Колдовской знак - Евгения Александрова

— Мы же не договорили вчера! Сеймон, стой.

— Я помню, Алекс. Как раз вернусь — и обсудим.

Он так быстро накинул плащ и скрылся на улице, плотно прикрыв дверь, что Алекс даже не успел его остановить. Что-то здесь происходит. Отправился по делам ордена? Заявит снова про него? Или про Эрика…

— Эрик, а ты ничего не ощущаешь странного от Сеймона? — предпринял Алекс попытку.

— Что-то есть, — повернулся он. — Но, знаешь, в последнее время чувства меня подводят. Я теперь ни в чём не могу быть уверен. Недавно я ощущал то, что ощущает трава и деревья — это ли не странно?

А Джейна, уцепившись руками за стол, спросила:

— А что с ним, как ты думаешь, Алекс?

— Не знаю. Или он не тот, за кого себя выдаёт, или…

В дверь начали стучать. Так же, как вчера. Сеймон говорил, что к нему ходит какой-то старый друг. Что, если этот друг не просто сосед, а тоже один из дарханов? Тогда есть шанс выяснить, что за ерунда здесь творится. Риск, конечно. Но вечерний разговор не давал покоя.

Подойдя к занавешенному окну, Алекс осторожно выглянул. На улице стоял какой-то рыжеватый толстяк с бородой, но выглядел он довольно мирно. И точно не солдат и не Серый. Алекс распахнул дверь и нацепил улыбку.

— Доброе утро!

— О. — Толстяк отшатнулся, поражённый, что вместо Сеймона на пороге стоит кто-то другой, даже будто хотел развернуться и уйти, но передумал. А страх в его глазах был явно не поддельный. — К-к-кто вы?

Рыжебородый попытался заглянуть через плечо Алекса в комнату, но он загородил проход. Тогда тот начал неуверенно теребить в руках какой-то свёрток. Нет, он точно не похож на дархана, если Алекс хоть что-то ещё понимает в жизни.

— Я — гость хозяина этого дома. Он ушел по делам. А кто вы?

— О, — снова выдал незванный посетитель. — Простите, я н-не знал. Я Марр-р-гет, его старый д-друг. Знаете, он в п-п-последнее время как-то не в с-себе, вот я и бес-с-спокоюсь. Каждый день его н-навещаю. Вчера, в-вот, не застал, так жена моя с-снова погнала п-проведать.

К концу речи он окончательно выдохся и суетливо дёргал в руках свёрток, видимо, что-то для Сеймона. Алекс мягко забрал свёрток и ответил:

— Приятно познакомиться, Марргет. Не волнуйтесь, я присмотрю за ним. Приходите позже, когда он вернётся, — Алекс вежливо улыбнулся и закрыл дверь.

Толстяк ещё некоторое время помялся, не решаясь уйти, но вскоре его шаги стихли. Алекс повернулся и прислонился спиной к двери. Если всё правда, то у Сеймона и впрямь есть старый товарищ. Только то, что он присматривает за ним, как-то нехорошо кольнуло предчувствием. Что-то не так. И это подозрение только крепло.

Вскоре Сеймон вернулся, запыхавшись.

— Кажется, я вспомнил, где она.

Ничего не объясняя, он бросился снова в свой кабинет. Алекс пошёл следом и ещё раз огляделся. Хотя кабинетом он бы это не назвал: комната была совсем крохотная, пыльная, заваленная всем, чем только можно. И куча вещей, одежды, снова тканей, какие-то странные записки и обрывки листов с каракулями. Сеймон крикнул:

— Притащи мне лестницу, она в чулане!

Алекс передал просьбу Эрику, но, поглядев на него, передумал и пошёл сам. А когда вернулся, Сеймон уже перевернул всё вверх дном. Алекс осторожно поставил деревянную лесенку с тремя ступеньками и предложил свою помощь, но брат отмахнулся.

— Нет, я сам. Сам.

Его радостное нетерпение дало надежду, что всё и в правду будет в порядке. Если он найдёт, как исправить татуировку, есть шанс, что Эрик очухается, прежде чем… Должен же Алекс хоть чем-то отплатить ему за всё. Несмотря ни на что — должен.

Сеймон неловко влез на самый верх лестницы и принялся рыться на полке, постоянно вытаскивая оттуда какие-то тряпки непонятного назначения и бросая их на пол, где уже собралась огромная мягкая куча. Он что, прячет книги в барахле? Серьёзно?

Вчерашний разговор не давал покоя. Алекс ждал, что брат продолжит разговор про планы ордена, но Сеймон будто и вовсе забыл про революцию и целиком переключился на поиск книги.

— О, это платье чудесно бы подошло твоей спутнице. Как её звать, я забыл?

— Джейна, — хмуро ответил Алекс, снимая тонкое и воздушное платье со своей головы, куда швырнул его Сеймон. Вытянув перед собой предложенный наряд, Алекс с сомнением хмыкнул, представив её в подобном виде. Какие-то непрошенные подробности в этой картинке полезли ему в голову. Самое время…

— Вот она.

Сеймон достал тонкую на вид книгу и принялся бережно очищать от налипших ниток. И из-за неё столько суматохи? Подозрительность Алекса крепла. От нетерпения он чуть было не полез следом, но лестница слишком шаткая для двоих.

— Ну, что там? — спросил он.

— Оно, — с придыханием ответил Сеймон и принялся разлеплять страницы.

— Давай сюда, — скомандовал Алекс, а брат на миг оторвался от находки и смерил его взглядом.

— Погоди, это всё не так просто. Ты не проходил обучения и не сможешь здесь разобраться, — назидательно проговорил он.

— Да знаю я даори. Я же когда-то тебе говорил.

Сеймон удивился, его левый глаз снова сощурился, но он ничего не сказал, продолжая любовно листать хрупкие страницы. Потом замолчал и принялся водить пальцам по строкам и что-то шептать себе под нос.

Не выдержав, Алекс вскарабкался следом и выхватил из рук увлечённого Сеймона тощую книжку.

— Что ты делаешь?! — вскричал он, заламывая руки. — Аккуратнее! Алекс! Это настоящее сокровище!

— Вот и посмотрим, — пробурчал Алекс и спустился.

То, что он увидел, поразило. Алекс лихорадочно принялся листать пожелтевшие страницы одну за другой. Святые боги. Сеймон уже успел очутиться внизу и принялся отбирать свою книгу. Алекс не стал сопротивляться и разжал пальцы. Брат чуть не порвал один из уголков, но тут же бережно обнял книжку и начал разглаживать, расправлять каждый листочек.

Алекс отступил на шаг назад.

— Сеймон…

Тот не откликался, продолжая остервенело приводить всё в порядок.

— Сеймон, что ты делаешь? Ты понимаешь, что ты читаешь?

— Конечно понимаю, — он поднял свои светлые глаза, ещё сильнее заморгав. — Это же копии из четвёртой Кетури, священные символы! Не каждому, знаешь ли, достаётся увидеть такую редкость! Не каждому, да…

— Сеймон, это не копии…

— Алекс, ты совсем потерял зрение, щурясь на палубе в горизонт! Смотри! — уже злясь, он развернул страницу с какими-то хитрыми раскройками.

Тёмный его побери! Проклятье. Это худшее, что можно было предположить. Вот теперь точно провал…

Алекс поморщился, прикрыл глаза, борясь с желанием отобрать у ненормального книгу. Спокойно. Надо сделать вид, что всё в порядке. Спорить сейчас точно бесполезно.