Рабыня дракона - Клик Квей

— И ты тоже шла на абордаж со всеми? — немного удивился Костин. — Не боялась, что тебя могут убить?

— Вроде нет, — улыбнулась Тина. — Я очень подружилась с пиратами. Разумеется, капитан никому меня не отдавал, но остальная команда начала относиться ко мне, как какому-то талисману, приносящему удачу в походах. Мы плавали по морям, бороздили такие просторы, что тебе и не присниться. Все изменилось, когда мы наткнулись на корабли императора. Силы империи превосходили обычных пиратов, поэтому их всех убили, а меня бросили в клетку и увезли в империю.

— Вот-вот! — резко бросил Костин. — Мы тоже заметили, что империя похищает всех женщин. Тина, раз уж ты была у них в плену, может быть, знаешь, что они делают с девушками?

— Продают на невольном рынке в столице Шадаш-Тарза, — спокойно ответила Тина. — Я, госпожа Масур, служанки, даже твоя сестра подходит на роль наложницы. В империи белокожих женщин называют десертом. Мы там очень ценимся мужчинами. Оказавшись на невольном рынке, я это поняла и была приятно удивлена тому, сколько могу стоить. Мне приходилось зарабатывать своим телом, потом я целый год спала с капитаном пиратов, но моя цена от этого не упала.

— А сколько, если не секрет? — полюбопытствовал Костин.

— Двенадцать тысяч копий, — ответила Тина.

— Копий? — уточнил Костин. — Это такая валюта?

— Ага, — подтвердила Тина. — В империи деньги называются копии. Выглядят они так же, но весят немного больше наших рупий и значительно дороже в цене. Одна копия стоит пять рупий.

— Тебя продали за шестьдесят тысяч рупий?! — удивился Костин.

— Это еще небольшая сумма. Империя продает даже младенцев, которые могут стоить от сорока, а иногда и все сто тысяч копий. При мне продали белокожую девочку, за которую заплатили сто тринадцать тысяч копий. Это целое состояние.

Костин сильно удивился цене, но в тот же миг его разозлило поведение империи. Он никогда не позволит забрать свою младшую сестру, чтобы продать Ливию на невольном рынке. Лучше уж убить сестру, чем позволить империи так обращаться с девочкой.

— В Шадаш-Тарза другое отношение к женщинам, — продолжила Тина. — Ты ведь знаешь, кого в королевстве Шарджа называют распутными?

— Знаю, конечно, — подтвердил Костин. — Если женщина не сохранила своё целомудрие до свадьбы, её называют распутной девицей. Такую женщину не возьмет ни один мужчина, даже если она будет из рода герцога.

— Все верно, — подтвердила Тина, — а в империи все по-другому. Когда тебя покупает господин, ты попадешь в его дом. Чаще всего эти дома называют — домами любви или скорби. Я попала в дом скорби к господину, у которого уже была дюжина наложниц. За женщинами там следят евнухи, старший евнух и привратница. Когда в дом скорби попадает девочка в младенческом возрасте, привратница ищет кормилицу, на которую вешают этого ребенка. Кормилица будет заботиться о ребенке до трех лет, а потом её возвращают ко всем наложницам господина и начинают учить службе.

— Это как служба в храме? — уточнил Костин.

— Не совсем. В домах скорби и любви служат своим господам. Трехлетняя девочка постигает азы наложницы. Привратница учит её красиво ходить, вежливо разговаривать, правильно одеваться, танцевать, кормить своего господина, играть на музыкальных инструментах, даже петь и следить за собой. Все то, что нравится господину. Когда девочка становится старше и у неё начинает идти кровь, сама привратница использует какую-то стальную трубку, лишает наложницу целомудрия и готовит к ночи со своим господином.

— Какой ужас! — возмутился Костин. — Это непозволительно!

— Для нас — да, а в империи это в порядке вещей. В Шадаш-Тарза мужчина никогда не ляжет с невинной девушкой, потому что они считают, что невинность корень какого-то зла. Из-за этой невинности девушки плохо танцуют, не могут правильно служить своему господину и вообще скрывают в себе какое-то зло. Их религия солнца проповедует это верование, и все господа в это верят.

— И долго ты там служила?

— Больше года. Мне выпала возможность и я ей воспользовалась, убив привратницу. Когда началась паника, евнухи пытались поймать всех наложниц, а я рванула к морю, забралась на корабль императора и на нём добралась до королевства Фрагиль, откуда перебралась до границы. Там я встретилась с группой наемников. У них были проблемы с заказом — нужна была женщина, которая сможет соблазнить одного влиятельного человека. Я его соблазнила, вывела с бала на улицу, где мы его убили. Наемники приняли меня. Вместе мы выполняли заказы, делили добычу поровну, но когда пришла империя, наши пути разошлись. Месяц назад я оказалась в городе на юге, а оттуда пошла на север, где встретила людей герцога Масура. Об остальном рассказывать не надо. Ты и сам знаешь, что я служу герцогини Масур.

Костин тяжело вздохнул, допил своё вино и выдохнул.

— У тебя удивительная жизнь, Тина, — улыбнулся он. — Столько испытаний…. Я хотел тебя спросить. Что ты будешь делать, когда герцог тебя уволит со службы?

— Господин Масур твердо решил, что до следующего лета я буду служить его жене, — ответила Тина. — Если через год мои услуги будут не нужны, подамся куда-нибудь на запад. Посмотрю, какая ситуация будет в королевстве.

Шум и стоны в покоях герцога стихли, но Костину легче не стало.

— Тина, может быть, когда тебя уволят, я поеду с тобой? — попросился он.

— А твоя сестра? — уточнила Тина.

— Она останется служить фрейлиной у герцогини, а мне тут не место…

Тина допила остатки вина.

— Ты ведь любишь Алексу Масур? — спросила она.

— Всем сердцем…

— Ладно, Костин, — хихикнула воительница. — Если мы доживем до тех дней, можешь поехать со мной. Только сначала научись правильно сражаться. Твоя техника ужасна, а если мы будем путешествовать вместе, я должна буду положиться на твои умения.

— Я всему научусь!

— Верю, верю. Еще вина?

— С удовольствием.