Живое - Марина Суржевская

Я похолодел, напряженно собирая куски головоломки. Ардены нет на острове. Но кто-то должен поддерживать слухи среди знати, кто-то рассказывает о моей жестокости по отношению к сестре и о ее распущенности. Даже Лаверн уже смотрит на меня с подозрением, не говоря об остальных!

Кто-то заказал дорогой букет. Кто-то привез на остров редкую и запрещенную Змееву траву. Кто-то должен позаботиться о том, чтобы погибшую Иви-Ардену признали лишь смертельно раненой, ведь оригинал должен «ожить». Кто-то должен спрятать труп Вивьен, хотя рядом со Взморьем это совсем не сложно… Кто-то посылает Силве указания.

Кто-то достаточно сильный, жестокий и циничный, чтобы проделать все это.

И этот кто-то совсем рядом.

– Вот же гадина, – пробормотал я.

Уж чего-чего, а смелости и хитрости Ардене не занимать! Почему-то понимание, что сестра желает меня убить, не вызывало ненависти, лишь глухое сожаление.

Невыносимо хотелось кофе, но что-то у меня пропал аппетит пить его в этом доме. К тому же, пора собираться в Вестхольд.

А жаль.

Мне хотелось просто подняться наверх, закрыть дверь в спальню и остаться там на ближайший месяц.

С Вивьен.

Свежий и сладкий запах погладил мягко, осторожно. И я улыбнулся – снова крадется, как кошка!

Гнев испарился, губы сами собой сложились в улыбку.

– Мне показалось, что Силва плакала. Все хорошо? – пробормотала Вивьен, обнимая меня сзади.

Я сжал ее ладони. Наши браслеты зацепились застежками, и мы рассмеялись.

– Я выяснил кое-что неприятное, – обернулся, прижал девушку к себе, качаясь на волнах ее чувств. Коротко рассказал о прислужнице.

Вдохнул изумление Вивьен.

– Силва… вот уж не думала. Хотя она ведь следила за мной. Постоянно. Именно она рассказала тебе, что я на берегу с Альфом, помнишь? Хотя за это, кажется, стоит ее поблагодарить, если бы ты не пришел, Иль-Тарион пополнился бы новой подводной жительницей!

Она постояла, лукаво глядя в мое лицо.

– Нам обязательно выходить из дома?

– Я хотел бы сказать «нет», – усмехнулся я. – Но увы. Скоро приедет Лаверн.

В подтверждение моих слов с улицы раздался торопящий сигнал рожка.

Вздох, полный сожаления, послужил мне хоть каким-то утешением.

* * *

Зеркало отражало все ту же Вивьен. Может, лишь глаза сияли по-новому да нацелованные губы казались слишком яркими. Пока Кристиан одевался, я задумчиво щипала булочку, пытаясь осмыслить произошедшее ночью. Правда, мыслей в голове было немного. Тем более разумных!

И еще я так и не рассказала Кристиану о Ржавчине.

Прикусила от беспокойства палец, нахмурилась. Врать надоело, но разве могу я рассказать о моем друге? Как поступит февр, когда узнает о чудовище? Крис пощадил меня, но не эфрима. Что сделают с ним каратели? Засунут в клетку, как тех несчастных из зверинца? Наденут ошейник и цепь? К тому же… мой друг так и не сказал, как очутился за Дверью. И зная Ржавчину, я была уверена, что он пробрался в Мертвомир незаконно! Да его наверняка казнят, если поймают!

Только не это!

Шрам на моем боку по-прежнему ощущался ледяным и безжизненным, и это наполняло душу ужасом. С моим другом что-то случилось. Что, если он уже…

Я мотнула головой, запрещая себе думать о худшем. Ржавчина жив! Он не может сдаться!

Но что же мне теперь делать? Как поступить? Как помочь Ржавчине и не подвести Кристиана?

Я мечусь между двух огней, куда не пойди – всюду обожжет…

От раздумий голова пошла кругом, настроение окончательно испортилось.

Но спустившегося Кристиана я встретила улыбкой, не желая показывать свои переживания. А через минуту в дом постучал уставший ждать Лаверн – вопреки обыкновению хмурый и мрачный. Сегодня над шпилями замка угрюмо плескался на ветру лишь один флаг – черный. На дверных ручках, флюгерах и козырьках над порогами домов появились черные ленты. В окнах горели красные лампады – Империя объявила траур.

– Основную часть гарнизона переправляют в столицу, – сообщил Лаверн, пока вез нас к замку. – Надеюсь, я буду среди них. Проклятые ренегаты!

Парень в сердцах ударил по рулю.

– Надеюсь, им всем уготована вонючая яма под хвостом Двуликого Змея! И поверьте, я лично отправлю туда с десяток ублюдков! Никакой пощады! Только смерть и кровь, которую они так любят! С удовольствием выпущу из этих сволочей всю, до последней капли! Во благо Двери!

Лаверн выдохнул, мы с Кристианом переглянулись. И февр незаметно сжал мою ладонь, сплетая пальцы.

Над Вестхольдом пролетел тревожный, протяжный звук горна.

– Верховный объявил общий сбор, – сказал Лаверн.

– Стивен пришел в себя? – спросил Кристиан.

– Да, этой ночью. Он еще слаб, но чудовищно зол! Двериндариум объявляет охоту на ренегатов!

Я прикусила губу, глядя на красные огоньки траурных лампад и развевающиеся черные ленты.

– Я должна навестить Ливентию, – сказала я, когда мы подъехали к замку.

– Передай ей мои соболезнования, – произнес Кристиан. И рывком притянул меня к себе. – И будь осторожна, Вивьен.

– Не называй меня так, – прошептала я, вырываясь.

В холле замка возле статуи Божественного Привратника как обычно толпились люди – ученики, февры, наставники. А Крис меня откровенно обнимал!

– И прекрати так смотреть! – зашипела я. – Кристиан, ты слышишь? Отпусти меня!

– Это слишком трудно, – он усмехнулся, но руки разжал.

Посмотрел мне в глаза, словно хотел добавить что-то еще. Но вокруг толкались люди, выла сирена горна. И Крис отступил.

– До вечера.

Поцеловал мой лоб и скрылся в коридорах Вестхольда.

Я постояла некоторое время, глазея на сложенные руки мраморного изваяния. Под ногами привратника плелись буквы на староимперском, и это заставило вспомнить о других неприятностях.

Альф!

Надо было рассказать о нем Кристиану! Обернулась, но февр уже скрылся в глубинах замка. А Нордвиг ждать не станет. Не получив желаемое, отправится к Верховному, чего доброго!

Вот же Двуликий! Я едва не застонала, не зная, как выбраться из паутины опутавших неприятностей.

– Надо было все-таки утопить паршивца в море, – в сердцах пробормотала я.

По всему выходило, мне нужен еще хоть один знак, чтобы Альф на сегодня от меня отстал. А значит – придется снова спуститься в подземелье. Я поежилась, представив эту прогулку. Что, если я снова заблужусь?

Передернула плечами.

И тут мой взгляд упал на высокую фигуру, ссутулившуюся в углу за статуей Привратника.