Где Ангел не решится сделать шаг - Джеймс Сваллоу

Огонь тяжелого оружия сосредоточился на медных башнях и стенах часовен сопереживания, лишая нефилимов системы убежищ и вынуждая атаковать в лоб. На юге, где Хорус провел свою ложную атаку, ход битвы изменился. Лунные Волки сначала окопались, препятствуя любой попытке ксеносов продвинуться или отступить, а потом перешли в наступление. Растянувшись широкой дугой, линия солдат Хоруса принудила разноцветных гигантов к отступлению, тесня их на клинки и болтеры Кровавых Ангелов. С жестокой неотвратимостью ловушка, разработанная сынами Императора на борту «Духа мщения», захлопнулась, как капкан. С каждой минутой космодесантники оставляли чужакам все меньше и меньше пространства для маневра. Многие из новообращенных нефилимов начали сдаваться, крича от боли, когда с их лица сдирали сросшуюся массу. Те же, кто зашел слишком далеко на пути поклонения, отдали жизни за своих хозяев в тщетной попытке замедлить продвижение космодесантников.

У Сангвиния не было жалости к этим глупцам. Они позволили соблазнить себя сладкими речами, позволили себе руководствоваться страхами, а не надеждой. И в еще большей степени примарх разгневался на самих нефилимов.

Легионеры в багровых доспехах и их золотой полководец обратили ярость против гигантов. Обманчивая музыка странных песен чужаков превратилась в атональную гамму панических визгов, прерываемых агрессивным рычанием. Пронзая клубы дыма от горящих внешних укреплений лагеря, над головой пронеслись эскадроны «Лендспидеров» Хоруса и накрыли фалангу синекожих залпами гравитационных пушек и мультимельт.

Боевой клич Галана привлек внимание примарха, и он взглянул на капитана. На лице воина было столько свирепости и решимости, что Сангвиний испытал прилив гордости от того, что сражается рядом со своими сыновьями. Рожденные на Ваале и Терре легионеры, объединенные много лет назад самим Ангелом под алым знаменем, были его острейшими клинками и умами. В битве они не имели себе равных, и на мгновенье примарх позволил себе испытать чистое, дикое удовольствие от сражения. Они несомненно победят.

Враг, чья мерзость была бесспорна, пребывал в замешательстве. Шла праведная битва, победа Империума в которой так же неизбежна, как и восход солнца Мельхиора. Сангвиний и Хорус одержат победу в этот день, а утраченный мир снова будет возвращен. Это будет сделано боевыми братьями и братьями по крови, примархами и легионерами. Ангел ощутит вкус победы на своих губах, сладкий и темный, как доброе вино.

И там, на сияющих песках Мельхиора, нефилимы будут истреблены.

После битвы освобожденных рабов изолировали от оставшихся в живых неофитов из опасения, что инстинкт толпы и жажда мести выльются в убийства. Хорус взялся за это дело, недвусмысленно дав понять претендентам на лидерство среди освобожденных, что все ренегаты будут преданы суду, но это будет имперский суд, справедливый, истинный и опирающийся на букву закона.

Тем временем под надзором солдат из бригад Имперской Армии, которые прибыли для поддержки легионов, пленники-неофиты были отправлены на изнурительные работы. Часть их них относили мертвых нефилимов к огромным погребальным кострам в пустыне и сжигали тела чужих, которым поклонялись. Другим приходилось разрушать медные молитвенные башни, которые они заставили построить своих товарищей несколькими днями ранее.

Сангвиний стоял на вершине невысокого холма из гладкого камня и смотрел, как солнце клонится к далекому горизонту. Его крылья были сложены, а кровь ксеносов, забрызгавшая его во время битвы, смыта с доспеха. Он кивнул. Мельхиор был спасен, победа одержана. Его мысли уже неслись к следующей битве, следующему миру, нуждающемуся в просвещении.

На губах появилась улыбка, когда Ангел почувствовал приближение брата, но он не повернулся к Хорусу.

— Меня очень волнует один вопрос, — сказал Сангвиний с преувеличенной серьезностью.

— О-о? — Повелитель Лунных Волков остановился рядом с ним. — Звучит тревожно.

Ни один из них не обратил внимания, но прямо под ними в неглубокой лощине множество обычных людей — солдат и пленных, и даже легионеры Астартес, застыли, обратив лица вверх. Даже один примарх представлял собой внушительное зрелище, а двое генетически созданных сверхлюдей и подавно станут событием, которое многие из них запомнят на всю жизнь. По многим причинам.

— Чем я могу помочь, брат? — продолжил Хорус, изображая серьезность.

Ангел взглянул на него.

— Если бы серый выполнил твою просьбу, если бы он освободил рабов… Скажи мне, ты бы на самом деле отпустил ксеносов?

Хорус кивнул, словно ответ был очевиден.

— Я человек слова. Я бы позволил им покинуть поверхность планеты, выйти на орбиту… — Он задрал голову. — Но когда они встретили бы там твои корабли, ну… — Хорус слегка пожал плечами, огромные наплечники боевого доспеха усилили эффект движения. — Ты ведь никогда не был таким же обходительным, как я.

Улыбка превратилась в смешок. Сангвиний насмешливо поклонился.

— Это точно. Я должен довольствоваться тем, чтобы быть просто лучшим воином.

— Не вынуждай меня ощипывать эти крылья, — парировал Хорус.

— Даже не думай! — воскликнул Сангвиний. — Без них я буду всего лишь красавчиком вроде тебя.

— Это было бы ужасно, — согласился примарх Лунных Волков.

Шутки закончились, и беседа двух братьев перетекла в совещание генералов-союзников.

— Какие корабли ты решил оставить для приведения к Согласию?

Хорус потер подбородок.

— Думаю, «Меч Аргуса» и «Багровый призрак». Отряды Армии с этих кораблей разместятся здесь и удостоверятся, что культ нефилимов мертв и погребен. Если все пойдет хорошо, они присоединятся к моему экспедиционному флоту через несколько месяцев.

Крылатый примарх взглянул на небо.

— Боюсь, мы видим их не в последний раз.

— Хан сейчас разыскивает их родной мир. Он закончит то, что мы сегодня начали здесь.

— Я на это надеюсь. Технология, которой пользовались ксеносы, легкость, с которой они проникли в разумы гражданских… Это тревожит. Мы не можем позволить распространяться этой заразе, — Сангвиний оглянулся на брата. — Итак, куда ты теперь?

— В сектор Улланор. Дюжина систем замолчала, от Новой Митамы до самого Налкари. Подозреваю очередное вторжение ксеносов.

— Орки?

— Возможно. Я могу воспользоваться твоей помощью, брат?

Сангвиний снова улыбнулся.

— Сомневаюсь в этом. И я не смог бы оказать ее, даже если бы захотел. Мои астропаты уже не первый день встревожены, передавая сообщения от наших скаутов в Персее Нуль. Мне доложили, что там крайне необходимо Согласие.

— Великий план отца… Он нечасто предоставляет нам шанс сражаться вместе, — заметил Хорус. Его брату послышалась нотка сожаления в словах. — Сколько славы мы разделили в этот день? Недостаточно.

— Согласен.