Хозяйка Северных гор 2 - Адель Хайд

На его странную фразу ответила общими словами, что очень рада прибыть в столицу и быть представленной ко двору.

Но архиепископ не желал поддерживать светский разговор. Он спросил, какие у меня планы, на что я сказала, что собираюсь заняться делами. Естественно, я не стала ему ничего говорить про то, что мы с графом собираемся передать прошение в Рим, чтобы обойти его решение.

Но архиепископ был необычным человеком, потому как он сам задал вопрос на интересующую нас тему:

— Леди Маргарет, вы же поняли, что это я не дал разрешения на ваш с графом Честером отложенный брак?

Я взглянула на графа.

Граф Честер сам ответил архиепископу:

— Я рассказал об этом леди Маргарет, — и, видимо, пользуясь случаем, тоже задал прямой вопрос: — Ваше Святейшество, мы так и не поняли, почему вы так поступили?

На что архиепископ, холодно улыбнувшись, сказал:

— Думаю, что вы всё поняли, сын мой.

После чего молча покинул нас с графом.

Граф пообещал мне рассказать в подробностях свои умозаключения, когда мы будем там, где нас точно никто не сможет подслушать.

А вскоре за мной пришла фрейлина королевы, и графу пришлось отпустить меня одну, потому что его не пригласили.

Королева отдыхала перед танцами в одной из гостиных дворца, окружённая фрейлинами. Здесь не было мужчин, зато здесь была леди Лизбет, что сразу придало мне уверенности.

Конечно, я сегодня была как слон на ярмарке, на которого все хотели посмотреть. У меня создалось впечатление, что большинство дам теперь представляли Уэльс и конкретно моё графство как страну чудес, где на деревьях растут зеркала, а в ручьях лежат необычные украшения, которые делают какие-нибудь фейри. Я терпеливо отвечала на вопросы, пока не прозвучал вопрос от леди Ребекки. Мне показалось, что леди очень боялась лишиться своего авторитетного положения главной подружки королевы.

— А это правда, леди Маргарет, что вы всю зиму прожили в замке, где вас окружали только мужчины?

Вопрос был провокационный и мог втянуть меня в ненужные оправдания. Хорошо, что есть три способа не отвечать на вопросы, и я не преминула воспользоваться одним из них. Тем, которым обычно пользуются политики:

— Леди Ребекка, спасибо вам большое. Вы мне напомнили о том, что я совсем забыла вам показать.

И с этими словами я вытащила из сумочки, пошитой под цвет платья и крепящейся к его поясу, маленькое зеркальце. Таких мы много сделали из не получившихся кусков стекла.

— Дамы, вот такие небольшие зеркала я прикажу завтра привезти во дворец, и вам всем вручат в качестве подарка.

Моё зеркальце пошло по рукам, леди в него заглядывали, и никто и не вспомнил, о чём леди Ребекка меня спросила. Но, когда мы все выходили из комнаты, я заметила, что взгляд, который она бросила в мою сторону, не был добрым. Тем более что королева, шествующая первой, пригласила меня идти с ней рядом.

По пути в основной зал, где уже весело плясало пламя свечей и музыканты настраивали свои инструменты, королева взяла с меня слово, что сначала я все подарки покажу ей.

Мой первый в жизни королевский приём состоялся. Очень жаль, что в этот день у нас с Джоном не получилось посмотреть те дома, которые он подобрал, потому что приём закончился глубокой ночью.

С графом мы попрощались до утра, я не собиралась откладывать выбор дома.

Когда я вместе с лордом и леди Фармонт приехала в их дом, я была совершенно без ног и вся вспотевшая после танцев. Хотя они все были медленные и размеренные, но я не пропустила ни одного. Спасибо леди Ярон, которая зимой занималась моим обучением.

Мэри мне принесла горячей воды и несколько полотенец. А я подумала с горечью: «Вот оно, Средневековье! Где мой прекрасный замок с импровизированной ванной, сделанной из большого корыта? Я бы даже не жаловалась на размер». Здесь, в столице, мне пришлось обтираться влажными полотенцами. Это, конечно, было лучше, чем ничего. Поэтому я, смирившись с действительностью, освежилась и легла спать.

А ночью мне приснился сон, что я в свадебном платье иду по огромному храму к стоящему возле алтаря Джону. Он стоял спиной, и когда я подошла и тронула его за плечо, то в обернувшемся мужчине вдруг проступили черты архиепископа Кентерберийского. И он стоял напротив меня и смеялся.

Я проснулась, судя по серым утренним сумеркам за окном, очень рано, но уснуть больше не смогла. Думала про странный сон, но решила, что это от усталости и от того, что весь вечер, до самых танцев, меня преследовал пристальный взгляд архиепископа.

Глава 4

А на следующий день за мной заехал граф и мы поехали смотреть дома. Хорошо, что все они располагались в центральной части Дувра. Совсем не хотелось снова выезжать на окраины и видеть грязь, и дышать воздухом, в котором летают миазмы от разлагающихся помоев. Подумала о том, что надо бы сделать предложение, как можно организовать специальную службу по вывозу этого мусора.

Решила предварительно посоветоваться с графом, будет ли возможным наложить определённые затраты на тех, кому принадлежит земля. Мне казалось, что в обществе, где есть резкое разделение на богатых и бедных, на тех, кто владеет землёй и имеет средства, можно переложить значительную часть расходов, связанных с обслуживанием мест проживания тех, кто этих средств не имеет.

Я надеялась, что за такие мои размышления меня не сожгут на костре.

Первый дом куда мы приехали, мне совершенно не понравился. Он был очень большой. Конечно, этот дом располагался очень близко к королевскому дворцу, до него можно было дойти пешком, но у дома практически не было территории. Небольшой двор за воротами и небольшой палисадник за домом.

Второй дом был интереснее, но он располагался прямо напротив дома графа, и это меня тоже смутило, потому что я помнила то, что леди Лизбет мне сказала про сына графа Честера. А жить практически дверь в дверь с молодым человеком, который в отсутствии отца неизвестно что будет творить в своём доме, я не хотела.

Оставался третий, последний из подобранных, и я надеялась, что он мне подойдёт. Когда мы подъезжали граф сказал, что в случае чего он сможет поискать ещё варианты, потому что с этим домом не совсем обычная ситуация.

Оказалось, что этот дом принадлежал семье графа Моро. К сожалению, сам граф и все наследники графа по разным причинам либо