Темные объятия - Шеррилин Кеньон

Тейлон еле слышно выругался. Любые отрицательные эмоции высасывали из него энергию вот еще одна причина держать свои чувства в узде.

Сильные переживания для него смертельно опасны — по многим причинам.

Медленно, с трудом, Тейлон поднялся на ноги — и увидел, как даймоны стремглав улепётывают

по другой аллее. Что ж, тут уже ничего не поделаешь. В таком состоянии он их не догонит. А если и догонит — что ему с ними делать? Разве что напоить своей кровью?

Как известно, кровь Темного Охотника для даймонов ядовита...

Черт! Таких неудач с ним давно не случалось!

Тейлон заскрипел зубами — снова накатила волна головокружения.

Женщина, которую он спас, бежала к нему. Глядя на ее растерянное лицо, он понял, что она не знает, как ему помочь.

Теперь он мог разглядеть ее как следует — и поразился изяществу черт точеного лица. Ее карие глаза светились умом и энергией. Она напомнила ему Морриган — богиню войны и воронов, которой он посвятил свой меч и поклялся в верности много столетий назад, когда еще был человеком.

Ее длинные волосы были заплетены в косы и сложным венцом уложены вокруг головы. Одна щека испачкана — кажется, углем. Не думая, что делает, Тейлон поднял руку и стер с ее щеки черное пятнышко.

Кожа у нее оказалась удивительно нежная и теплая. От нее исходил неожиданный запах — кажется, смесь пачулей и скипидара.

Что за странное сочетание...

— Боже мой! Как вы? — воскликнула женщина.

— Нормально, — пробормотал Тейлон.

— Я вызову «скорую»! — предложила она.

— Nae! — воскликнул Тейлон на своем родном языке, предупреждающе вскинув руку. — Никакой «скорой»! — добавил он по-английски.

— Но вы ранены... — нахмурилась женщина.

— Никакой «скорой»! — глядя ей в глаза, решительно повторил Тейлон.

Женщина недоуменно нахмурилась; затем глаза ее блеснули, как будто она нашла разгадку. — Вы — нелегальный иммигрант? — спросила она шепотом.

Что ж, объяснение не хуже любого другого. Со своим древнекельтским акцентом он вполне может сойти за иностранца. Тейлон кивнул.

— Хорошо, — прошептала она, успокаивающе погладив его по плечу. — Я что-нибудь придумаю.

Тейлон попытался отойти подальше от фонаря чей свет раздражал его чувствительные глаза. Сломанная нога отчаянно болела.

Кое как он дохромал пару шагов до кирпичного здания и прислонился к стене. От этого усилия снова все поплыло перед глазами.

Черт! Ему нужно добраться до безопасного места.

Вечер только начинался, но Тейлон понимал, что опасность застрять в городе до восхода солнца велика. Раненый Темный Охотник всегда испытывает непреодолимую тягу ко сну, а засыпать вне дома для него смертельно опасно.

Он вытащил из кармана телефон, чтобы сообщить Нику Готье, что ранен, — и тут же убедился в том, что его мобильник, в отличие от него самого, не бессмертен. Собственно говоря, от телефона мало что осталось.

— Позвольте я вам помогу, — послышался рядом мелодичный голос женщины.

Тейлон поднял на нее угрюмый взгляд. Никогда еще он не принимал помощь от незнакомцев. Тейлон привык сражаться в одиночку и самостоятельно справляться со своими проблемами.

— Со мной все в порядке, — проговорил он. — А вам лучше...

— Я вас не брошу! — заявила она. — Ведь это из-за меня вас ранили!

На споры у Тейлона не было сил. Он молча повернулся и пошел прочь. Точнее, попытался уйти.

Не успел он сделать нескольких шагов, как мир снова поплыл перед глазами.

А затем на него обрушилась тьма.

Саншайн едва успела подхватить незнакомца, прежде чем он рухнул без чувств. Застонав под тяжестью его тела, она все же каким-то чудом сумела удержать его от падения.

И аккуратно, как только могла, уложила на тротуар.

Да, аккуратно,как только могла! А. учитывая габариты мужчины и его немалый вес, могла она не слишком много.

Откровенно говоря, ее спаситель рухнул на тротуар, как куль с мукой, звучно ударившись головой о бордюр.

— Ох, извините ради бога! — пробормотала Саншайн, выпрямляясь. — Надеюсь, я не устроила вам сотрясение мозга...

Не хватало еще, пытаясь помочь, вместо этого окончательно его угробить!

Ладно. А теперь — что же с ним делать?

Здоровенный байкер-нелегал, затянутый в черную кожу, похоже, вырубился основательно и надолго. Нельзя бросать его на улице без присмотра. Что, если вернется та странная компания? Или просто какие-нибудь наркоманы захотят пошарить у него в карманах?

Это Новый Орлеан — на его ночных улицах и со вполне здоровым человеком может приключиться все, что угодно.

А уж с тем, кто валяется посреди улицы без сознания...

Страшно подумать, что могут с ним сделать какие-нибудь злые люди. Значит, оставлять его здесь нельзя.

Но в тот миг, когда Саншайн уже совершенно растерялась и готова была запаниковать, она услышала, как кто-то окликает ее по имени.

Оглянувшись, Саншайн увидела, что к обочине подъезжает старенький синий «додж рэм» Уэйна Сантаны. Сам Уэйн выглядывал из окна. Ему было всего тридцать три, но его красивое лицо с грубоватыми чертами выглядело намного старше, а черные волосы уже густо посеребрила седина.

Увидев его, Саншайн вздохнула с облегчением.

Уэйн опустил окно и высунулся наружу.

— Эй, Саншайн, что у тебя тут?

— Уэйн, как хорошо, что ты здесь оказался! Пожалуйста, помоги мне затащить этого парня в машину.

Уэйн скептически поднял брови.

— Он пьян?

— Нет, ранен.

— Тогда вызови «скорую».

— Не могу. — Она бросила на него умоляющий взгляд. — Прошу тебя, Уэйн! Мне нужно отвезти его к себе.

— Он твой приятель? — с еще большим сомнением поинтересовался Уэйн.

— М-м... в общем-то, нет. Мы просто... ну... столкнулись здесь.

— Тогда не трогай его. Пусть сам выкручивается как знает. Не хватало тебе еще одной истории с байкером!

— Уэйн!

— Саншайн, а если он бандит?

— Как ты можешь так говорить?!

Семнадцать лет назад Уэйн попал в тюрьму за убийство по неосторожности. Отсидев свой срок, вышел и попытался устроиться на работу. Но никто не хотел брать к себе бывшего заключенного. Без денег, без жилья, без надежды на будущее, Уэйн уже готов был совершить новое преступление, чтобы вновь отправиться в тюрьму, — там, по крайней мере, кормят... Но решил попробовать в последний раз — и пришел наниматься в клуб, принадлежащий семье Саншайн.