Команда ТелеVIP - Дмитрий Мансуров

Щелкнул закрывшийся замок.

* * *

Водитель такси зевнул и перелистнул газету. Вопреки ожидаемому, этим вечером поток желающих прокатиться с ветерком уменьшился до критического минимума: в небольших городах при теплой солнечной погоде народ гулял на своих двоих, и потому купленная кипа газет лежала прочитанной от корки до корки. Водитель с грустью отметил, что если дела и дальше пойдут таким образом, то газет придется брать раза в два больше. Или вовсе переключиться на большие и толстые романы.

Он поправил страницу с кроссвордом и обратил внимание на то, что к витрине магазина «Ткани» подошел человек лет пятидесяти, в строгом костюме — так одевались работники местного института. Что-то в его взгляде показалось водителю странным: человек пристально всматривался в затемненное помещение магазина, словно бедняк, который не может купить дорогие вещи, и единственное, что ему остается — это смотреть на предмет своей мечты с почтительного расстояния.

Человек глянул на наручные часы, и водитель автоматически перевел взгляд на свои — половина десятого. Магазин уже закрыт, и если этот человек надумает что-то купить, то ему придется подойти завтра.

«Наверное, он такой грустный, потому что из-за работы не успевает купить нужную вещь, — предположил водитель. — Сочувствую».

Положив газету с кроссвордами на колено, водитель щелкнул ручкой и начал заполнять клеточки правильными ответами.

«Ну, надо же, а! — думал профессор, шагая по улице к выходу за территорию института. Сам институт находился на пологом холме, из-за чего в дождливую погоду вода скапливалась в низине и окружала здание, словно ров. По этой же причине уходить с работы было веселее и быстрее, чем на нее приходить, но сотрудники не жаловались — считалось, что утреннее восхождение полезно для здоровья. Недалеко от забора располагались мусорные баки, а рядом с ними возвышалась груда битого кирпича — строительный мусор после ремонта здания. На следующих выходных его должны погрузить на грузовик и вывезти за город на свалку. — Придумали тоже: вырастить целое поле хищной пшеницы! Лучше бы в городах семена по десять штук раздавали — чтобы растущие колоски съедали в домах тараканов и клопов, а не нападали скопом на колхозников. А еще лучше — крылышки приделали бы, чтобы зерна ловили комаров. Хотя нет: нам придется не только от комаров, но и от пшеницы отбиваться. С другой стороны, из прихлопнутых зернышек можно сварить кашу, а из комаров даже бульона никакого не сготовить…».

Размышляя о репортаже, профессор не сразу сообразил, что уже не идет домой, а пытается протиснуться через большую толпу, стоявшую у магазина «Ткани». Народ никак не реагировал на его попытки протиснуться — «мол, вас тут не стояло», как говорил один юморист — и профессор глянул на наручные часы. Половина десятого.

— Странно, — пробормотал он себе под нос, — магазин полчаса как должен быть закрыт. Надеюсь, там никого не убили?

Мысли о генетически измененной пшенице ушли на второй план. Профессор перестал ломиться через толпу и прислушался к разговорам. Из невнятного гомона удалось понять, что ничего страшного не случилось, просто в магазин привезли шапки-невидимки и скатерти-самобранки. А толкался народ перед входом потому, что каждый хотел увидеть легендарные вещи своими глазами, но хитрые продавцы сделали вход платным: мол, такая редкость стоит того, чтобы отдать деньги даже за просмотр.

«Ничего себе! — ахнул профессор. — Ну, ладно, шапки-невидимки вполне могут быть разработкой военно-промышленного комплекса, но скатерти-самобранки как создали?»

— А что, уважаемый, — спросил он у соседа, — там на самом деле все это продают?

— Клянусь! — убежденно ответил тот. — Только стоят дорого, мне не по карману.

«А ведь я могу купить скатерть и шапку за счет института, — подумал профессор, — лишь бы это не очередной фрик, а то на работе засмеют. Надо разобраться».

Он вновь рискнул протиснуться, но толпа не желала его пропускать.

Разозлившись, профессор гаркнул:

— Да пропустите же меня, черт бы вас побрал!

Один из зевак обернулся, презрительно посмотрел на профессора, но внезапно презрение сменилось удивлением.

— Эй, смотрите, — воскликнул он. — Еще один покупатель! Пеший, и морда не бандитская. Пропустите: наш человек!

— Что? Где? — толпа зашевелилась, расступаясь и освобождая небольшое пространство — дорожку, ведущую прямо ко входу.

«Вот, давно бы так. Но чего они на меня так уставились? — гадал занервничавший профессор, проходя по тропинке. — Неужели все-таки розыгрыш? Слов нет».

Стоявший в дверях охранник приветливо улыбнулся.

— Вход — тридцать рублей, — сказал он. — И смотрите на товары, сколько пожелаете.

Водитель на миг оторвался от решения кроссворда и увидел, что человек сунул руку в нагрудный карман и достал на свет кошелек. Водитель отложил газету: действия незнакомца интриговали.

«Что он собирается делать с деньгами у закрытого магазина? Неужели решил на такси прокатиться? — подумал он. — Решай, мужик, я дорого не возьму. Мне бы газеты окупить для начала».

Но незнакомец вместо того, чтобы направиться к такси, достал из кошелька три десятки, вытянул руку в сторону магазина и разжал пальцы. Десятки выпали и, подхваченные ветром, полетели над тротуаром.

У водителя отвисла челюсть.

«Тут не знаешь, как заработать, а люди деньги на ветер пускают! — разозлился он. — Сволочи!»

Незнакомец опустил руку и снова застыл, немигающим взглядом смотря на витрину магазина.

«Фэн-шуй какой-нибудь? — озадаченно гадал водитель. Вспомнилась фраза: хочешь фэн иль хочешь шуй — лишь бы денежки отдал… — Да что это с ним?»

К решению кроссворда водитель так и не вернулся: наблюдать за незнакомцем оказалось намного интереснее.

Профессор молча протянул охраннику деньги. Тот открыл вход, и профессор вошел в магазин. Толпа сомкнулась и заглядывала в магазин до тех пор, пока двери не закрылись.

— А вам слабо заплатить тридцать рублей за вход? — съехидничал охранник. Секундой позже на него обрушился поток ругани.

— Кровопийцы несчастные, последние деньги у народа отнять хотите! — возопил какой-то мужичок.

— Тридцать рублей — это не деньги, — отпарировал охранник. — Вы на самогонку больше тратите. На такую гадость денег не жалко?

— Ты больной, что ли? — возмутился мужичок. — Это же самогон! Выпил гадость — сердцу радость!

— Да-да-да… — проговорил охранник. — Таким как вы, на заполнение желудка никаких денег не жалко, а вот заполнять мозги хорошими эмоциями — удавитесь за десятку.

— Желудок важнее.

— Голова тоже.

— Нет. Она болит часто.

— Меньше заполняйте желудок гадостью — ничего болеть не будет.