Императрица после смерти - Рина Ских

Честно говоря, меня самого удивляет поведение Ринальдо. Мы с ним друзья уже много лет. И редко когда я его видел в таком взвинченном состоянии. То, что он неравнодушен к Наследнице – видно невооруженным взглядом. Правда, не факт, что это нечто большее, чем похоть. Ведь кирсаны все сами по себе охотники. Злата же, в конце концов, так и не побывала у него в постели. Может он сам верит в то, что она ему больше, чем нравится, но вероятней всего, что после того как дело дойдетдо постели все чувства вдруг иссякнут. А Злата – не придворная дама. Она с легкостью к этому не отнесется. Мне со стороны видней – в чем-то они похожи даже, просто Злата более зажата и не выставляет свои возможности напоказ, в то время, как Ринальдо более скуп на эмоции, нежели Злата.

Я вошел в комнату фаворитки. Злата здесь так ничего менять и не стала. Все равно ведь она не считает себя фавориткой, а другим может и понравится. Ну, не буду спорить. Я ничего плохого в этой обстановке не заметил. Девушка уже шустро вызвала служанку и попросила чай. Вот именно, попросила! Никак не научится приказывать. Хотя, нет, я не прав. Сегодня она мне таким строгим голосом велела заткнуться по пути в казематы, что я от удивления и спорить перестал. Да и эта ее блажь – заменить служанку. Для меня они на одно лицо, как бы пренебрежительно это ни звучало. А что, семья у меня родовитая, даже очень – имею право. Правда, кажется, я что-то слышал об этой полуорчанке. Тягается со всеми. Или ее тягают. Да какая мне разница! Хочет Злата с ней возиться – пусть возится. Я еще раз взглянул на служанку. А в ней что-то есть. И не производит она впечатление оторвы, та же Дайяна ей даст сто очков вперед. Может, слухи лживы? Девчонка вроде ничего, жаль, что служанка.

– Ты так и будешь там стоять? Что, Айрин понравилась? – хихикнула Наследница.

Я словно отмер. Зайдя в комнату и приняв стратегически верное положение у окна, я чересчур задумался, глядя на служанку.

– Нет, ты что? Она ж прислуга, – озвучил я то, что мне старательно вдалбливалось с детства. Злату аж перекосило от моего заявления. Она сурово поджала губы и залезла с ногами в кресло, жестом приглашая меня присаживаться напротив.

– Ну, и дурак! – сказала она недовольно.

Я буквально опешил. Она-то чего завелась? И сидит вся бледная, губу почти до крови прикусила, ладонями вжалась в ручки кресла так, что ногти посинели, дышит прерывисто. Мне это совсем не нравится. Лоран говорил мне о чем-то подобном, только я не понял. Он сегодня отсутствует – поехал осматривать свои угодья. То есть, угодья Наследника в его виде. Черт, тут впору самому запутаться. Так вот, оборотень мне и оставил немного какой-то своей особой травки. Просил передать Злате, когда ей совсем плохо станет. Это уже тот момент или еще нет? И почему он ничего не сказал на нашем мини-совете, когда Злата уснула?

– Ты не понимаешь. Я жил в окружении слуг, мне привычно, что они ничто. Мы намного выше их. И тебе стоит уж привыкнуть, все же больше месяца в таком окружении. Понимаю, конечно, что раньше у тебя жизнь была совсем не такая, – чересчур высокомерно начал я. Аж самому тошно стало от того, каким покровительственным стал мой голос. Злата это тоже отметила, потому что приподнялась на кресле и приподняла одну бровь. На губах зазмеилась ехидная усмешка. Я слегка напрягся. Не надо было мне этого говорить. Я сам видел ее воспоминания – ничего хорошего там не было. явно девочка из каких-то трущоб.

– Привыкнуть? Не понимаю, значит... Я, между прочим, выросла в семье, где было ВСЕ! И у меня была прислуга. И приватные учителя, не знаю, как они у вас правильно называются. Я выросла в шикарных условиях. Но, как оказалось, прислуга любила меня больше, чем родные родители. Поэтому запомни – не деньги делают человека – человеком. И уж тем более, не возвышают его над остальными, сколь бы родовитым он не был, – с горечью закончила она. Затем, практически легла в кресле, скрутившись клубочком, и зажмурилась.

Я обеспокоенно подался вперед. Вот тут мне стало реально неловко. Ведь, по сути, она права. Мои родители, когда узнали, что я пошел в военное училище, да еще и у оборотней, то просто обезумели от ярости и почти отказались от меня. Прекратили денежное вливание, оставили меня, пока не образумлюсь. Если бы не Ринальдо, ставший моей опорой на первых порах моей учебы, я бы сдался и прибежал бы домой, униженно просясь вернуться. Есть и хорошие, и плохие, как у богатых, так и у бедных. Хотя, не скрою, тот факт, что Злата не из бедной семьи меня порядком озадачил. То, что я видел ну, никак не вязалось с моим представлением о высшем свете.

– Злата, Злата! Да-да, ты права, я не прав. Вот, Лоран просил передать тебе – не знаю, что за трава, думаю, ты разберешься, – сказал я, протягивая ей какой-то бурый корешок. Мне не было так неловко с тех пор, как она меня поцеловала, а мне пришлось выполнять совсем другой приказ – не выпускать ее из комнаты. Этим самым я ее буквально предал. Потому я и старался к ней не приближаться больше – я бы на ее месте не простил. Да и взгляд у нее был ну, о-о-о-очень красноречивый. Вообще удивлен, что пригласила на чай. Я уж и свыкся с мыслью, что я всего лишь телохранитель человека, от которого зависит наше будущее.