Ярость воды - Нина Трамунтани

– Что ж, в этот раз возьму тебе газировку. Так что я, наверное, действительно зануда. Но я говорил о вытеснении, а не о том, чтобы закончить вечер над унитазом.

Скрепя сердце я сдалась.

Примерно через час я была ужасно рада газировке. Но никогда бы в этом не призналась.

Мы стояли у барной стойки, блондинка за ней шевелила губами, но я ничего не слышала, вместо этого сосредоточилась только на ощущении руки на своей руке. Время этой ночью текло как-то неравномерно, иногда минуты проносились мимо меня в один миг, а затем я снова наблюдала каждую деталь, словно в замедленной съемке. В данный момент задняя часть бара расплывалась у меня перед глазами, только молодого человека рядом я воспринимала все отчетливее.

– Для чего-то же должна сгодиться эта пластиковая карта? – шепнул мне Уилл.

Он задумчиво повертел между пальцами черную кредитку, прежде чем подать ее официантке.

Я хихикнула.

В следующее мгновение он энергично потянул меня за руку.

– Ты сегодня ни о чем не должна беспокоиться. И если у меня есть неограниченный запас денег на твои нужды, никто не сможет упрекнуть нас в том, что мы им пользуемся, не так ли?

Уголки рта уже болели. Шагнув к Уиллу, я тут же ощутила его тепло. Веки задрожали, но я заставила себя не опускать их.

– Спасибо за сегодняшний день, – едва слышно прошептала я.

Его улыбка оказалась прямо перед моими глазами. Уилл отпустил мою руку, и теперь его ладонь блуждала вдоль моего бедра, задерживаясь на талии. Брызги искр разлетались от его прикосновения, освещая ступеньки лестницы перед нами.

Когда мы оказались наверху, меня охватило приятное головокружение.

– Пожалуйста, чудо-девочка. Хотя на самом деле я ничего не делал.

– Ты был так… – Я остановилась на мгновение, и мои пальцы, не сдержавшись, нашли путь к его лицу. – Когда я смотрю на тебя, почти забываю, что на самом деле мне должно быть паршиво…

Он тяжело сглотнул. Я встала на цыпочки. Его ресницы были так близко, что я могла бы их пересчитать.

Все происходило не так, как с Нийолом. Наш с Уиллом зрительный контакт меня не пугал. В то время, как при парне Софии он всегда означал опасность, теперь я чувствовала, как мое тело растворяется в ослепительном дыму и сгорает вместе со всеми переживаниями.

Уилл смотрел на меня не так, как Нийол. Не было ни желания, ни даже намека на улыбку, когда он понял, что я позволю ему поцеловать себя. Нет, Уильям Лоу смотрел на меня с такой беспомощностью, что у меня на глаза навернулись слезы.

Как выразилась Эвелин?

Он смотрит на меня так, будто без раздумий бросится ради меня под автобус.

Или я просто пьяна. Такой вариант тоже не исключался. Его взгляд скользнул в сторону от меня.

– Давай сходим потанцевать, – услышала я свой голос. – Ты же наверняка знаешь клуб где-нибудь неподалеку.

Его улыбка выглядела напряженной.

– Мы должны вернуться. Нерон уже оставил мне несколько сообщений.

Нерон, Нерон, Нерон. Этот тип заставил моих родителей отвернуться от меня и отправил меня на собственные похороны. Почему мы делаем то, что требует этот маньяк?

И снова время размывало, рвало меня в своем безжалостном потоке, пока мы не оказались перед машиной и я не прислонилась к пассажирской двери. Я видела световые точки, пугающие тени и эти несравненные глаза цвета полуночи. Светлые пряди и сжатые губы.

Что-то внутри меня требовало освобождения, поэтому я наклонила голову, стараясь полностью сосредоточиться на очертаниях Уилла.

– Знаешь, я бы позволила тебе поцеловать себя.

Все эмоции с его лица улетучились. Я держалась за дверцу машины и надеялась, что время задержится здесь на несколько мгновений.

Он стоял так близко, что у меня перехватило дыхание.

– Пожалуйста, прекрати говорить нечто подобное, когда пьяна. – Я покачала головой, и краски потекли, капая со сверкающего ночного неба.

– Просто потому, что говорю это сейчас, не значит, что думаю об этом в первый раз.

Его брови сдвинулись, и мучительные линии прочертили лицо.

– Я не собираюсь целовать тебя, Киана.

Краски застыли посреди движения.

– О, – услышала я свой шепот. – Я думала, ты…

Теплый палец на моих губах заставил меня замолчать.

– Ты хоть представляешь, что это со мной сделает? – Его рука вдруг оказалась в моих волосах. – А каково это будет для тебя? В следующий раз, когда кто-то поцелует тебя, это должен быть тот, кто может дать тебе все.

– Хочешь сказать, что ничего не можешь мне дать? – пробормотала я.

– Я хочу сказать, что не буду целовать тебя, пока не будешь в здравом уме и не осознаешь важность своего решения.

Цвета снова плясали, теперь они так сильно смешались друг с другом, что погрузили все в темное золото.

– Значит, ты тоже хочешь поцеловать меня?

Улыбка, такая красивая, что соперничала с сияющей ночью, расцвела на его губах.

– Ты меня не слушала?

Я проиграла борьбу со своими тяжелыми веками, но всюду ощущала улыбку, хотя больше не видела его губ.

– Ты – причина, по которой я существую, Киа.

Это звучало не презрительно, как на кухне дома в Идоре, но и не радостно. Моя улыбка снова погасла.

– Теперь можешь поспать, – буркнул он, помогая мне забраться в машину. А потом сел в нее сам и пристегнул ремень. Краски исчезли, и я уже ничего не различала в темноте, поэтому полностью отдалась ей, позволила себе уйти в параллельный мир, где еще не все было потеряно.

Одиннадцать
Королевский

Стоило открыть глаза, и голову пронзила тысяча острых игл. Застонав, я прислонилась лбом к холодному оконному стеклу. Снаружи было слишком светло, очевидно, мы снова в Тессаректе.

– Если бы я знал, что требуется всего несколько коктейлей, чтобы вырубить тебя, мог бы сэкономить снотворное в наш первый вечер.

Я повернула голову вправо и тут же пожалела об этом. Движение лишь усилило мои страдания. Но я не возражала против Уилла на водительском сиденье рядом.

Волосы спадали ему на лоб, а глаза сильно покраснели.

Я собралась ответить что-нибудь язвительное, вроде того, что слишком рано шутить на эту тему, что еще не простила его и что он ходит по тонкому льду, но, к сожалению, в тот момент наши взгляды встретились, и память резко вернулась ко мне.