Эльминстер. Рождение мага - Эд Гринвуд

Опустившись на колени, дрожащими руками Эл поднял то, что осталось от Меча Льва: наполовину оплавленная рукоять с небольшим обломком самого клинка – все остальное сгорело, как и большая часть великолепной позолоты. Голубые магические руны больше не оплетали клинок. С теплотой прижал Эл рукоять к груди, и мир задрожал вокруг него.

Долго текли слезы из его невидящих глаз, а он все стоял на коленях посреди улицы. Пепел покрывал пожарища вокруг, а безучастное солнце продолжало свой путь по небу. Наверное, в какой-то момент Эл потерял сознание, потому что очнулся он от холода мостовой, которой касалась его щека.

Сумрак ночи, подкрадывавшейся со стороны Высокого Леса, уже совсем накрыл останки Хелдона. Придя в себя, Эльминстер неуклюже нащупал рукоять меча, в окоченевших пальцах немного покалывало. Юноша медленно поднялся на ноги и в последний раз поглядел на останки отчего дома. Где-то поблизости завыл волк, ему ответил другой. Эльминстер взглянул на обломок меча в руке и вздрогнул. Какая теперь от него польза? Надо уходить, пока волки не вышли на охоту.

Он медленно поднял обломок Меча Льва к небу. Последний луч заходящего солнца коснулся клинка и угас. Не отрывая взгляда от рукояти, Эльминстер негромко произнес:

– Я обязательно убью этого чародея и отомщу за вас всех или умру. Слышите меня... мама, отец. Я клянусь.

В ответ ему раздался волчий вой. Эльминстер, оскалившись, взмахнул в его сторону обломком меча и побежал обратно к дальнему лугу.

Над угасающими пожарищами Хелдона, заливая руины мертвенно-бледным светом, взошла безмятежная Селуна. Эльминстер не оглянулся.

* * *

Эльминстер лежал неподвижно в душной темноте пещеры, где он еще совсем маленьким мальчишкой не раз играл в прятки, вслушиваясь в разбудившие его звуки. Пальцы нащупали холодный обломок Меча Льва. Разговаривали совсем близко.

– На облаву не похоже... ни одного мечника, – раздался рядом угрюмый голос. Затаив дыхание, Эльминстер изо всех сил вглядывался в темноту.

– А то все эти дома загорелись сами по себе, – насмешливо ответил ему другой мужской голос. – А остальные рухнули, потому что устали стоять, да?

– Ладно, Беллард, хватит. Ты же видел, что в деревне одни покойники, но люди умирали не от меча или стрел. Пусть там волки попортили, но тела-то не обобраны. На руке одной мертвой женщины я нашел золотое кольцо, которое сияло так, что было видно с другого конца улицы.

– И что же это такое, что убивает огнем, а дома давит в лепешку?

– Дракон, – ответил еще один голос, более тихий и угрюмый.

– Дракон? И мы его не видели, да? – подхватил насмешливый голос.

– На Делимбире всякое бывает, чего ты, Беллард, может, и не видел. А что другое ты можешь предложить? Чародей? Ну, может... но чтобы у колдуна хватило сил спалить всю деревню, и стога, и землю, да так, чтобы от домов даже камня на камне не осталось? – После небольшой паузы голос продолжил: – Ну, чего молчишь-то? Коли можешь придумать другое, так скажи. Так вот, ежели ты хоть чуток кумекаешь, лучше пойдем-ка с рассветом и оберем голубчиков, пока нас с неба не видать, а там рванем в лес, от греха подальше.

– Вот еще! С рассветом... Я тут буду сидеть и ждать, как немощная старуха, а тем временем другие соберут все монеты и добро, а мне только и останется, что с волками за трупы воевать?

– Ну иди, иди, Беллард. А я лучше здесь посижу.

– Ага, с овцами.

– А почему бы и нет? Овцу хоть можно забить. Поджаришь да съешь! А так что есть-то будешь? Мертвичинку, что ли? Или ты собираешься всю жизнь любоваться на этих овец и бегать за ними по горам? Делать больше нечего, что ли?

Кто-то фыркнул и грубо захохотал.

– Хелм, как всегда, прав, Беллард. Пошли в деревню. А он нам чего-нибудь к ночи сварганит. Разумеется, если ты будешь с ним чуток полюбезнее, а то у тебя язык что бритва: уж как резанешь, так резанешь.

Угрюмый голос ответил:

– Обещать не обещаю. Но, по-моему, если какую животину на костре жарить, мяса-то получается не так уж и много. Так вы там посмотрите: если котел попадется, но чтоб большой и годный, так сюда его давайте, слышите? Тогда сразу можно столько еды готовить – на всех хватит.

– Да и тебе забот будет поменьше, а?

– И это тоже. Так помните про котел.

– Вот еще, была охота тащить на себе такую махину, – проворчал Беллард, – особливо если разживемся монетой или хорошим клинком.

– Эх ты, голова в шлеме... тащи добычу в котле, неужто самому не догадаться? Да и нести удобнее, а что?

Вокруг одобрительно засмеялись.

– Как он тебя, Беллард.

– В который раз.

– Кто со мной, пошли.

Под ногами уходящих зашуршали мелкие камешки у входа в пещеру, затем все стихло.

Эльминстер немного подождал, прислушиваясь, но только ветер шумел в деревьях. Наверное, все ушли. Он медленно поднялся и, потянувшись, чтобы размять затекшие руки и ноги, стал осторожно пробираться в темноте к выходу. Еще один каменный выступ... и его груди легко коснулось острие меча, преградившего путь.

– А ты, парень, кто такой? Наверное, убежал из той деревни внизу?

На человеке, державшем меч, были порядком потрепанные кожаные доспехи с порыжевшими от времени рыцарскими перчатками и поцарапанный, с вмятинами, шлем, из-под которого виднелась густая, похожая на обрубок борода. Оказавшись так близко от него, Эльминстер почувствовал запах давно немытого тела, перемешанный с дымом костра, вонью кожаных доспехов и прогорклого масла.

– Это мои овцы, Хелм, – спокойно сказал Эльминстер, – не трогай их.

– Твои? А для кого теперь тебе пасти их? В деревне же никого не осталось.

Эльминстер встретил спокойный взгляд человека с мечом и почувствовал себя неловко, когда слезы снова навернулись на глаза. Вытирая их, он отпрыгнул назад и выхватил из-за пазухи Меч Льва.

Поглядев на него с какой-то жалостью, человек сказал:

– Ладно, парень, оставь. Я не собираюсь драться с тобой, даже если бы у тебя был настоящий меч. Ты наверняка оттуда, – он мотнул головой в сторону деревни, но взгляда от Эльминстера не отвел, – из этого, как его, Хелдона?

– Оттуда. – Голос Эльминстера предательски не слушался.

– И куда ты теперь? Эльминстер пожал плечами.

– Хотел остаться здесь, – с горечью ответил он, – а ел бы мясо овец.

Глаза Хелма невозмутимо встретили молодой дерзкий взгляд.

– Ну, не всегда все получается так, как хочется. Оставить тебе овцу, чтобы было с чего начать?

При этих словах негодование захлестнуло Эльминстера.

– Вор! – огрызнулся он, отступая назад. – Вор! Человек пожал плечами: