Парный танец - Франциска Вудворт

Марр и сам загорелся, увлекшись, и у него стало что-то получаться, однако попросил меня свернуть с главной аллеи на боковую дорожку, к деревьям. Только тогда я поняла, что барсу некомфортно нелепо махать руками и повисать на мне, избегая падения, будучи как на ладони для всех желающих во дворце понаблюдать в окно за тем, как развлекается их господин.

С сожалением посмотрела на дальнее озеро, к которому планировала съездить, но без пререканий повернула туда, куда он указал. Когда мы скрылись за деревьями от посторонних глаз, я отъехала от него, давая больше свободы для маневров, а еще заподозрив в том, что хитрит, чересчур уж часто теряя равновесие.

Мой метод оказался действенным, и совсем скоро барс худо-бедно стал передвигаться самостоятельно. Не удержалась от того, чтобы не повыделываться, и сделала несколько пируэтов, красуясь. Вскоре Хант, осмелев и решив, что он теперь ас, стал требовать научить его разным элементам. И раскрепостился, его было не узнать. С лица не сходила улыбка, глаза горели.

Усмехнувшись такому рвению, я решила начать с азов и показать, как делается фонарик. Продемонстрировала элемент, а потом стала отрабатывать с ним. Сама двигаясь спиной, но не приближаясь, приказала барсу вытянуть руки вперед для равновесия и повторить. Больше смотрела на его ноги, и в этом оказалась моя ошибка.

Только воскликнула, что все неправильно, как Хант сделал резкий рывок и снес меня с дорожки.

Не успев ничего понять, оказалась прижата к стволу дерева и увидела перед собой улыбающееся лицо барса. Рукой он самортизировал удар, успев подставить ладонь мне под голову, так что я не ударилась, но оказалась в его объятиях.

– Попалась! – не угрожающе, но весьма самодовольно заявил барс.

Я так удивилась, что даже не испугалась. Возмущенная до глубины души его фортелем, воскликнула:

– У вас совесть есть?! Я кому показывала?

Мои праведные вопли были ему как с гуся вода. Стоял, улыбался, довольный-предовольный, и буквально лучился весь, как будто выиграл ценный приз. Это настолько отличалось от обычно сдержанного поведения Ханта, что не получалось искренне на него рассердиться.

– Эля, – вкрадчиво произнес коварный барс, – ты сегодня столько мной командовала, сколько я не позволял ни одному человеку. Мне кажется, я заслужил небольшую компенсацию.

– Хотите командовать мной? – предположила я.

– М-м-м… – Марр сделал вид, что раздумывает. – Нет. Не в этот раз, – с неким сожалением отказался он. – Но я совершенно точно заслужил поцелуй!

Самоуверенности барсу было не занимать! И в то же время в нем появилась некая подкупающая притягательная бесшабашность, противоречащая тому мнению, что я о нем составила. Это заставило меня включиться в игру.

В свою очередь я сделала вид, что колеблюсь, и решила поторговаться:

– И вы меня отпустите?

– Да, – с неохотой согласился барс.

Не было смысла ловить его на слове и потом требовать отпустить меня вообще – я понимала, что мне это не светит.

– И больше не будете пользоваться нечестными методами?

– Не могу этого обещать, – открыто улыбнулся Хант. – Тебя очень приятно держать в объятиях.

– Хорошо, – согласилась я, пока он еще чего-нибудь не придумал.

Кажется, от меня не ожидали столь быстрой капитуляции и окинули изучающим взглядом на предмет предстоящей подставы. Хм, все же опытный мужчина, и на мякине его не проведешь. Решила действовать быстро.

– Марр, обещаю, я вас поцелую, – подтвердила с самым искренним видом. – Только хочу чувствовать себя более свободно. Переместите руки на дерево и дайте мне пространство, – потребовала, упершись рукой ему в грудь, намекая, чтобы отодвинулся.

Улыбка пропала, и барс стал серьезным. Даже сквозь ткань я почувствовала, как под моей ладонью быстро-быстро забилось его сердце. Не отводя от меня полный недоверия взгляд, он тем не менее выполнил требуемое. Сначала на ствол дерева возле моей головы легла одна его рука, а потом вторая, и он отстранился. От чувства своей власти над ним мой пульс ускорился. Головокружительное ощущение!

Я выпрямилась, отлипая от дерева, и оказалась на расстоянии своей вытянутой руки, что так и лежала на его груди.

– Закройте глаза. Я смущаюсь, – попросила его.

Медленно, очень медленно он смежил веки и, кажется, даже затаил дыхание. Я приблизилась. Чуть сместилась и положила вторую руку чуть выше талии, как бы обнимая… а потом резко поднырнула, клюнула его в щеку, когда выпрямилась, и вырвалась на свободу!

– Догоняйте! – весело бросила через плечо, устремившись вперед. От гордости за себя – как я его провела! – будто крылья за спиной выросли.

– Эля… – донеслось приглушенно и как-то резко оборвалось.

Я уже прилично отъехала, разогнавшись, и, обернувшись, ничего не разглядела. Но погони не было. Проклиная в душе шибко самоуверенных и плохо держащихся на ногах, я затормозила и поехала обратно. Ничего не могла с собой поделать. А вдруг что-то случилось и он лежит сейчас с окровавленной головой? В то же время зорко смотрела по сторонам, ожидая, что в любую минуту Хант может выскочить из засады. Но все было тихо, и я осторожно приблизилась к тому дереву.

Недалеко от него, неловко раскинув руки, на спине лежал барс. Голова его была отвернута от дорожки, и он никак не среагировал на мое приближение.

– Марр! – позвала его, опасаясь приближаться. – Марр, что с вами?

Никакой реакции.

– Марр, если это шутка… – угрожающе произнесла я, забеспокоившись по-настоящему. Мне не нравилось, что голова повернута набок. Если неудачно упасть и удариться виском…

Отбросив осторожность, я подъехала к барсу и упала на колени. Взялась за его лицо и осторожно стала поворачивать, боясь увидеть кровь. Видимых повреждений не было, и я подсунула руки ему под голову, проверяя, нет ли там ранений.

Неожиданно глаза Ханта распахнулись, и он схватил меня, заваливая на себя.

– Попалась!

Только и успела упереться руками в траву, чтобы не упасть на него.

– Вы с ума сошли – так шутить! Я испугалась!

– Прости, но нечестно убегать, не сдержав своего слова.

Он даже не попытался сделать вид, что раскаивается, а у меня сердце из-за него чуть не остановилось!

– Я сдержала! Мы договаривались на поцелуй, но не уточняли – куда.

Мой аргумент оценили, и в его взоре я увидела восхищение. Но это был лишь краткий миг. Глаза барса приобрели хитрый блеск.

– Что ж, я тебя поймал и считаю, что имею право на второй поцелуй, – начал качать права Хант, подтверждая, что палец в рот ему не клади.

– Разбежалась! Вы меня напугали, и я считаю, что имею право на моральную компенсацию! – выдвинула свое требование.