Где рождается свет - Лия Альман

— Марга, — прошептала Диана.

Бруно протянул руку, словно хотел коснуться, но не смел. Их лица светились радостью.

— Я вижу, ты наконец нашел свою судьбу? — улыбнулась дева мужчине и перевела взгляд, — Здравствуй, Агнесса-наследница Смерти. Рада приветствовать тебя.

Марга подошла к Диане и опустилась на колени рядом с ней.

— Прости за эту боль. В тебе моя кровь, поэтому голос воды так ранил, он боролся с амулетом. Так мы выиграли тебе немного времени.

— Марга, милая, что мне делать? Я уже ничего не понимаю, — взмолилась Диана.

Агнесса только и могла, что смотреть со стороны. Она оцепенела настолько, что не получалось даже говорить.

— У нас мало времени, но я все расскажу вам, — улыбнулась Марга и одарила всех янтарным взглядом. — Диана, ты не станешь новой Смертью. Об этой чести мы просим Агнессу. Она сильная духом, смелая и справедливая. Нашла свою душу, смогла добраться до Смерти, не поддалась соблазну вечной жизни и сохранила веру, даже когда ленточка перестала указывать путь.

— Но как же легенда? — вклинился Бруно.

— Смерть так много раз нарушала любые правила в угоду себе, что мы все: смертные, мертвые, слуги, водные обитатели, — мы — дети Мироздания, можем изменить легенду. Смерть была так уверена в своей власти, что даже не видела угрозы своему могуществу. Она сама, хоть и не желая того, собрала вас вместе.

— Но я не готова быть Смертью, — слабо возразила Агнесса.

— Готова. Ты ведь уже знаешь, какую самую большую ошибку допустила Смерть?

— Заточила в лесу свою душу.

— Вот видишь. — Марга подошла и погладила ее по волосам. От касаний морской девы нежно пахло цветами. — Ты поняла то, что не смог никто за многие тысячи лет. Ты готова, Агнесса. С тобой мир мертвых будет под защитой. Ты сможешь быть справедливой и к бездушным, и к Теням, и к Хранителям. Сможешь поддерживать равновесие между мирами. Возьми лучшее от ее правления и добавь свою мудрость и чуткость. Ты будешь лучшим правителем, чем бездушная.

Агнесса не знала, что сказать. Ей нравились слова Марги, но верилось в них с трудом.

— К тому же, рядом с тобой тот, кто шел к тебе половину тысячелетия. Позволь ему разделить твою ношу. Ваша любовь лишь сделает правление прекраснее и сильнее.

Бруно, смутившись, как мальчишка, обнял Агнессу и уткнулся ей в плечо.

— А я? Что будет со мной? — голос Дианы дрогнул.

— Тебе придется завершить то, что начала. Прийти к древнейшей нингё и убить ее. Пока она жива, легенда работает, и твоя душа в плену Смерти и амулета.

Диана покачала головой.

— Я слишком слаба.

— Потому что думаешь, что одна. Но это не так. Любовь Макса с тобой, даже когда его нет рядом. Она в твоей душе, в перезвоне браслетов. Твоя сила в слабости. Позволь себе быть такой.

Марга подошла к Агнессе, легонько коснулась ее лба губами и прошептала что-то на незнакомом языке. Затем ласково посмотрела на Бруно и сказала:

— Идите, у вас мало времени. Лента — ваше оружие. Она укажет верный путь и поможет справиться со Смертью. Уходите!

Бруно неуверенно дернулся, сделал несколько шагов, но тут же вернулся. Он крепко обнял Диану и пообещал:

— Я позабочусь о нем.

Диана быстро закивала, пряча слезы.

— А что, если мы видим ее в последний раз? — шепнула Агнесса.

— Она сильнее, чем думает, — ответил Бруно.

Они посмотрели на ленточку, поклонились всем и ушли быстрым шагом.

Путь лежал в полной тишине. Агнесса ужасно боялась передумать. Что, если ее решимости не хватит? Что, если цзяорены ошиблись? Что, если Марга слишком много возложила на нее?

— Ты мне даже ничего не скажешь? — нарушил тяжелое молчание Бруно.

Агнесса непонимающе посмотрела на него.

— Ты оценила? Больше половины тысячелетия. Шестьсот лет, любовь моя, — насмешливо подмигнул мужчина. — Неужели я не заслужил поцелуй самой прекрасной девушки во всех мирах?

Глупая улыбка блуждала на лице Агнессы. Она остановилась и подошла так близко, что чувствовала, как бьется сердце Бруно.

— Заслужил. За каждый день этого пути, — ответила она и утонула в горячем поцелуе любимого.

Глава 30

Едва парочка скрылась из виду, Марга изменилась в лице. Улавливалось в нем нечто прежнее, русалочье. Диана даже выдохнула с облегчением. Величавость и королевская поступь, бесспорно, шли старой знакомой, но при этом отдаляли ее, делали чужой.

— Слушай внимательно, — сурово сказала Марга и взяла Диану за плечи. — Сейчас весь потусторонний мир под угрозой. Как бы мы ни относились к Смерти, надо отдать ей должное: она создала невероятную систему. И разрушить ее будет непростительной глупостью.

— Значит, я не должна убивать нингё? — Диана была окончательно сбита с толку.

— Как раз-таки должна. — Марга помолчала и печально добавила: — Любой ценой.

— Ты пытаешься подготовить меня к тому, что я не выйду живой из этой схватки?

Марга ничего не ответила. Она отпустила Диану и отошла к воде.

— Моя человеческая жизнь не была прекрасной. А русалочья стала настоящей пыткой. Когда я отдала вам кровь, то надеялась, что найду освобождение. Так и случилось. Я попала сюда. Это не мир живых, но и не мир мертвых. Мы между мирами. Здесь нет времени, а пространство бесконечно. За время существования мира немногим было суждено попасть сюда. И я одна из них. Здесь все не так, как раньше. Я не хочу и не должна убивать. Я слежу за равновесием жизни и смерти. За их равноправием. И здесь я счастлива, как нигде и никогда.

— Почему ты попала сюда?

— Я не знаю. Только Мирозданию известно. Предполагаю, что благодаря дару слышать воду.

— Это больше не проклятье? — усмехнулась Диана.

— Нет. Здесь это дар. Он помогает следить за балансом миров.

— Поэтому ты просишь меня пойти на верную гибель? Потому что нашла свое призвание?

Марга криво усмехнулась.

— Позволь рассказать тебе одну историю. Очень старую легенду.

— Дежавю. — Диана скрестила руки перед собой, показывая, что не хочет слушать. — Когда ты в последний раз рассказывала легенду, это закончилось…

— Двадцатью годами счастья рядом с любимым, — перебила Марга. — Не так ли?

Крыть нечем. В конце концов у нее было все: любимый человек, любимая работа, любимые друзья. Диана подняла руку ладонью вверх, как бы говоря: «Ну давай, я слушаю».

— Миры живых и мертвых всегда существовали отдельно друг от друга. Но жизнь не может быть