Амея. Возвращение к истокам - Лиза Хок

Я признала его правоту. Мы рассказали все Ивану и Пирахе. Они не были против того, чтобы остаться дома. Пираха с удовольствием учился всему, впитывая новые знания как губка. И сейчас с нетерпением ждал очередного урока.

Джун попрощался с нами, сказал, что за оборудованием пришлет позже.

– Джун, я даже выразить не могу, как я вам благодарна! – буквально сквозь слезы сказала я старику, прощаясь с ним у двери.

– Все в порядке, дочка. Помогать – это моя профессия, только ради этого и живу.

Я крепко обняла его и тихонько подложила ему в карман халата один из драгоценных камней, который приготовила заранее.

Старик уехал, а мы с Наоки отправились в магазин и салон.

Следующие несколько часов прошли для меня как в тумане – меня много переодевали, красили, причесывали. Я чувствовала себе манекеном, стараясь не мешать людям, работающим над моим образом. И надо признать, у них это получилось на славу. Когда меня развернули к зеркалу, я не узнала себя. На меня смотрела тридцатипятилетняя женщина в строгом костюме и с не менее строгой прической. Лицо отдаленно напоминало мое, хотя я уверена: даже если бы моя мама сейчас прошла мимо, она бы не признала меня.

Наоки тоже вышел изрядно постаревшим, у него появились морщины и проседь в волосах. Мы смотрели друг на друга с нескрываемым интересом, разглядывая до неузнаваемости изменившуюся внешность. Расплатившись со стилистами, Наоки повел меня в ресторан, где мы скоротали еще несколько часов, поглощая невкусные, на мой взгляд, деликатесы.

Затем мы вернулись домой. Пираха хотел было поднять шум при виде незнакомцев в квартире, но я успела остановить его, и он опознал меня по голосу.

Ближе к вечеру в глазах у меня потемнело, и внешний мир исчез.

«Амея?» – раздался еле различимый голос Эстана.

«Эстан! Эстан!» – закричала я в темноту.

«Хвала небесам! Ты жива! – воскликнул он. – Что с тобой случилось? Где ты была так долго? Парий был как в спячке, мы ничего не могли с ним поделать!»

«Да, я знаю, это я виновата, – обиженно пробурчала я, а потом я вспомнила, зачем подвергла всех такому риску: – «О господи! Нелт! Вы нашли Нелта? Он жив?»

«Нашли Нелта? – неуверенно пробормотал юноша. – Э-э… так он никуда и не пропадал».

«Не ври мне, Эстан. Я все знаю!» – я, конечно, знала далеко не все, но какое это сейчас имело значение.

Эстан мне так и не ответил, его голос исчез из моей головы, и я погрузилась в звенящую тишину, пока, наконец, не заговорил Нелт.

«Амея», – спокойно позвал он.

У меня буквально сердце оборвалось. Это не был голос веселого мальчика, которого я знала. Со мной словно разговаривал старик, повидавший на своем веку немало невзгод.

«Нелт?» – не поверила я.

«Ты в порядке? Мы тут все за тебя переживали», – все так же спокойно продолжал он.

«Что с тобой случилось?» – сквозь слезы прокричала я.

«Ничего», – произнес брат. Его голос не дрогнул. Он верил в то, что говорил… только вот я не поверила.

«Мальчик мой! Расскажи, что с тобой случилось», – взмолилась я, теряя самообладание.

«Мне пора, – вдруг заявил брат, – будь осторожна и возвращайся скорее. Я скучаю».

«Нелт! Нелт!» – я кричала, что есть сил, но он исчез, и синяя завеса перед глазами развеялась.

– Амея, ты в порядке? – обеспокоенно спросил Наоки.

– С ним случилось что-то ужасное! Господи, он ведь был совсем другим! Что они с ним сделали?

Я продолжала причитать, не осознавая, что трое мужчин смотрят на меня во все глаза.

– Ты понимаешь, что она говорит? – спросил Иван Наоки после заклинания. – Что это вообще за язык такой?

Я огляделась по сторонам. Оказалось, я лежу на диване в гостиной, все трое суетились, пытаясь выяснить, что со мной случилось. Прошло еще несколько минут, прежде чем я встала.

– Все нормально, – произнесла я на трех разных языках, чтобы меня поняли все.

– Что случилось? – не выдержал Наоки после минутного молчания.

– Не знаю, – пожаловалось я, – что-то произошло с моим братом.

– Он жив?

– Да.

– Ну это самое главное, все остальное ведь поправимо, правда? – с энтузиазмом воскликнул Наоки.

– Да, – согласилась я, – ты прав… главное, что он жив, с остальным мы как-нибудь разберемся.

– Ну и что мы будем делать? Остаемся дома?

– Нет, – резко оборвала я, – у нас нет времени засиживаться, нам нужно спешить. Давай уже переноситься.

Наоки взял меня за руку, и мы перенеслись. Оказавшись посреди длинного коридора с тысячью дверьми, я стала озираться по сторонам. Тут повсюду были камеры.

– Останови время, чтобы нас не засекли, – попросила я мага.

Наоки положительно кивнул, хотя внешне ничего и не изменилось.

Мы открыли дверь сразу перед нами, и только теперь я увидела силу его магии. Девушка, сидевшая за столом, была больше похожа на манекен. Она не шевелилась, сидела, словно статуя, ее левая рука тянулась к чашке кофе, а правая зависла над клавиатурой компьютера.

– Мне нужна информация о Джейсоне Слиме, – потребовала я твердым голосом, как только Наоки разморозил девушку.

– Кто вы такие? – подскочив на стуле, взвизгнула та.

Я шепнула заклинание, и она расслабилась, доверившись мне полностью.

– Я не знаю, – ответила она, поднимая на меня глаза.

– Ну так проверь! – раздраженно потребовала я.

– Не могу, этой информации нет, такого человека не существует.

– Что значит, не существует?

– Никаких данных о нем нет. Может, вы имя перепутали?

– Ничего я не перепутала! – разозлилась я. – Никому ничего не говори о нас, – приказала я, шепнув заклинание напоследок, чтобы она уж точно меня послушалась.

Мы снова вышли в коридор.

– Может, надо в кабинет к какому-нибудь начальнику, – предложил парень, – наверняка они просто засекретили.

– Мне кажется, я знаю, куда нам нужно.

В то же мгновение я перенесла нас в Париж. Прямо на кухню к Жаку. Пьер, который в этот момент наливал чай в стакан, шарахнулся в сторону, перевернув все на столе. Он хотел было броситься к выходу, но потом узнал меня и успокоился.

– Как вы сюда попали? – хриплым голосом спросил он. Сегодня он выглядел еще худее, чем в день нашей первой встречи.

– Где Жак? – вместо ответа спросила я.

– На работе, – отчеканил мальчик.

– Мы подождем его тут, – заявила я, усаживаясь за стол.

Пьер пожал плечами и стал убирать со стола.