Монстр - Лена Обухова

Ведь, кроме Нелл, у него больше никого не осталось.

Ему казалось, что все это уже было. Точнее, он знал наверняка, что было: он вновь отправил несвежую рубашку в стирку и занялся приготовлением завтрака. Было по-прежнему еще очень рано, но что-то подсказывало Маркусу, что Нелл не проспит долго.

Так и вышло. Он не успел дожарить омлет с кусочками мяса и тертым сыром, когда услышал за спиной ее хриплый со сна голос:

– Дай угадаю: твоя рубашка снова в стирке?

Маркус обернулся через плечо, ловя ее смущенный взгляд, которым она скользила по нему сверху вниз и обратно. Криво улыбнулся. Как и в прошлый раз, она стояла на пороге, прислонившись плечом к косяку. Зябко куталась в какую-то кофту. Маркус испытал укол совести: он не подумал накрыть ее чем-нибудь. В квартире было довольно тепло, но только до того момента, пока он не решил «проветрить» кухню.

– Что я могу сказать? Я люблю чистые рубашки. Надеюсь, ты проголодалась. Садись, сейчас все будет готово.

Она послушно села за стол, терпеливо дожидаясь, пока он разложит омлет по тарелкам и разольет по чашкам свежий кофе.

– Знаешь, я ведь могу к этому привыкнуть, – заметила Нелл, когда Маркус сел напротив. – К завтраку в твоем исполнении.

Он бросил на нее быстрый взгляд, снова вспоминая слова Лины, но тут же опустил его в тарелку, делая вид, что очень занят ее содержимым.

– Быть может, в этом и заключается мой коварный план?

Какое-то время они молча жевали, пока ее взгляд снова не зацепился за витиеватый рисунок у него на плече.

– Откуда у тебя эта татуировка?

– Осталась на память об армии, – ответил Маркус, не отвлекаясь от еды.

Нелл удивленно вздернула брови.

– Но ведь у тебя теперь другое тело. Едва ли она передалась с кровью.

Он замер, осознав свою оплошность, бросил на нее недовольный взгляд исподлобья.

– Конечно, нет, – едким тоном согласился Маркус. – Фрост набил себе такую татуировку, когда служил. За долгие годы он привык к ней, как к естественному рисунку на коже. Когда Рантор создала меня, я через некоторое время понял, что мне ее не хватает. Мне было крайне некомфортно. В определенный момент она позволила мне набить точно такую же. В обмен на мое содействие в ряде экспериментов.

Уточнять, что это были за эксперименты, он не стал, это только испортило бы им обоим аппетит. Маркус надеялся, что Нелл на этом оставит тему, но она, помолчав, спросила:

– Почему ты… то есть… Почему он ушел из армии?

Маркус медленно отложил вилку и поднял на нее хмурый взгляд. Он знал, что его прототип всегда избегал говорить с коллегами на эту тему, скрывал причины ухода. Наверное, ему стоило поступить так же. Но что-то не позволило. Как будто после вчерашнего что-то неуловимо изменилось между ними.

Может быть, Нелл давно пора узнать эту неприглядную правду о своем прекрасном прежнем шефе?

Маркус сцепил руки в замок и положил на них подбородок, неотрывно глядя ей в глаза.

– Ты знаешь, что его последняя командировка проходила в землях каори?

Нелл кивнула.

– На тот момент их уже лет пятнадцать, как начали присоединять, но некоторые продолжали сопротивляться. Не желали отказываться от прежней жизни.

– Той, в которой ими руководили шаманы?

– Именно. Дарконская Федерация многое сделала для этих земель. Построила школы, больницы, дороги, теплые дома вместо убогих хижин, но взамен потребовала отказаться от прежних убеждений. А убеждения, порой, людям дороже комфорта. Шаманы от власти тоже так просто отказываться не собирались. Поэтому столкновения продолжались бесконечно. Шаманов хватали, высылали, они возвращались и продолжали вести партизанскую войну. В конце концов военное руководство Федерации приняло решение уничтожать шаманов. В ответ местное население стало укрывать их вдвое старательнее.

Он замолчал, отворачиваясь к окну. Это были не его воспоминания, но они будили его эмоции. И пусть эти эмоции отличались о того, что испытывал настоящий Маркус, они все равно были достаточно неприятными.

– Однажды его подразделение «усмиряло» одну такую деревню. Шаманы оказывали сопротивление, было много крови. Их перебили, всех до одного, но погибло много солдат Федерации. И командиры решили, что каори надо кое-что объяснить. Обычно если гражданские не вмешивались в столкновение армии и шаманов, их не трогали. Но в тот раз командиры велели согнать на плешку в центре деревни всех жителей. Всех. Мужчин, женщин, стариков, детей. Это была показательная карательная акция, чтобы другим стало неповадно. Их всех убили. И твой Маркус был одним из тех, кому велели стрелять. Приказ он выполнил, но справиться с этим так и не смог. Подал рапорт, через пару месяцев был уволен. Но чувство вины и отвращения к самому себе преследовало его до… как минимум до тех пор, как я его помню.