Игрушки - Нил Макмагон

Я рывком распахнул дверцу лимузина, использовав ее как щит, и выскочил наружу. Лизбет мгновенно последовала за мной; ее красивая нога сверкнула под вечерним платьем, и острый каблук вонзился одному из негодяев в ухо. Тот отшатнулся, взвыв от боли.

— Бросай оружие! — заорал я.

Никто не послушался. Понятное дело.

Я выбрал самого слабого из нападавших и вильнул в сторону, когда тот махнул в воздухе огромным резаком. Перехватив его запястье, я применил прием и швырнул противника на тротуар. Тот глухо шлепнулся о фонарный столб и сполз на мостовую. Звук был, как у хрустнувшей в мешке бутылки.

Интересно, успел ли он его услышать, прежде чем у него треснул череп?

На меня с воплем налетел еще один урод. Сделав ложный выпад, я спружинил вверх, прокрутил сальто в воздухе и со всей силы обрушился на бандита сверху, раздробив ему плечевые кости.

— У троих — полное усиление! — предупредил я Лизбет.

— Ясно, Хэйз. Спасибо, милый. Я буду понежнее.

Следующий противник оказался умнее — его явно чем-то накачали. Он не стал драться, а бросился наутек: притворился, что удирает. Я настиг его десятью гигантскими шагами.

Когда мои пальцы почти вцепились в его правый локоть, он молниеносно развернулся, и в его левой руке блеснул второй нож. Лезвие вспыхнуло в миллиметре от моего горла, и я услышал, как сталь просвистела в воздухе.

— Хорошая попытка, — одобрил я. — Впечатляет.

Одним движением я догнал его улетавшую в пустоту руку и выбил из нее нож, а вторым мощным ударом сзади размозжил ему правый локоть. В следующий момент голова умника уже торчала в уличной ограде, зажатая, как в ошейнике, между плотно стянувших шею железных прутьев.

— Не волнуйся, — успокоил я его. — Полиция тебя вытащит.

Для допроса мне была нужна хотя бы парочка живых ублюдков. Не стоило об этом забывать.

Я оглянулся на Лизбет — убедиться, что с ней все в порядке. Моя очаровательная женушка только что избавилась еще от одного навязчивого поклонника сокрушительным ударом в ребра, изобразив при этом что-то вроде балетного па. На досуге она занималась танцами и иногда устраивала домашние представления для меня и дочурок.

— Так держать, доктор Бейкер! — крикнул я.

— Есть, доктор Бейкер!

Я переключил внимание на последнего бандита — самого опасного из всех, если верить моим сенсорам. Тот все еще сидел за рулем машины, которой они протаранили наш лимузин: он не участвовал в драке и только следил за ней со стороны. Кто это — трус или «мозг» группы? Конечно, если у людей вообще есть мозги.

И вдруг я понял, что это не «он», а «она». Короткой стрижкой атаманша смахивала на мужчину, но фигура и лицо были явно женские.

Она смотрела на меня в открытое окно, и в ее глазах кипела такая ненависть, что мне стало не по себе. А потом я и вовсе испытал шок — она знала мое имя!

— Считаешь себя героем, Хэйз Бейкер? — спросила она холодно. — Беда в том, что ты сам не понимаешь, что творишь. Преступники здесь не мы, а вы.

С этими словами она крутанула руль, и ее машина резко пошла вверх. Я мог бы прыгнуть и ухватиться за задний бампер — у меня наверняка бы получилось. Мои мышцы напряглись, но я словно прирос к земле. Сам не знаю почему.

Лизбет с беспокойством взглянула на меня.

— Хэйз! — крикнула она. — Хэйз, ты ранен?

— Нет, я… я в порядке.

Жена удивленно подняла брови.

— Тогда почему ты не достал водителя?

— Хм… просто решил, что это слишком рискованно, — ответил я, хотя не думал ничего подобного. — Машина могла рухнуть вниз, а здесь живут элиты… Не волнуйся, мы ее поймаем.

— Ее? — изумленно переспросила Лизбет. — Я думала, у людей все женщины беременны и торчат на кухне.

— Хорошо сказано, Чертенок, — кивнул я, и мы обнялись.

Ей всегда удавались шутки про людей.