Изумительная Страна Снергов - Вероника Коссантели

Пип и Флора домчались до высоких железных ворот приюта. Там они и остановились – разгорячённые, запыхавшиеся после бегства со скалы, но, во всяком случае, от гнева Капитана их отделяло уже безопасное расстояние.

– Если мы войдём, – сказал Пип, – нас заставят разгребать курятник или чистить миллион картошек для Поварихи. Затем придёт Капитан и пожалуется на нас, после чего мы попадём в настоящую беду.

Казалось, прекрасный летний день пошёл насмарку…

«Смотри. Там, наверху».

Флора уставилась на ветви старого грушевого дерева. Они протянулись над стеной приютского сада, и на них, прямо над головами детей, висели зелёно-золотые сокровища. Потребовалось меньше времени, чем произнести: «Лазание по деревьям абсолютно против правил; оно приводит к ссадинам, шишкам и переломам костей», – и Пип был уже наверху.

Он начал срывать груши и бросать вниз, а Флора принялась ловить их в свой передник, и тут из-за угла, грохоча, выехала чёрная машина.

Автомобили – редкое зрелище в «Солнечной бухте». У этого авто были большие колёса, длинный капот и высокая крыша, а двигалось оно странными рывками, словно водитель никогда ранее не сидел за рулём.

Дети в изумлении смотрели, как машина выписывает зигзаги на дороге. Затем она ринулась прямо на них.

– Флора! Берегись! – заорал Пип.

Флора уже прижалась спиной к стене. Машина промчалась мимо детей и мёртво встала посреди дороги.

– Назад! – приказал женский голос. – Сделай так, чтобы она поехала назад!

Раздались лязг, скрежет, бряцание, машина покачалась из стороны в сторону, затем ползком двинулась в обратном направлении, пока её заднее окно не поравнялось с детьми.

– Стоп. Немедленно стоп! – потребовал голос.

Машина затряслась и остановилась. Пип, обдирая локти и колени, сполз со стены и встал рядом с Флорой.

Водитель, показавшийся им необыкновенно высоким, сидел сгорбившись за рулевым колесом. Его шофёрская фуражка была надвинута на самые глаза; дети только и увидели что тощую, словно индюшачью шею и затылок, который был покрыт пятнистыми пучками волос, напоминавшими плесень на забытой картофелине. Из окошка задней двери высунулась рука в лиловой перчатке и поманила детей.

– Должно быть, сегодня у меня удачный день. – Голос теперь был сладкий, липко сладкий, словно сахарная вата. Лицо обладательницы голоса скрывалось под широкими полями элегантной лиловой шляпы. На плечи ниспадали локоны ежевично-чёрных волос. Платье было пурпурное, цвета спелой сливы. – Дорогие детки, подойдите поближе.

– Зачем? – спросил Пип, не сходя с места. – Чего ради?

– Ради засахаренных фиалок. – Женщина протянула плоскую коробочку, в которой лежали аккуратные ряды маленьких пурпурных леденцов. Она сунула одну конфетку себе в рот. – Просто тают во рту, знаете ли… та-акие вкусные…

Флора сделала шаг вперёд – из-за своих длинных ног она всегда испытывала чувство голода. Перед тем как попасть в «Солнечную бухту», она никуда и никогда не ходила без своей гувернантки, и никто не удосужился объяснить ей, что нельзя брать конфеты от незнакомых людей.

Пип удержал Флору. Если даже он и родился бесхитростным ребёнком, жизнь в цирке выбила из него всякую доверчивость.

– У нас есть груши, – объявил он.

– Бедный мальчик, от них у вас ужасно заболят животы, – жалостливо сказала дама. – Эти груши незрелые. Разве вы не хотите быть моими друзьями? Скажите, это ведь «Солнечная бухта», Дом для ненужных и нечаянно безродных детей? Я проделала очень долгий путь, чтобы найти грустного, лишённого матери ребёнка, которого я смогла бы назвать своим и кормить сладостями.

– Они все ушли, – проинформировал Пип даму. – Остались только мы. Вам придётся вернуться в какой-нибудь другой день.

– Но, может быть, вы как раз и есть те, кого я ищу! – воскликнула дама. – Бедное дитя! – Поля шляпы наклонились в сторону Флоры. – Невыносимо даже думать о том, что ты заперта в этом ужасном месте! Наверное, к вам здесь очень недобры. Уверена, тут всё очень мрачно и убого, и ужасно много всяких скучных правил. Только представьте, если вы будете жить со мной, там вообще не будет никаких правил. Вы сможете делать всё что захотите… с утра и до вечера… изо дня в день.

Дети колебались. От дамы исходил запах такой же сладкий, как и её голос; он шёл в ноздри и проникал оттуда в самый мозг.