагировал настолько быстро. Не прошло и получаса, как гвардеец в синем доспехе доставил ответ.

Приняв свиток из рук гонца, Гирун внимательно прочитал послание, и его губы сложились в тонкую прямую линию. Как и многие люди, любящие издеваться над другими, издевательств над собой он не выносил.

– Вы свободны, капрал, – сухо сказал посол. – Ответ я передам с собственными людьми.